Что же такого странного в том, что мент в метро стрелял в таджика, да еще и пытавшегося проехать без билета? Что же такого удивительного? Это же так естественно: распоряжаться существованием человека, если право и обязанность имеешь. Тем более, что мент полное право и обязанность имел.
Почти все московские журналисты, даже либерального толка, пишущие на эту тему, даже если они не делают смешных оговорок о том, что, типа, так проблему терроризма не решить, ла-ла-ла, нарушение Конституции, незаконные поборы, коррупция, безобразие,—не замечают одну очень простую вещь: речь идёт о существовании. Если меня принуждают регистрироваться по месту пребывания, значит распоряжаются моим существованием в этом месте. Если я не зарегистрирован, значит не имею права существовать. Таджик не имел регистрации, а значит и права на существование. В этом месте.
Стрелявший в таджика мент понимает устройство государства российского лучше его начальства. Он понимает его как право распоряжения существованием всех, кто на этой территории оказался. Что странного-то?
Почти все московские журналисты, даже либерального толка, пишущие на эту тему, даже если они не делают смешных оговорок о том, что, типа, так проблему терроризма не решить, ла-ла-ла, нарушение Конституции, незаконные поборы, коррупция, безобразие,—не замечают одну очень простую вещь: речь идёт о существовании. Если меня принуждают регистрироваться по месту пребывания, значит распоряжаются моим существованием в этом месте. Если я не зарегистрирован, значит не имею права существовать. Таджик не имел регистрации, а значит и права на существование. В этом месте.
Стрелявший в таджика мент понимает устройство государства российского лучше его начальства. Он понимает его как право распоряжения существованием всех, кто на этой территории оказался. Что странного-то?