|
|
Пишет v_murza (![[info]](http://lj.rossia.org/img/userinfo.gif){kind=small} v_murza)@ 2012-03-10 23:06:00 |
 |
|
 |
|
|
|
|
|
|
 |
|
 |
Почти что российская крепость Олавинлинна
Крепость Олавинлинна, она же Нейшлот (Нюслотт), она же Олафсборг или Замок святого Олафа находится на островке между озерами Хаапавеси (Осиновое) и Пихлаявеси (Рябиновое) в Сайменской водной системе. Это главная достопримечательность уютного финского городка Савонлинна, что в 320 км. от Санкт-Петербурга.
До 1917г. адрес объекта нашего повествования был таким: Санкт-Михельская губерния Великого княжества Финляндского, г.Нейшлот. Это название чудом сохранилось в питерской топонимике (Нейшлотский переулок).
Замок был заложен в 1475г. вблизи границы с Новгородом по Ореховецкому миру. Построил его датский рыцарь Эрик Аксельссон (Ээрик Акселинпойка, если по-фински) Тотт, бывший регент Швеции. Целью было укрепление неспокойной границы после поглощения Новгорода Великим княжеством Московским. Место выбрали очень удачное: незамерзающий пролив на водном пути (сухопутных дорог практически не было). Вот только забрались при этом километров на 5 на русскую территорию, что давало основания Москве для набегов и осад.
Поселение, получившее права города в 1639г., образовалось вокруг замка. В конце XIXв. этот милейший уголок Великого княжества Финляндского выглядел так:
Начиная с Ивана III Васильевича, русские войска многократно пытались овладеть крепостью (русско-шведские войны 1495-1497, 1554-1557, 1570-1582, 1656-1658гг.). Впервые им это удалось только в ходе Великой Северной войны в 1714г. Через 7 лет крепость вернули Швеции по Ништадскому миру. С 1742г. и до октябрьского переворота Олавинлинна пребывала в составе Российской империи.
Эти почти 2 века оставили след в российской истории и культуре. Да и сама Олавинлинна перестраивалась русскими и изменила свой облик. Ее стены хранят немало преданий и полузабытых историй, о коих хочется рассказать подробнее.
ВЗЯТИЕ КРЕПОСТИ В 1714г. ВАСИЛИЙ С ОСТРОВА
В ходе Северной войны в 1713г. петровская армия повела крепостную войну на территории Южной Финляндии. После взятия Гельсингфорса наступила очередь Нейшлота. 12 сентября Петр I именным указом отправил на осмотр крепости Василия Дмитриевича Корчмина (род.до 1671-1729), главного царского инженера и лучшего артиллериста, чтобы оценить необходимое число пушек и мортир для успешного её взятия, а также «осведомится нет ли водного пути к оному месту от Выборга или из Карелы, и какими судами». В качестве боевого прикрытия его сопровождал драгунский полк в 150 чел.
В июне 1714г. для захвата крепости из состава Выборгского гарнизона был выделен отряд в 1686 чел. с 30 пушками под командованием полковника Ивана Максимовича Шувалова-старшего, коменданта Выборга. С вводом в Сайму русских речных судов Нейшлот оказался взят в осадное кольцо.
После тщательной подготовки крепость подверглась мощной артиллерийской бомбардировке. Она продолжалась 5 суток, пока в одной из стен не образовался пролом. После этого, 29 июля, шведы сдались с правом свободного выхода из крепости.
Взятие Нейшлота показало эффективность инженерных атак на неприятельские крепости. При большом объеме земляных работ и расходе орудийных боеприпасов число людских потерь в таких случаях заметно снижалось.
Столь блестящее взятие неприступной крепости было увековечено огромного размера памятной медалью 1714 года. По ободу медали было написано «Крепость Нейшлос ослабела от руки Петровы». На медали была изображена батарея пушек, у которых стоит офицер с пальником в руке. Есть предположение, что это изображён Корчмин, и это единственное дошедшее до нас его изображение.
Василий Корчмин, если кто не помнит – тот самый сержант бомбардирской роты Преображенского полка, которому Петр I при строительстве Петербурга отправлял записки на батарею с пометкой: «К Василью – на остров». По одной из версий, Васильевский остров в Санкт-Петербурге получил благодаря ему свое имя. На 7-й линии В.О. ему в 2003г. установили памятник (скульптор Г.Лукьянов).
КОМЕДИЯ В ПУМАЛА И ОСАДА НЕЙШЛОТА 1788г.
