Правдивая Байка № 81. Суициды в моей жизни
Нет, всегда кончали с жизнью другие, но я был допрошен каждый раз с пристрастием. И таких случаев было много! Не зависит сиё от строя и государственного режима. И в СССР люди кончали собой, и в РФ.

В третьем классе, примерно в 1968 году, мой приятель повесился на батарее в собственной квартире. Меня допрашивали два милиционера, потому что родители сказали, что я лучший друг их сына, он точно знает причину. Хорошо, что у меня было алиби: разные смены в школе. Но то, что я лучший друг их сына, меня потрясло: таких приятелей у меня был десяток. Допрашивали неделю меня, и в школе, и дома. Потом всё утихло, его родители переехали. Осадок остался.


Класс шестой. Пришёл вернуть книжки девочке из параллельного класса. Девочки тогда меня не волновали, попили чаю и я ушёл через час. А через три часа она шагнула из окна с 8-го этажа. Опять допросы милиционеров, которые допрашивали меня: не было ли у нас интимных отношений? Честно сказал, что и слова такого не знаю. Её родители пытались навесить на меня любовь ко мне их дочки. Хорошо девочки их класса в один голос это отвергли. Допрашивали неделю, утихло. Осадок остался.

Ещё одну нашу девочку изнасиловали и убили в парке Сосновка. Привычно уже ко мне пришла милиция. У меня случилось алиби: весь вечер был на тренировке секции самбо, видели меня десятки человек. Не поверите: милиция сходила и в наш клуб, проверила! Утихло. Осадок остался.

Потом успокоилось суицидное вокруг меня… Расслабился, перестал запоминать для алиби где был, с кем, когда. До часа!

Второй курс института. Перевёлся к нам в группу парень Валера с физмеха. Из очень интеллигентной семьи. Три поколения профессуры. Сразу подружились: близкие интересы, близкие мысли…

Вот он и привёл меня в Шашлычную „Севан”. Большой просп. В.О., 92. Пишу с большой буквы, потому что Это было место для гурмана! И недорогое.

Впервые я узнал, что надо знать имена поваров, и кто сегодня из них на вахте. Я помню Ашота, которого Валерка звал в зал, громко его благодарил за великолепный вкус и жал руку. Знаете, как пожилой мужик почти плакал и был счастлив? Его труд нужен людям! Так он научил меня уважению к личности Мастера. И если Ашот потом узнавал, что пришёл Валерка, он лично подавал нам блюда, и они были ВЕЛИКОЛЕПНЫ.

Валерка научил меня дарить цветы девушкам так, чтобы у них дух захватывало! А ворковать на ушко я и сам умел…

А через год он застрелился из папиного ружья, вставив его ствол себе в рот. Прямо в квартире. И опять ко мне пришла милиция. Да, я лучший его друг, да, я его видел за день до того, да я знаю его девушку, да я думаю, что проблемы у него были только с экзаменами. Но ведь от этого не стреляются? Правда, ведь? Впервые я плакал в кабинете у следователя… Столь светлые люди не могут сами стреляться. Его убили! «И сняли носок, зацепили большой палец ноги за курок, сунули ствол в рот, не оставив ни одной царапины» - сказал следователь.

Я единственный из нашей группы не пришёл на его похороны. Для того чтобы всю жизнь помнить ТОЛЬКО его сибаристски довольную физиономию в Шашлычной и то счастье, что он дарил Ашоту. И мне.

Даже в благополучные времена масса молодых людей сводят счёты с жизнью. Это биология, уверен я. Не психология в основном. И не отсутствие веры/религии в душе.

Суицидное время.