Ветераны и жертвы интенсификации




Часть I. Интенсификация-90
Эх, веселое было времечко... Как сказал бы Бабель, «несчастье шлялось под окнами Петербурга, как нищий на заре, приняв в этот раз образ кацапа Лёвки Зайкова».
Включишь радио или ящик, а он тут как тут: «...читатель не принял романа Дудинцева, пьес Вампилова, он нуждается в образе положительного героя... применение манипуляторов и роботов увеличит производительность труда на целый порядок...». За последнюю мысль, как за соломинку, ухватилась ум честь и совесть: все автоматизировать, капстраны тут же будут в анусе! И пошло, и завертелось...

Часть II. Контора и ее начальник.
Было в городе одно большое засекреченное предприятие. Худо-бедно, имело оно и уникальные станки, и грамотных работяг, и хорошие мозги, и даже свой ученый совет. А руководила им тогда яркая личность, назовем ее Uncle A.A. Красавец под 190 ростом, уже не молод, с благородной сединой, партийным голосом, бешеным темпераментом и даже своей философией.
Говорят наверху, что отставать мы стали от проклятых империалистов по внедрению новой техники. – «Наше дело зачать, бабы доносят», отвечает UAA и тут же ликвидирует этапы макетного и опытного образцов. То есть, что придумал, сразу запускай в серию... А еще любил он на планерках бросаться телефонами. Однажды взяли и привинтили телефон к столу, посмотреть, что будет. Так UAA, дернув пару раз аппарат, в бешенстве так хватил трубкой о край стола, что верхняя ее часть оторвалась и куда-то улетела.
Естественно, UAA в первых рядах славных начинаний. И на предприятии тут же создается большое подразделение по ГАП (гибким автоматизированным производствам). Вот так и родился наш замечательный коллектив.

Часть III. «С домов господских вид мизерный следов помещичьих затей»
Главным результатом явился ГАП холодной штамповки. Огромный цех, под 60 прессов, с роботами, и компьютерами ДВК. Входящего поражала чудовищная транспортная система: монорельс под потолком, изогнутый чуть ли не лентой Мёбиуса, по которому движутся тележки, размером с узкоколейный паровоз. К каждому рабочему месту. Здесь-то UAA ежедневно в 8-00 проводил щедрую раздачу п#здюлей. Помню раз: планерка в разгаре, UAA в ударе, в цех входит опоздавший минут на 10 начсектора. UAA меняется в лице и начинает юродствовать, изгибаясь и приплясывая: «Доброе утро, Виктор Семенович, как Вы добрались до работы, это ничего, что мы тут без Вас собрались и т.д.» - Здравствуйте,- не изменившись в лице ответил виновник торжества, похоже, еще не проснувшийся, и пошагал далее. Немая сцена...
Итогом создания ГАПа явился фильм. Что-то вроде блокбастера, не раз показанного на всяких партконференциях. В реале ГАП заработал всего один раз, и это напоминало финал другого фильма - «Грек Зорба». Виноватой оказалась та самая транспортная система - что-то там сорвалось из-под потолка и чуть не перекалечило присутствовавший цвет начальства колыбели революции.

Часть IV. Итоги. Двадцать лет спустя.
Основной задачей на ближайшую пятилетку стал демонтаж транспортной системы. Ее конструктор тихо ушел, и однажды к нему в гости пришли двое – Скворцов и Степанов. Это трио с тех пор неразлучно.
UAA поднялся очень высоко. Теперь он олигарх, но, в отличие от менее умных коллег, не светится лишний раз на публике и TV. Я искренне желаю ему добра, так как при всём прочем, это индивидуальность и человек незаурядный.
На смену ему пришло серое безликое убожество, которое разорило предприятие. Его корпуса сдаются в аренду, в одном из них делают презервативы.
Лёвка до конца жизни платил партвзносы и верил в торжество коммунизма. От него остался фаллический обелиск на Знаменской площади.
От Интенсификации-90 не осталось ничего. Только анекдот (- Это когда по субботам - субботники, по воскресеньям - воскресники, выходные - к отпуску, отпуск - к пенсии, а пенсия - в 90).
А главный итог – тем, кто уцелел, наконец удалось собраться.


Мы были молоды, сильны, нетерпеливы,
нам было весело в жилище непотребном,
где тел и душ прекрасные порывы
будили тетки да напиток «спирт служебный»,

где к светлым далям все шагали строем.
Но, что бросать нам в это время камни -
оно прошло. Не мы его герои,
что всплыли вверх со славой и деньгами.

Как в злой считалке судьбы разделились,
а, вот, смотри-ка, живо наше братство,
не померли, не скурвились, не спились
и через 20 лет смогли собраться.

с Василь-Иванычем снимается семейство
бойцов последних этой битвы странной.
Какое в бронзе развернулось действо,-
всем кажут хрен! Давай, по 200 граммов...