За пять лет работы проекта «Последний адрес» в Москве, Петербурге и других городах России установлено 1111 табличек.

Не стану подсчитывать сколько там фамилий русских, а сколько людей со светлыми лицами — сами посмотрите. Просто скажу — а ватники таки против! 

По странному совпадению, западные СМИ горячо поддержали проект «Последний адрес» и чуть ли раз в квартал посвящают ему достаточно обширные материалы. Но "на земле" волонтеры столкнулись с некоторым противодействием. 

Запад за, ватники против. Значит вся либерастная пресса россиянии тоже за. Гражданская война совсем не закончилась, она в советские годы ушла на кухни, сегодня в СМИ. Таки прогресс.

А чьи фамилии должны стоять на домах? Может тех русских, которых волна из-за черты оседлости убила и согнала в лагеря? По логике и совести, именно эти два миллиона человек, погибших во время «Красного террора» 1917-1923 года, в первую очередь заслуживают таблички «Последний адрес». 

Есть самый главный и очень неприятный вопрос к зачинщику товарищу Пархоменко Сергею Борисовичу, законному еврею, сводящий к нолю всю деятельность последнего адреса: а куда делись прошлые обитатели домов, в которых поселились люди, впоследствии репрессированные? Это никак не интересует Пархоменко и его единоверцев, это ж были русские дворяне и аристократы, состарившиеся русские купцы в купеческой богадельне на Котельнической, 17:

Вся конструкция «Последнего адреса» ложная:

- Она базируется на либеральном мифе о том, что были прекрасные и непогрешимые «Дети Арбата» и «комиссары в пыльных шлемах», а жестокий Сталин их покарал. Нет, это были палачи, которые вселились в дома изгнанных. И по хорошему именно с выяснения судьбы изгнанных и надо бы начинать. Но нет! Пархоменко костьми ляжет, но не даст. Воюет он за дедов и бабок своих, не ушёл с гражданской войны...

 По репрессированным во время «Большого террора» 30-х годов есть масса баз в интернете, гигабайты литературы и отсканированных документов. «Мемориал» и сотни НКО поработали на славу. По «Красному террору» - зловещая пустота. Нас вычистили потомки ленинско-троцкистской гвардии, продолжили дело чекистов с ясными лицами и «чистыми сердцами». 

А вот если бы могли в оккупированной России появится такие таблички с двумя фамилиями и одним адресом: 

Дом 37, кв. 2 — Немировский, врач, до Революции здесь жил, расстрелян в таком-то двадцатом году

Дом 37, кв. 2 — Грушевский Леон Макович, еврей, редактор газеты «Вечерняя Москва», расстрелян 23.09. 1937

Неужели это было бы не честно? Неужели ватники бы были настолько против табличек «Последнего адреса»?