Шведский король Густав III и российская императрица Екатерина II были двоюродными братом и сестрой. Их отношения характеризовала взаимная ревность, граничащая с враждой. В 1788г. Густав III спровоцировал войну, считая, что Россия, занятая войной с Турцией, не осилит два фронта. В качестве повода была использована маскарадная стычка в приходе Пумала: Густав переодел королевских драгун в русские мундиры, изготовленные в пошивочной мастерской Стокгольмской оперы, и они с холостыми патронами напали на своих.
25 июня 1788г. Екатерина писала немецкому дипломату Ф.М.Гримму: «Шведский король начал враждебные действия, послав переодетых солдат ограбить таможню и схватить таможенного чиновника с его помощниками в окрестностях Нейшлота.< …> Вот самый благородный способ для начала военных действий. Я приказала дать знать капитану округа, чтобы он наказал, как разбойников тех, кого он успеет захватить на таких достославных подвигах». Впоследствии Густав III желал, чтобы это событие забылось, но исполнители комедии не сумели сохранить секрета, и оно стало достоянием истории.
Этот же прием был творчески воспроизведен Отцом Народов в 1939г., как повод к Зимней войне (инцидент в Майнила).
Еще до объявления войны 18 июня шведы с отрядом 1700 чел. приступили к Нейшлоту и блокировали крепость. А в начале июля 1788 года 36-тысячная шведская, армия во главе с самим королем перешла границу в Финляндии.
Густав III под Уттисмальмом в Финляндии в 1788г.
Густав III прислал ультиматум коменданту крепости однорукому инвалиду секунд-майору Кузьмину, в котором требовал открыть ворота и впустить шведов. На это майор ответил королю: "Я без руки и не могу отворить ворота, пусть его величество сам потрудится". Гарнизон Нейшлота составлял всего 230 чел., и крепость была совершенно отрезана от русских войск.
План осады Нейшлота, составленный одним из ее участников
Кузьмин с честью выдержал двухмесячную осаду при самых ничтожных потерях.
А о том, что происходило в шведском лагере, можно судить из писем Густаву III его друга графа Стендинга, участника осады. «Главное затруднение, которое Ваше Величество встретит в этой стране – отсутствие продовольствия и полный неурожай. … Все жители разбежались по лесам со своим скотом, приходят оттуда, чтобы говорить мне длинные речи, которых я не понимаю. Русская пехота великолепна, особенно превосходен гренадерский полк…. В крепости же вода и одна ржаная мука». Стендинг даже попытался проникнуть в крепость, переодевшись французским капитаном. Но на свидание с комендантом не решился и написал королю, что «золото на коменданта не действует, а разве огонь и железо».
Между тем шведскую армию охватил мятеж. В деревне Аньяла недовольные устроили офицерское собрание и заявили, что король ведет войну незаконно, без согласия риксдага, потребовав от Густава немедленно заключить мир. 10 августа шведы сняли осаду и отступили от Нейшлота.
Теперь Екатерина была уверена в исходе войны с Густавом III. 14 августа она писала Потемкину:
"И так все беспокойства ваши мне теперь чувствительнее, нежели дурацкая шведская война, в которой смеха достойные ныне происхождения, и, по-видимому, кончится собранием Сейма в Финляндии и Швеции, и тогда станем со штатами трактовать о мире".
С тех пор в переписке Екатерина величала короля Густава не иначе как Фуфлыгой.
ВИЗИТ СУВОРОВА
Александр Васильевич Суворов трижды бывал в Финляндии. Первый раз в феврале 1773 г. Тогда он посетил Выборг, Кексгольм и Нейшлот с целью оценки обстановки после государственного переворота в Швеции, произведенного Густавом III. Существует предание, что для разведки ситуации Суворов проникал в гарнизоны в одеянии финского крестьянина, поскольку свободно владел финским языком.
В апреле 1791г. Екатерина II отправляет его особым рескриптом, в коем говорилось: "Граф Александр Васильевич! Я желаю, чтобы вы съездили в Финляндию до самой шведской границы для спознания положения мест для обороны оной". После «войны Густава III» в Петербурге остро стала ощущаться потребность укрепить оборону со стороны Финляндии и Финского залива. В это же время Потемкин готовился к празднику в Таврическом дворце в воспоминание взятия Измаила, и ему совершенно нежелательно было присутствие истинного героя этой баталии.
Суворов пробыл в Финляндии почти два года создал там грандиозную систему укреплений, иногда называемую «Линией Суворова». Вот исторический анекдот , относящийся к этому периоду.
