Польша и Чечня: исторические параллели. Часть шестая.
Ну вот, а теперь – немного о так называемом "народе" и его противостоянии так называемой "элите".
(Примечание: в статье частично использованы некоторые тексты П.Брайля из нашей с ним переписки 1999 г.).
Предыдущие главы: 1, 2, 3, 4, 5



6. "История глупости в России". Быдло защищается от элиты.

Итак, мы видим следующее: после Грозного и, особенно, Годунова, Россия представляет собой, в некотором смысле, "застывшую", "подмороженную" Польшу (хрена ли, "просвещённый западный сосед" всё же - подражают!). Стремление боярства к автономизации подавлено. По ходу действия прижали к ногтю и крестьян, вдобавок обозвав их польским словом "быдло". Которые крестьяне, кстати, ожесточённо сопротивлялись (история пресловутого "восстания Болотникова" и "крестьянской войны" – это вообще детектив, клад для исторической беллетристики). Но против лома нет приёма, и в конце концов крестьянство сдалось, смирилось, приняло новый "режим" и вернулось к обычной жизни, стало встраиваться в сложившийся порядок. Вам это ничего не напоминает?
С концом Смуты, кажется, всё постепенно приходит в норму, "устаканивается". Но нет! История, видите ли, только началась. Хищник попробовал свежей крови, и теперь дворяне (точнее, их активная часть) рассматривают тягловое население России, как ЧИСТЫЙ ЛИСТ БУМАГИ. Можно сказать, мыслят в категориях зрелого маоизма. Победа дворянства в опричнину и смуту создало у него абсолютную иллюзию полновластия. "По щучьему велению, по моему хотению, стань, избушка, ко мне задом…". Вдруг оказалось, что Бог вовсе не в правде, а в голой силе. Правда, в Европе осознание этого мрачноватого факта современности привело совершенно к другим выводам, нежели в России, хоть и случилось тогда же. Именно этим Россия и интересна – она реализовала некий естественный, чисто волюнтаристский сценарий, в отличие от европейских стран, которые после 17 в. впали в некий разброд и шатания. Так началась "новая история Европы"…
Короче говоря, правящий слой России решил, что теперь-то ему сам чёрт не брат, и с населением можно делать всё, что угодно. Оно всё стерпит и снесёт, а на его попытки что-то там вякать есть "удар скуловорррот!". Начали с церковной реформы. Удивительным образом совпали два факта: во-первых, царь Алексей в борьбе со старым врагом, Польшей, неожиданно для себя отъел от неё здоровенный кусок и задумался – а не продолжить ли экспансию, не замахнуться ли и на самого султана, эээ, турецкого, а там и на Константинополь? Во-вторых, с присоединёнными землями в ряды "элиты" вливается украинское духовенство с его глубочайшим презрением к "москалям". Судя по всему, эти люди (вроде пресловутого Петра Могилы) видели свою миссию в следующем. Мол, в Речи есть свобода, но нет порядка. А на Руси - наоборот, порядок есть, а свободы-то и нетути. И вот мы, вольная киевская интелли… извините, духовная прослойка, сделаем здесь государство, соединяющее Порядок и Свободу.
Иными словами, совпали два настроения. Настроение дворянства - "наша страна, чё хотим тут, то и делаем". И настроение "киевского духовенства" - "москали - прореха на человечестве, их надо просвещать светом вольности, а вообще-то их не жалко". "Подопытные кролики и крысы". В русской политике наступила эпоха АРИСТОКРАТИЧЕСКОЙ СОЛИДАРНОСТИ.
(А если учесть, что удивительным образом Россия как раз тогда попала на роль "восточной скобки" Вестфальской системы, то остаётся констатировать - ничего другого, как следовать в фарватере общеевропейской политики, русским не оставалось).
И в самом деле. Элита - это люди, имеющие некоторое образование. Образование делает представителей двух элит ближе друг к другу, чем к своим народам. Какое образование, какое культурное влияние в 17 в. самое распространённое в России? Правильно, польское. "Польский" православный поп из Киева быстрее договорится с дьяком из приказа, чем с сотником стрельцов. Хуже того - при дворе русского царя вплоть до конца 17 в. считается знаком чуть ли не великой элитарности и образованности говорить ПО-ПОЛЬСКИ. А Польша - путь в Европу и главный конкурент на роль "восточной окраины". Вся история тогда происходит в Европе, и не надо говорить про политкорректность…. В результате "украинский поп" оказывается на Руси этаким посланцем Европы.
