Я читал книгу и краем глаза поглядывал на то, как Черный охотится на малиновку. За птицу я не волновался, она уже не раз дурила кота и не было причин, по которым бы ей не удалось сделать это снова. Меня беспокоило, как бы Черный в азарте не убился, как в прошлый раз, когда он со всего размаху вломился в куст и здорово оцарапался. Я уже совсем было собрался встать и объявить охотничий сезон закрытым, но тут он наконец решился, подобрался, поелозил хвостом и прыгнул. В тот же момент малиновка взлетела на нижнюю ветку и ехидно уставилась оттуда на кота одним глазом. Черный выругался. От досады у него задрожала челюсь, но на дерево он, наученный горьким опытом, лезть не стал, а уселся на хвост и стал пристально смотреть на птицу в надежде довести ее до испуганного обморока. Я усмехнулся и вернулся к книге. Через пару минут меня потрогали лапой.

...- Что, - поинтересовался я не отрываясь от злоключений Водички, - Интересуешься, отчего кошки не летают как птицы?
Черный подтвердил, что подобные сожаления ему не чужды.
- Закон жизни, - объяснил я охотно, - И тайна веков.
Черный коротко обрисовал свое отношение к тайнам веков и потрогал меня лапой требовательнее. Он, очевидно, считал, что я лично виновен в дерзком поведении малиновки и его невозможности до нее добраться и потому немедленно должен отложить книгу и что-нибудь по этому поводу предпринять. Например обеспечить его крыльями.
- Извини, - я опустил руку и почесал Черного за ухом, - Но крылья тебе не положены. Крылатые у нас только птицы. Ну и ангелы.
Черный вежливо увернулся от руки, отошел от кресла на полтора шага, лег и глубоко задумался.

Следующие две недели Черный вел себя странно. Он не играл в крикет кормом, не устраивал скоростного покорения высокогорных штор, перестал петь мне на ночь панковские колыбельные и даже когда я забыл на столе кусок мяса, не стал его утаскивать в воспитательных целях. Вместо этого он забирался ко мне на колени когда я устраивался читать, мурлыкал вечерами и даже пару раз поиграл давным-давно купленными мной плюшевыми мышами. Увидев это я всерьез обеспокоился, Черный никогда не снисходил до того, чтобы обращать внимания на игрушки, которые я ему приносил (игрушки, которые я приносил себе совсем другое дело), так что я решил, что что-то и в самом деле неладно и выкроил время, чтобы свозить кота к доктору. Черный стоически перенес перевозку и осмотр, чем еще более укрепил меня в подозрениях, но доктор, добродушный толстяк, заверил, что с ним все в полном порядке.
- Очень славный котик, - заявил он.
Славный котик в этот момент сидел на столе и щурился на меня довольными зелеными глазами. Я решил, что ему просто пришла блажь меня слегка позапугивать и выбросил это дело из головы.

На повороте оказалось, что я забыл дома сотовый, так что я развернулся и прибавив газу погнал обратно, время, в принципе, еще было. Я не снимая ботинок заскочил в комнату, схватил трубу и замер -- что-то было не так. Я медленно обвел взглядом обстановку: стол, кресло, штора, ангел, дверь на балкон, вторая штора... Что?!
- Ой, - смущенно сказал ангел.
- Говорю сразу, - мрачно заявил я, - Что не поеду.
- Куда? - удивился ангел.
- Никуда. Я читал соотвествующую литературу, ваш босс скверный туристический агент, еще более скверный, чем менеджер по персоналу. Если он думает, что может уговорить меня донести благую весть куда-нибудь дальше соседнего яхт-клуба, то сильно ошибается.
- У меня, - смешался ангел, - Нет никакой благой вести.
- И имя я менять тоже не буду, - непреклонно продолжил я, - Он хотя бы понимает, сколько мне предстоит звонков и возни с бумагами, ради его эксцентричной любви к сдвоенным согласным?
- Да я вообще не за этим, - запротестовал ангел, - И даже не к вам.
- Не ко мне? - подозрительно спросил я, - А к кому?
- К нему, - ангел показал пальцем на Черного, который в этот момент бесшумно показался из спальни и уселся между нами.
- У вас дело к моему коту?!
- Да, представьте себе. Мы там наверху посовещались и решили, что Черный очень славный котик, практически святой и потому ему требуются соотвествующие регалии. Так что я здесь с подарком.
Он достал сверток, подманил к себе Черного и стал совершать сложные манипуляции. Я пригляделся.
- Вы, - веско заявил я, разобрав наконец, что он делает, - Там наверху серьезно ошиблись.
- Мы, - не менее веско возразил ангел, - Никогда не ошибаемся, потому как у нас есть Знание.
- А у меня есть опыт, - вздохнул я, глядя на кота, - И он, в данном случае, рвет ваше знание на британский крест.
Ангел фыркнул и отошел полюбоваться на дело рук своих. Черный сиял как медный таз. Славный котик был очень, очень доволен.

Я читал книгу и краем глаза смотрел, как Черный охотится на малиновку. Он подкрадывался к ней ближе, еще ближе, еще... Птица вспорхнула на нижнюю ветку и уставилась оттуда на кота веселым глазом. Черный довольно мявкнул, расправил крылья и взлетел за ней.

источник-eiri@lj

читать полный текст со всеми комментариями