В 1791г. Суворова ждали со дня на день в Нейшлоте. Наконец явился курьер с известием, что граф выехал уже из Фридрихсгама, где была его главная квартира, и завтра будет здесь.
С рассветом в городе начались приготовления к приему дорогого гостя. Небольшой домик, в котором помещались Нейшлотские присутственные места, был убран коврами и флагами. На пристани перед крепостью стоял десятивесельный катер, покрытый красным сукном. В зале городского дома собрались бургомистр, комендант крепости, офицеры, чиновники и почетные жители. Улица была полна народа.
Все посматривали на михельскую дорогу, куда отправлен был верхом крестьянин с приказом дать знать, как только покажется граф. Суворова знали еще с 1773 года, когда он по поручению императрицы обозревал этот край.
Прошло часа три в ожидании знаменитого гостя.
Между тем небольшая двухвесельная лодка подошла к пристани. В ней сидят два финна в простых крестьянских балахонах и широкополых шляпах, опущенных, по обыкновению, на самые глаза. Один работал веслами, другой управлял рулем. Лодку не пустили на пристань, и она должна была подойти к берегу несколько подальше. Старик, сидевший у руля, вышел на берег и начал пробираться к городскому дому. В это время на другом конце улицы у михельского въезда показался крестьянин на бойкой шведской лошади. Он скакал во весь опор и махал рукою.
Все пришло в движение. Бургомистр, комендант, депутаты вышли из зала и расположились поперек улицы с хлебом и солью. Bсе глаза обратились на михельскую дорогу в нетерпеливом ожидании.
Старик с трудом пробрался между толпами к дверям городского дома. У входа его остановил полицейский солдат.
- Куда, куда ты? - закричал он по-чухонски.
- К господину бургомистру, - сказал старик.
- Нельзя.
- Я по делу.
- Какие теперь дела... ступай прочь!
- Бургомистра по закону всякий может видеть, - продолжал старик с обыкновенной финской настойчивостью.
- Сегодня нельзя.
- Отчего же?
- Ждут царского большого генерала... убирайся.
Старик смиренно выбрался из толпы.
В это время народ взволновался: вдали показалась коляска. Городские власти и депутаты выровнялись, народ начал снимать шляпы. Коляска подъехала, и из нее вышли трое военных. Бургомистр и комендант двинулись на встречу, но с удивлением заметили, что Суворова между ними не было. Поздравив прибывших с благополучным приездом, комендант осведомился о фельдмаршале.
- А разве граф не приехал? - спросил один из генералов.
- Никак нет! - отвечал озадаченный комендант.
- Он выехал водою прежде нас и верно сейчас будет.
Власти встревожились. Депутация с прибывшими генералами отправилась к пристани. Посадили в лодку гребцов и послали ее на озеро, в ту сторону, откуда надобно было ждать графа. Толпы народа хлынули на возвышение, с которого открывается вид на Сайму. Прошло с полчаса. Нетерпеливое ожидание выражалось на всех лицах.
Вдруг за проливом из стен крепости пронесся гул сотен голосов, и одним громовым криком пролетел по тихой поверхности озера.
- Не проехал ли граф прямо в крепость? - спросил один из приехавших генералов.
- У нас везде часовые, - отвечал комендант.
В крепость тотчас же послали офицера узнать, что там делается. Вдруг гром пушечного выстрела потряс все сердца, гул отгрянул по окрестным горам и густое облако дыма взвилось над одною из крепостных башен. За ним грянул другой, третий выстрел. Народ бросился к крепостному проливу.
- Фельдмаршал в крепости! - сказали в один голос генералы.
В эту минуту от крепостной пристани показалась лодка с посланным офицером. Через минуту он был уже на берегу.
- Граф Суворов, - сказал он, подходя к коменданту, - осмотрел крепость и просит к себе вас и всех желающих ему представиться.
Все остолбенели. Комендант, бургомистр, приезжие генералы, депутаты и городские чиновники поспешно сели в катер и лодки и переправились в крепость. Гарнизон выстроен был под ружьем на крепостном плаце, канониры стояли при орудиях, а Суворов со священником и двумя старшими офицерами был на юго-западной башне. Унтер-офицер прибежал оттуда и объявил, что граф просит всех наверх.