/Тут очень интересны параллели с 1917 г. Когда-то я писал статью о судьбе Багрицкого, и меня, в ходе чтения всяких там "источников", поразило огромное количество выходцев с Юго-Запада России, в частности, из Одессы (и вовсе не обязательно только евреев), которые вдруг оказались на вершинах власти в стране, стали творцами её культуры и истории. Люди тоже видели свою великую миссию: объединить Централизованную Империю с Рациональной и Эффективной Политикой. Ну, это отдельная тема, отдельная "ветка"…
Подозреваю, что в 1650-е гг. произошло что-то "ментально" очень похожее (на эту тему есть интересное исследование, кажется, Лаппо-Данилевского). Неудивительно, что так называемые ужасы революции 1917 г. и ужасы подавления раскола 1654 г., в целом, СРАВНИМЫ. Национальное, "москальское" ядро сопротивляется силе. Сила побеждает./.
Итак, к концу 17 в. растущее отчуждение между "населением" и "элитой" превращается в постоянный фактор русской внутренней политики. Сначала просто "злые господа". Потом хуже - "господа-еретики" ("никониане"). Дальше - больше. Потом - "господа-немцы", "господа, говорящие только по-французски"… И, в сущности, только при, не побоюсь этого слова, великом царе Николае Первом Россия постепенно опять становится русским государством. Да и то - с большим скрипом. Парадигма-то сохранилась: либо ты "быдло", либо ты "элита". В середине пасётся "мещанство", во многом, кстати, еврейское (в студенческие годы я с удивлением узнал, что для крестьян Южной и Западной России слово "мещанин" было практически синонимом слова "еврей")…
А что же "быдло"? Часть его решила не рыпаться и согласилась с новыми притеснениями жалких свобод. Собственно, какая разница, сколькими пальцами креститься? Жизнь-то уходит, нужно что-то делать… Так возникло то самое рациональное и расчётливое русское крестьянство, которое так злило всяких там горьких и лениных. Формально-православное, условно-патриотичное, исходившее из простой идеи "на Бога надейся, а сам не плошай".
Другая часть крестьян, пережив катастрофы "киевского просвещения", решила, что "теперь читать книги нельзя, а можно только трястись". Началась история русского сектантства. Старообрядчество постепенно деградировало, поддавалось самым разнообразным влияниям, раскалывалось дальше. Многие секты, оставаясь по названию христианскими, на самом деле превратились в некие ответвления древних земледельческих культов (читайте на эту тему замечательную монографию А.Эткинда "Хлыст"). Практики этих сект были довольно-таки жутковатыми, но зато давали последователям "духовную свободу".
В общем, ситуация складывалась так. Либо человек следовал формальному православию, и перед ним открывалось два пути - 1) постижение глубин религии или 2) маскировка под православного, а на самом деле "бытовой рационализм". Либо человек ему не следовал, и тогда неизбежно подпадал под влияния хлыстов, трясунов, бегунов, молокан, духоборов и ещё свыше 150 разных сект, существовавших в России. Кстати, и марксизм с социализмом здесь воспринимались, скорее, как религиозные секты.
Однако будем жёсткими, зададимся простым вопросом. Какая картина мира создаётся у человека, если он находится вне церкви как института и вне "бытового рационализма" одновременно? Ответ мой будет достаточно грубым: это ШИЗОФРЕНИЧЕСКАЯ картина мира. Которая хороша для писателей и художников, но в обычной жизни приводит к распаду всего и вся.
Таким образом, "элита" и "быдло" противостоят на уровне идеологий. Сверху "официальное православие" или, для прочих, "бытовой рационализм" под маской православия. Снизу - пляски клоунов, хтонические культы, юродство и скоморошество, в общем, всякая творческая шизофрения. Мы всё говорим про великое чудо русской литературы 19 в., а ведь это и есть ярчайшее проявление "низовой шизофрении". Хуже того – расцвет хорошей литературы обычно говорит о том, что общество ЗАДАВЛЕНО. Творческое сознание проявляется в экстремальных условиях. В другом случае литература жила бы себе в резервации, в университетах, в кампусах. А тут Льва Толстого читает вся так называемая мыслящая Россия (3% населения) и на него молится. В буквальном смысле этого слова.
