После прочтения вот этого гона, кажется, понял природу описанного Пелевиным причмокивания. Оно и правда — так непросто обосновать право на существования, истинность или разумность того, что неразумно, ложно и не должно быть. Для этого требуются недюжие интеллектуальные ресурсы. Еще бы! Вместо того, чтобы просто сказать про говно «это — говно», сформулировать череду суждений, итогом которой будет как минимум «это — не совсем говно» или «вы думаете, что это говно? вы уверены в своих органах обоняния? зрения? в своей способности суждения?» или «ну, помилуйте, батенька, какое же это говно? вы говна еще не видали! вот то — да, говно, а это, даже в простом сравнении…» и т. д. — для таких способностей требуется хотя бы хорошо подвешенный язык, а чтобы вывод был убедительным — еще и талант. Вот и получается, что на такие упражнения способны только люди умные, неплохо образованные и пр. И когда их собирается н-ное количество, то и производитель говна получает основание заявить, что не может же такое количество умных людей так ошибаться. И все те, кто не считает говно говном — или дураки, или продались, или еще имеют шанс. Порочная обратная связь. Которая, впрочем, нисколько не делает из говна конфетку. Отсюда постоянная присказка Вербицкого «расстрелять их всех» — имеет смысл вполне гносеологический (или когнитивный, если хотите): разорвать порочный круг самообоснования «интеллектуала и власти».
![[info]](http://lj.rossia.org/img/imported-profile.gif){kind=small}