Тут узнали, что Суворов уж с час находится в крепости, что он приехал в крестьянской лодке с одним гребцом, в чухонском кафтане, строго приказав молчать о своем приезде, пошел прямо в церковь, приложился к кресту, осмотрел гарнизон, арсенал, лазарет, казармы и приказал сделать три выстрела из пушек. Озадаченные сановники поспешно поднимались по узким каменным лестницам на высокую угловую башню.
В самом верхнем ярусе они остановились на площадке, едва переводя дух от усталости, и увидели бодрого худощавого старика в широкополой шляпе и сером чухонском балахоне, под которым виднелся мундир Преображенского полка с широкой георгиевской лентой через плечо.
Это был Суворов. Приставив к левому глазу сложенные один на другой кулаки, он обозревал в эту импровизированную трубу окрестности замка, и, не замечая, по-видимому, присутствия нейшлотских чинов, говорил вслух:
- Знатная крепость! помилуй Бог, хороша: рвы глубоки, валы высоки, через стены и лягушке не перепрыгнуть!.. Сильна, очень сильна! с одним взводом не возьмешь!.. Был бы хлеб да вода, сиди да отсиживайся! пули не долетят, ядра отскочат!.. Неприятель посидит, зубов не поточит... Фашинник не поможет, лестницы не нужны... Помилуй Бог, хорошая крепость!
Вдруг он опустил руки, быстро повернулся на одной ноге и с важным видом остановился перед нейшлотскими властями, которые не успели еще отдохнуть от восхождения своего на вершину высокой башни. Комендант выступил вперед и подал рапорт. Не развертывая его, Суворов быстро спросил:
- Сколько гарнизона?
- Семьсот двадцать человек, - отвечал комендант, знакомый с лаконизмом своего бывшего начальника.
- Больные есть?
- Шестеро.
- А здоровые здоровы?
- Все до одного.
- Муки много? крысы не голодны?
- Разжирели все.
- Хорошо! помилуй Бог, хорошо! а я успел у вас помолиться и крепость посмотрел, и солдатиков поучил. Все хорошо, аминь! Пора обедать... Есть чухонская похлебка?
Не знаю, насколько соответствует этот рассказ исторической правде. Однако свободное владение великого полководца финским языком в устной и письменной форме является фактом и даже вызывало гипотезы о его финских корнях.
Ведь сам Суворов повторял, что его предки пришли из Швеции и что его фамилия на самом деле «Сувара» или «Сювяваара» .
А может быть, финский он выучил еще в детстве, поскольку Боровичский, Тихвинский и Валдайский уезды входили в состав так называемой Новгородской Карелии, куда в XVIIв. в массовом порядке переселялось финно-угорское население из Корельского уезда и Ингерманландии, отошедших к Швеции в 1617г. Известно также, что, проживая в Кончанском, Суворов имел «в повелении своем тысячу душ карел, из коих весьма малое число по-русски худо разумеют».
Что касается Нейшлота, то Суворов полностью преобразил крепость, снеся несколько построек, обветшавших от времени и войн, и устроив цепь мощных внешних бастионов с чугунными пушками.
Также он основал на Сайме военный флот, куда уже в 1792г. входило 38 небольших военных судов.
СОВРЕМЕННЫЙ ВИД КРЕПОСТИ. ЧТО ПОСТРОИЛИ РУССКИЕ
Это вид крепости со стороны г.Савонлинна (февраль 2012г.)
и с пешеходного мостика, устроенного в 1974г.
Русские надстроили крепостные башни кирпичом и сделали крыши
Бастион Водных ворот с пушкой
Дом адьютанта (русского)
Вид сверху на бастионы
и башня внутри
Продолжение следует.
В заголовке поста – худ. Исаак Левитан, «Крепость. Финляндия», 1896.
Источники:
М.Бородкин. История Финляндии, ч.I Время Петра Великого, СПб, 1910; ч.III Время Екатерины II и Павла I, СПб, 1912.
А. Брикнер. Русско-шведская война 1788-1790 гг.; А.Б. Широкорад. Северные войны России - на сайте Военная история 2-й половины 18 века
Крепость Олавинлинна, она же Нейшлот (Нюслотт), она же Олафсборг или Замок святого Олафа находится на островке между озерами Хаапавеси (Осиновое) и Пихлаявеси (Рябиновое) в Сайменской водной системе. Это главная достопримечательность уютного финского городка Савонлинна, что в 320 км. от Санкт-Петербурга.
До 1917г. адрес объекта нашего повествования был таким: Санкт-Михельская губерния Великого княжества Финляндского, г.Нейшлот. Это название чудом сохранилось в питерской топонимике (Нейшлотский переулок).