Итак, в результате раскола развели всевозможных хлыстов, которые только прикидывались старообрядцами, а на самом деле всё искажали и приводили в соответствие со своей собственной шизофренической картиной мира. "Наверху" же этой хлыстовской угрозы не понимали, пытались народ образовывать и просвещать. На самом деле, от просвещения оказался один вред. Все "просвещенные" пачками отказывались от "непрогрессивного" православия, а, поскольку "свято место пусто не бывает", подсознательно (а то и вполне сознательно) впадали во всевозможное хлыстовство. То есть, банально: если "элита" ничего не предлагает населению, оно само начнёт себя развлекать. Религиозными суррогатами, водкой, наркотиками… Литературой, кстати, тоже.
В 1917 г. "хлыстам", в силу целого ряда исторических случайностей, удалось развязать революционную бучу. (При этом они воспринимали ее как "мистическое действо", из которого должны были проистечь чудесные результаты, типа воскресения мёртвых). Но чудес, как верно отмечал товарищ Сталин, не бывает. Относительно прагматичные большевики оседали эту хлыстовскую волну, сумели ее слегка утихомирить, а вскоре и вовсе "смирить" в ходе коллективизации.
Собственно говоря, Россия подходила к 1917 г. сразу с ДВУМЯ (а то и с тремя) внутренними тенденциями, которые так или иначе ведут к революции. Первая тенденция - это революция "консервативная", "черносотенная", революция сельских "хозяев и хозяйчиков", отчасти осуществившаяся в 1905-1906 гг. Направленность - на расширение слоя, поддерживающего государство, на своего рода "народную монархию".
Вторая тенденция - "революция хлыстов" (неважно, какого направления; собственно, кадеты - те же одержимые сектанты), сводящаяся к простому и понятному каждому интеллигенту лозунгу: давайте свалим царя и его прогнивший режим, а там всё само собой образуется. В феврале 1917 г. хлыстам подворачивается случай - царя валят. То, что в течение следующих девяти месяцев развалилось вообще ВСЁ, очевидно уже, по-моему, каждому. Собственно, уже в апреле ясно, что большевизм неизбежен, и это дело только времени и приложения сил.
Итак, большевики побеждают под сектантскими лозунгами, наподобие мировой революции. Но чуда не происходит, и к 1919 г. всем становится понятно, что надо либо всерьёз заниматься управлением страной, либо удирать на Таити. Выбирают первое. Места в административном аппарате раздают инородческим контр-элитам, которые - внимание! - воспроизводят ту самую модель, которая им хорошо знакома с детства. Да-да, вы угадали. "Элита" и "быдло", "огромная централизованная империя"! Правда, теперь всё это - уже с сочетанием убойной пропаганды и штыков.
И история Россия отправляется по второму кругу. А потом, в 1991-93 гг. - по третьему. И не видно пока этому конца…

***

Итак, подведём некоторые промежуточные итоги. Получается какой-то ужасающий, просто беспросветный детерминизм:
1. Стремление Ивана Грозного спасти Россию от распада по "польскому сценарию" привело к созданию подчинённого царю дворянства и, затем, закрепощению крестьян. Возникли "элита" и "быдло".
2. Это, в свою очередь, привело к возникновению у правящей "элиты" ощущения вседозволенности и, фактически, некоей формы "безродного космополитизма".
3. Война с естественным противником - Польшей - привела к ряду побед "сосредоточившейся" после смуты России. То есть авторитарная модель показала свою эффективность.
4. Присоединение польских земель и события в Западной Европе выводят Россию на арену европейской политики. России требуется "сверхидея", чтобы в этой политике удерживаться (альтернатива - самоизоляция, избиение сильными соседями и "уездная судьба").
5. "Сверхидею" находят в объединении всего православного мира под скипетром московского царя.
6. Для этого приходится привести национальное православие в соответствие с тогдашними мировыми стандартами.
7. В результате раскола яма между "элитой" и "быдлом" делается ещё глубже.
8. Чтобы удержаться на европейской сцене, русские цари изо всех сил стремятся "соответствовать европейским образцам" (весьма успешно).
9. Тем самым разрыв "элиты" и "быдла" ещё возрастает.
10. Игра в мощную европейскую империю приводит к полному присоединению Польши.
11. Россия получает колоссальное еврейское население и недовольную польскую шляхту.
12. Оба "приобретения" начинают свою собственную игру и активно стремятся себя навязать в духовные руководители "быдла" (успех, до поры до времени, весьма невелик).