Замок был заложен в 1475г. вблизи границы с Новгородом по Ореховецкому миру. Построил его датский рыцарь Эрик Аксельссон (Ээрик Акселинпойка, если по-фински) Тотт, бывший регент Швеции. Целью было укрепление неспокойной границы после поглощения Новгорода Великим княжеством Московским. Место выбрали очень удачное: незамерзающий пролив на водном пути (сухопутных дорог практически не было). Вот только забрались при этом километров на 5 на русскую территорию, что давало основания Москве для набегов и осад.
Поселение, получившее права города в 1639г., образовалось вокруг замка. В конце XIXв. этот милейший уголок Великого княжества Финляндского выглядел так:
Начиная с Ивана III Васильевича, русские войска многократно пытались овладеть крепостью (русско-шведские войны 1495-1497, 1554-1557, 1570-1582, 1656-1658гг.). Впервые им это удалось только в ходе Великой Северной войны в 1714г. Через 7 лет крепость вернули Швеции по Ништадскому миру. С 1742г. и до октябрьского переворота Олавинлинна пребывала в составе Российской империи.
Эти почти 2 века оставили след в российской истории и культуре. Да и сама Олавинлинна перестраивалась русскими и изменила свой облик. Ее стены хранят немало преданий и полузабытых историй, о коих хочется рассказать подробнее.
ВЗЯТИЕ КРЕПОСТИ В 1714г. ВАСИЛИЙ С ОСТРОВА
В ходе Северной войны в 1713г. петровская армия повела крепостную войну на территории Южной Финляндии. После взятия Гельсингфорса наступила очередь Нейшлота. 12 сентября Петр I именным указом отправил на осмотр крепости Василия Дмитриевича Корчмина (род.до 1671-1729), главного царского инженера и лучшего артиллериста, чтобы оценить необходимое число пушек и мортир для успешного её взятия, а также «осведомится нет ли водного пути к оному месту от Выборга или из Карелы, и какими судами». В качестве боевого прикрытия его сопровождал драгунский полк в 150 чел.
В июне 1714г. для захвата крепости из состава Выборгского гарнизона был выделен отряд в 1686 чел. с 30 пушками под командованием полковника Ивана Максимовича Шувалова-старшего, коменданта Выборга. С вводом в Сайму русских речных судов Нейшлот оказался взят в осадное кольцо.
После тщательной подготовки крепость подверглась мощной артиллерийской бомбардировке. Она продолжалась 5 суток, пока в одной из стен не образовался пролом. После этого, 29 июля, шведы сдались с правом свободного выхода из крепости.
Взятие Нейшлота показало эффективность инженерных атак на неприятельские крепости. При большом объеме земляных работ и расходе орудийных боеприпасов число людских потерь в таких случаях заметно снижалось.
Столь блестящее взятие неприступной крепости было увековечено огромного размера памятной медалью 1714 года. По ободу медали было написано «Крепость Нейшлос ослабела от руки Петровы». На медали была изображена батарея пушек, у которых стоит офицер с пальником в руке. Есть предположение, что это изображён Корчмин, и это единственное дошедшее до нас его изображение.
Василий Корчмин, если кто не помнит – тот самый сержант бомбардирской роты Преображенского полка, которому Петр I при строительстве Петербурга отправлял записки на батарею с пометкой: «К Василью – на остров». По одной из версий, Васильевский остров в Санкт-Петербурге получил благодаря ему свое имя. На 7-й линии В.О. ему в 2003г. установили памятник (скульптор Г.Лукьянов).
КОМЕДИЯ В ПУМАЛА И ОСАДА НЕЙШЛОТА 1788г.
Шведский король Густав III и российская императрица Екатерина II были двоюродными братом и сестрой. Их отношения характеризовала взаимная ревность, граничащая с враждой. В 1788г. Густав III спровоцировал войну, считая, что Россия, занятая войной с Турцией, не осилит два фронта. В качестве повода была использована маскарадная стычка в приходе Пумала: Густав переодел королевских драгун в русские мундиры, изготовленные в пошивочной мастерской Стокгольмской оперы, и они с холостыми патронами напали на своих.
25 июня 1788г. Екатерина писала немецкому дипломату Ф.М.Гримму: «Шведский король начал враждебные действия, послав переодетых солдат ограбить таможню и схватить таможенного чиновника с его помощниками в окрестностях Нейшлота.< …> Вот самый благородный способ для начала военных действий. Я приказала дать знать капитану округа, чтобы он наказал, как разбойников тех, кого он успеет захватить на таких достославных подвигах». Впоследствии Густав III желал, чтобы это событие забылось, но исполнители комедии не сумели сохранить секрета, и оно стало достоянием истории.
Этот же прием был творчески воспроизведен Отцом Народов в 1939г., как повод к Зимней войне (инцидент в Майнила).
Еще до объявления войны 18 июня шведы с отрядом 1700 чел. приступили к Нейшлоту и блокировали крепость. А в начале июля 1788 года 36-тысячная шведская, армия во главе с самим королем перешла границу в Финляндии.
Густав III под Уттисмальмом в Финляндии в 1788г.
Густав III прислал ультиматум коменданту крепости однорукому инвалиду секунд-майору Кузьмину, в котором требовал открыть ворота и впустить шведов. На это майор ответил королю: "Я без руки и не могу отворить ворота, пусть его величество сам потрудится". Гарнизон Нейшлота составлял всего 230 чел., и крепость была совершенно отрезана от русских войск.
План осады Нейшлота, составленный одним из ее участников
Кузьмин с честью выдержал двухмесячную осаду при самых ничтожных потерях.
А о том, что происходило в шведском лагере, можно судить из писем Густаву III его друга графа Стендинга, участника осады. «Главное затруднение, которое Ваше Величество встретит в этой стране – отсутствие продовольствия и полный неурожай. … Все жители разбежались по лесам со своим скотом, приходят оттуда, чтобы говорить мне длинные речи, которых я не понимаю. Русская пехота великолепна, особенно превосходен гренадерский полк…. В крепости же вода и одна ржаная мука». Стендинг даже попытался проникнуть в крепость, переодевшись французским капитаном. Но на свидание с комендантом не решился и написал королю, что «золото на коменданта не действует, а разве огонь и железо».
Между тем шведскую армию охватил мятеж. В деревне Аньяла недовольные устроили офицерское собрание и заявили, что король ведет войну незаконно, без согласия риксдага, потребовав от Густава немедленно заключить мир. 10 августа шведы сняли осаду и отступили от Нейшлота.
Теперь Екатерина была уверена в исходе войны с Густавом III. 14 августа она писала Потемкину:
"И так все беспокойства ваши мне теперь чувствительнее, нежели дурацкая шведская война, в которой смеха достойные ныне происхождения, и, по-видимому, кончится собранием Сейма в Финляндии и Швеции, и тогда станем со штатами трактовать о мире".
С тех пор в переписке Екатерина величала короля Густава не иначе как Фуфлыгой.
ВИЗИТ СУВОРОВА
Александр Васильевич Суворов трижды бывал в Финляндии. Первый раз в феврале 1773 г. Тогда он посетил Выборг, Кексгольм и Нейшлот с целью оценки обстановки после государственного переворота в Швеции, произведенного Густавом III. Существует предание, что для разведки ситуации Суворов проникал в гарнизоны в одеянии финского крестьянина, поскольку свободно владел финским языком.
В апреле 1791г. Екатерина II отправляет его особым рескриптом, в коем говорилось: "Граф Александр Васильевич! Я желаю, чтобы вы съездили в Финляндию до самой шведской границы для спознания положения мест для обороны оной". После «войны Густава III» в Петербурге остро стала ощущаться потребность укрепить оборону со стороны Финляндии и Финского залива. В это же время Потемкин готовился к празднику в Таврическом дворце в воспоминание взятия Измаила, и ему совершенно нежелательно было присутствие истинного героя этой баталии.
Суворов пробыл в Финляндии почти два года создал там грандиозную систему укреплений, иногда называемую «Линией Суворова». Вот исторический анекдот , относящийся к этому периоду.
В 1791г. Суворова ждали со дня на день в Нейшлоте. Наконец явился курьер с известием, что граф выехал уже из Фридрихсгама, где была его главная квартира, и завтра будет здесь.
С рассветом в городе начались приготовления к приему дорогого гостя. Небольшой домик, в котором помещались Нейшлотские присутственные места, был убран коврами и флагами. На пристани перед крепостью стоял десятивесельный катер, покрытый красным сукном. В зале городского дома собрались бургомистр, комендант крепости, офицеры, чиновники и почетные жители. Улица была полна народа.
Все посматривали на михельскую дорогу, куда отправлен был верхом крестьянин с приказом дать знать, как только покажется граф. Суворова знали еще с 1773 года, когда он по поручению императрицы обозревал этот край.
Прошло часа три в ожидании знаменитого гостя.