13. Цари опасаются менять социальную структуру страны в пользу массовой национальной базы ("быдла"), так как "элита" уже пропитана чуждыми влияниями. "Наверху" уже сидит чистой воды интернационал, от русских бояр до татар и крещёных евреев. Результат: крепостное право отменено с опозданием в 50 лет, помещичье землевладение - с опозданием лет этак в 80. В "ядре истории", Европе, начинается смена колониальных империй торгово-промышленными гигантами, а "элита" даже не чешется.
14. "Быдло" начинает понимать, что в стране, которая пытается играть роль "жандарма Европы", путь наверх простому человеку заказан. Тем временем в Европе местное "быдло" добивается некоторых прав, что резко улучшает ситуацию в западных странах.
15. Крымская война показывает, что империя весьма уязвима в коротких мобильных конфликтах (в затяжной войне она выиграет всё равно, благодаря ресурсам и организации). "Элита" начинает перестраиваться и пытаться завоевать массовую базу.
16. Но уже поздно. Политика "аристократической солидарности" привела к тому, что у всех присоединённых народов есть национальные кадры, только и ждущие распада империи. "Элита" оказывается своего рода "лоскутным одеялом". Однако разбавить её представителями коренных народов, прежде всего русского, власти боятся. Хотя такие попытки после 1861 г. делаются неоднократно.
17. Революция 1905 г. расчищает дорогу "людям снизу", страна начинает быстро развиваться.
18. Однако инерция "большой европейской политики" царей приводит к вступлению в войну, в которой Россия Романовых погибает. В частности, из-за устарелых методов руководства страной.
19. В результате серии мелких революций 1917-1922 гг. к власти приходят инородческие контр-элиты (между прочим, скрепляющим элементом централизованного государства оказались евреи - без них всё уже тогда бы развалилось на куски бесповоротно).
20. В силу своих ментальных особенностей новые властители страны воспроизводят всё ту же схему: "быдло и элита". Потому что ничего другого они даже представить себе не могут. В качестве сверхидеи теперь – "мировая революция". Но СТРУКТУРНО ничего не изменилось…
Сведём всё это к ещё более короткому циклу. Итак:
1. Хотим играть некую роль на мировой арене (а выбора и нет, иначе сотрут с карты).
2. Мобилизуем "элиту" за счёт "населения".
3. Победы над врагами приводят лишь к усилению и консолидации "элиты".
4. Низы, неспособные что-либо изменить, уходят в мистический загул.
5. В конечном счёте, "быдлу" остаётся ждать перспектив исключительно от внутренних разборок "элит". Потому как каждая победившая группировка немножко делится с населением, чтобы не обижались.
В этом смысле история последних 13 лет не является каким-то исключением. Всё традиционно. Победители консолидируются, разогнав всякие там "советы", а потом начинаются эти самые внутренние разборки. Сначала "война с чеченцами", потом "долбёж с олигархами" и т.п. Населению всё это глубоко фиолетово, но со стола периодически падают куски. Иногда - даже средней величины.
"Элита" тупо следует логике развития, усвоенной ещё в 17 в. Консолидация, численное сокращение (до "ордена меченосцев"), окончательный отрыв от масс. "Элои и морлоки". "Быдло" ничуть не хуже повторяет прежние схемы - дешёвая мистика, водка, конопля, революция. Рационально мыслящая часть населения вновь оказалась на развилке, характерной для 1905 г. "Лево-правая" оппозиция собирается свергать Путина, видя в этом единственную цель (хлысты, что ж тут сделаешь…). Что будет дальше в случае их победы, уже понятно. Типа погром, типа распад, и у власти опять окажется узкопрослоечная "элита", списки которой уже сейчас вполне ясны. Только и всего. Ну, будет ещё одна чеченская республика на где-нибудь Самотлоре, поближе к нефти.
В этих условиях единственным выходом у власти было бы - что? Простейшая вещь: надо немного поделиться властью с теми, кто мыслит рационально, т.е. "белую моль" свергать не собирается, но существующими порядками крайне недоволен. И хотя бы немного поменять порядок вещей. Сделать и власть, и рынок чуть более доступными простым людям.
Однако даже на это у нынешней "элиты" не хватает ума. Потому что реально она не заинтересована в выживании государства. Её задача - максимально использовать местные богатства, выжать из страны всё, а там будет видно. Сколько там ещё осталось нефти? Нужно эффективно её продать, вот и вся глобальная цель. Что ж… Флаг в руки и барабан на шею, как говорится…

(продолжение следует)