Между тем небольшая двухвесельная лодка подошла к пристани. В ней сидят два финна в простых крестьянских балахонах и широкополых шляпах, опущенных, по обыкновению, на самые глаза. Один работал веслами, другой управлял рулем. Лодку не пустили на пристань, и она должна была подойти к берегу несколько подальше. Старик, сидевший у руля, вышел на берег и начал пробираться к городскому дому. В это время на другом конце улицы у михельского въезда показался крестьянин на бойкой шведской лошади. Он скакал во весь опор и махал рукою.
Все пришло в движение. Бургомистр, комендант, депутаты вышли из зала и расположились поперек улицы с хлебом и солью. Bсе глаза обратились на михельскую дорогу в нетерпеливом ожидании.
Старик с трудом пробрался между толпами к дверям городского дома. У входа его остановил полицейский солдат.
- Куда, куда ты? - закричал он по-чухонски.
- К господину бургомистру, - сказал старик.
- Нельзя.
- Я по делу.
- Какие теперь дела... ступай прочь!
- Бургомистра по закону всякий может видеть, - продолжал старик с обыкновенной финской настойчивостью.
- Сегодня нельзя.
- Отчего же?
- Ждут царского большого генерала... убирайся.
Старик смиренно выбрался из толпы.
В это время народ взволновался: вдали показалась коляска. Городские власти и депутаты выровнялись, народ начал снимать шляпы. Коляска подъехала, и из нее вышли трое военных. Бургомистр и комендант двинулись на встречу, но с удивлением заметили, что Суворова между ними не было. Поздравив прибывших с благополучным приездом, комендант осведомился о фельдмаршале.
- А разве граф не приехал? - спросил один из генералов.
- Никак нет! - отвечал озадаченный комендант.
- Он выехал водою прежде нас и верно сейчас будет.
Власти встревожились. Депутация с прибывшими генералами отправилась к пристани. Посадили в лодку гребцов и послали ее на озеро, в ту сторону, откуда надобно было ждать графа. Толпы народа хлынули на возвышение, с которого открывается вид на Сайму. Прошло с полчаса. Нетерпеливое ожидание выражалось на всех лицах.
Вдруг за проливом из стен крепости пронесся гул сотен голосов, и одним громовым криком пролетел по тихой поверхности озера.
- Не проехал ли граф прямо в крепость? - спросил один из приехавших генералов.
- У нас везде часовые, - отвечал комендант.
В крепость тотчас же послали офицера узнать, что там делается. Вдруг гром пушечного выстрела потряс все сердца, гул отгрянул по окрестным горам и густое облако дыма взвилось над одною из крепостных башен. За ним грянул другой, третий выстрел. Народ бросился к крепостному проливу.
- Фельдмаршал в крепости! - сказали в один голос генералы.
В эту минуту от крепостной пристани показалась лодка с посланным офицером. Через минуту он был уже на берегу.
- Граф Суворов, - сказал он, подходя к коменданту, - осмотрел крепость и просит к себе вас и всех желающих ему представиться.
Все остолбенели. Комендант, бургомистр, приезжие генералы, депутаты и городские чиновники поспешно сели в катер и лодки и переправились в крепость. Гарнизон выстроен был под ружьем на крепостном плаце, канониры стояли при орудиях, а Суворов со священником и двумя старшими офицерами был на юго-западной башне. Унтер-офицер прибежал оттуда и объявил, что граф просит всех наверх.
Тут узнали, что Суворов уж с час находится в крепости, что он приехал в крестьянской лодке с одним гребцом, в чухонском кафтане, строго приказав молчать о своем приезде, пошел прямо в церковь, приложился к кресту, осмотрел гарнизон, арсенал, лазарет, казармы и приказал сделать три выстрела из пушек. Озадаченные сановники поспешно поднимались по узким каменным лестницам на высокую угловую башню.
В самом верхнем ярусе они остановились на площадке, едва переводя дух от усталости, и увидели бодрого худощавого старика в широкополой шляпе и сером чухонском балахоне, под которым виднелся мундир Преображенского полка с широкой георгиевской лентой через плечо.
Это был Суворов. Приставив к левому глазу сложенные один на другой кулаки, он обозревал в эту импровизированную трубу окрестности замка, и, не замечая, по-видимому, присутствия нейшлотских чинов, говорил вслух:
- Знатная крепость! помилуй Бог, хороша: рвы глубоки, валы высоки, через стены и лягушке не перепрыгнуть!.. Сильна, очень сильна! с одним взводом не возьмешь!.. Был бы хлеб да вода, сиди да отсиживайся! пули не долетят, ядра отскочат!.. Неприятель посидит, зубов не поточит... Фашинник не поможет, лестницы не нужны... Помилуй Бог, хорошая крепость!
Вдруг он опустил руки, быстро повернулся на одной ноге и с важным видом остановился перед нейшлотскими властями, которые не успели еще отдохнуть от восхождения своего на вершину высокой башни. Комендант выступил вперед и подал рапорт. Не развертывая его, Суворов быстро спросил:
- Сколько гарнизона?
- Семьсот двадцать человек, - отвечал комендант, знакомый с лаконизмом своего бывшего начальника.
- Больные есть?
- Шестеро.
- А здоровые здоровы?
- Все до одного.
- Муки много? крысы не голодны?
- Разжирели все.
- Хорошо! помилуй Бог, хорошо! а я успел у вас помолиться и крепость посмотрел, и солдатиков поучил. Все хорошо, аминь! Пора обедать... Есть чухонская похлебка?
Бургомистр объяснил фельдмаршалу, что обед приготовлен в городском доме. Суворов быстро повернулся и скорыми шагами пошел с башни. Все отправились за ним почти бегом. Он еще раз обошел ряды солдат и, оборотясь к коменданту, приказал выдать им по чарке водки. Заметно было, что Суворов в хорошем расположении духа и всем доволен. Наконец он напомнил еще раз, что пора обедать, и сел в катер. Между тем бургомистр уехал вперед и сделал все нужные распоряжения, так что обед в городском доме был уже совершенно готов, и водка стояла на особом столике. Знаменитый гость не хотел сесть в приготовленную для него коляску: от пристани до самого городского дома шел пешком, в своем сером балахоне, и на приветствие народа приподнимал беспрестанно обеими руками свою широкополую шляпу. Костюм его возбудил в городе общее удовольствие. При входе в городской дом он спросил полицейского солдата, который не хотел пустить его к бургомистру. Солдата отыскали. Он был в отчаянии. Суворов весело мигнул ему и сказал по-чухонски. - Можно видеть господина бурмистра? Я по делу! Солдат молчал, с трепетом ожидая решение своей участи. - У, какой строгий! - сказал Суворов, обращаясь к свите. - Помилуй Бог, строгий! Не пустил чухонца, да и только!.. Бедняга молчал по-прежнему. Суворов опять подмигнул ему, вынул из кармана серебряный рубль и отдал солдату. |
 |
Не знаю, насколько соответствует этот рассказ исторической правде. Однако свободное владение великого полководца финским языком в устной и письменной форме является фактом и даже вызывало гипотезы о его финских корнях.
Ведь сам Суворов повторял, что его предки пришли из Швеции и что его фамилия на самом деле «Сувара» или «Сювяваара» .
А может быть, финский он выучил еще в детстве, поскольку Боровичский, Тихвинский и Валдайский уезды входили в состав так называемой Новгородской Карелии, куда в XVIIв. в массовом порядке переселялось финно-угорское население из Корельского уезда и Ингерманландии, отошедших к Швеции в 1617г. Известно также, что, проживая в Кончанском, Суворов имел «в повелении своем тысячу душ карел, из коих весьма малое число по-русски худо разумеют».
Что касается Нейшлота, то Суворов полностью преобразил крепость, снеся несколько построек, обветшавших от времени и войн, и устроив цепь мощных внешних бастионов с чугунными пушками.
Также он основал на Сайме военный флот, куда уже в 1792г. входило 38 небольших военных судов.
СОВРЕМЕННЫЙ ВИД КРЕПОСТИ. ЧТО ПОСТРОИЛИ РУССКИЕ
Это вид крепости со стороны г.Савонлинна (февраль 2012г.)
и с пешеходного мостика, устроенного в 1974г.
Русские надстроили крепостные башни кирпичом и сделали крыши
Бастион Водных ворот с пушкой
Дом адьютанта (русского)
Вид сверху на бастионы
и башня внутри
Продолжение следует.
В заголовке поста – худ. Исаак Левитан, «Крепость. Финляндия», 1896.
Источники:
М.Бородкин. История Финляндии, ч.I Время Петра Великого, СПб, 1910; ч.III Время Екатерины II и Павла I, СПб, 1912.
А. Брикнер. Русско-шведская война 1788-1790 гг.; А.Б. Широкорад. Северные войны России - на сайте Военная история 2-й половины 18 века
