Редко когда встретишься айтиншника, интересы которого выходят за рамки заданного профиля. Почему, в частности, американские компании так любят выманивать наших программистов на работу за рубежом? Потому что хороший специалист узкого профиля не задает ненужных вопросов. Он не сведущ в вопросах идеологии, его не интересует история и благополучие собственной страны. Поэтому такой человек становится идеальной шестеренкой в чужеродной системе производства.

Наоборот, сегодня далеко не всегда удается встретить нашего айтишника, который любит Россию и уверенно связывает своё будущее именно с нашей страной. Особенно ценно, когда этот человек сделал взвешенный выбор, не в пользу служения чужой стране.

Неоднократно я публиковал записи программы «Профилактика» с одним из лидеров IT-индустрии Игорем Ашмановым (раз, два, три). Как один из основателей нашей IT-индустрии, Игорь Станиславович на базе собственной системы мониторинга наглядно продемонстрировал, как делаются вбросы информации. Кампания по атаке на Русскую Православную Церковь была лучшей тому иллюстрацией.

Случайно или нет, но после выхода этих передач один из сотрудников кампании «Ашманов и партнеры» Дмитрий Зубаха был задержан во время отдыха на Кипре для экстрадиции в США. Программа «Профилкатика» также была снята из сетки вещания канала «Россия-1».

Недавно она возродилась в формате радио-передачи на станции «Маяк». Предлагаю обратить внимание на последний выпуск программы, в ходе которого Игорь Станиславович расскажет:

• Как идёт атака на Русскую Православную Церковь


• Как построить сильное государство


• Как либеральные СМИ и блогеры организуют вбросы информации

Стенограмма передачи: http://www.radiomayak.ru/fragment/show/fragment_id/24500/brand_id/461

[...]

АШМАНОВ: Ну да. Смотрите, то, что медийная кампания против Церкви — это искусственная вещь, которая спонсируется извне, там раскручивается, там есть исполнители, есть там, соответственно, те, кто планирует там и так далее, это более-менее очевидно. Вы можете просто внимательно посмотреть сами, какие новости идут о Православной церкви. Вы увидите, что примерно раз в две-три недели идет довольно серьезный такой вброс, основной. Ну, вот из последних вы, наверное, видели, как Гельман ни с того ни с сего вдруг написал, что в Крымске Православной церкви не видно, а там, где к ней приходят за отпеванием, она берет  чудовищные деньги с пострадавших и так далее. Ложь от начала до конца. Совершенно очевидно, зачем он это делает. Ну, довольно много вообще новостей и вбросов против РПЦ идет через Гельмана .Гельман здесь один из основных узлов распространения, точнее даже инициации, не распространения, а инициации новостей.

КУЗИЧЕВ: Марат Гельман?

АШМАНОВ:  Да-да-да, он. Просто поскольку мы меряем социальные сети  и блоги…

КУЗИЧЕВ:  «Мы» — это я должен пояснить, это компании Игоря Ашманова, которые вот занимаются измерениями.

АШМАНОВ: Да, у нас есть ресурс свой, который, значит, выкачивает все блоги и анализирует там тональность высказываний, ищет заданные объекты и так далее. Так вот просто люди, которые меряют, в частности, федеральных разных персон, и в том числе  Патриарха и РПЦ, они говорят, что Гельман является там авторов вбросов чуть ли не в 50-ти процентах случаев. Ну, просто вот он вписался в эту историю. Видимо, не только по личной неприязни к церкви, хотя она за ним тоже как-то гонялась в связи с его квази-искусством. Но дальше вы, наверное, видели, что сейчас вбросили какое-то письмо какого-то якобы клирика, то есть какого-то служки, диакона.

САВЕЛЬЕВ: Диакона, да.

АШМАНОВ: А при  ближайшем рассмотрении там оказывается, что и диакона такого нет, и весь его текст — это копипейст «Эха Москвы» и некоторых других либеральных ресурсов, просто в точности до буквы абзацы совпадают.

КУЗИЧЕВ: Да?

АШМАНОВ: Ну, то есть да, это фальшивка. Причем те, кто его в блогах перепечатывают, им говорят: слушайте, посмотрите, ребята, вот фальшивка. И даже есть там некий Сергей…

ПОЛЯКОВ: Его зовут Сергей Баранов, вот этого диакона зовут.

АШМАНОВ: А там еще есть какой-то Сергей на «А», у которого в точности оформлен был его журнал так же, и он участвовал в  предыдущих вбросах. То есть это какой-то персонаж выдуманный явно. Но когда там об этом говорят в Фэйсбуке или в блогах, люди отвечают: ну, это неважно, фэйк это или не фэйк, письмо-то хорошее, вы перепощивайте, не заморачивайтесь. Как в свое время Навальный, когда ему говорили: ты же фальшивку распространяешь...

КУЗИЧЕВ: О чем речь была?

АШМАНОВ: Ну, там планы «Единой России», которые на самом деле тоже кто-то вбросил, от 2000 года или от какого-то там. Он ответил: «Вы не рефлексируйте, вы распространяйте, пусть отбиваются». Это точная  цитата из Навального. Сейчас ровно такие же слова…

КУЗИЧЕВ: Отлично! Роскошь, а?

САВЕЛЬЕВ: А, вот, я нашел. Этого человека звали: обозреватель с «Эха Москвы» Антон Орех. И там копипейс с его блога.

КУЗИЧЕВ: Нет, ты что?

АШМАНОВ: Нет-нет, это… А он, этот вот персонаж, он фигурировал под другим именем, типа Аристархов, Сергей Аристархов, в предыдущие там годы. И у него все оформление, вообще вся манера была точно такая же. То есть это какой-то фальшивый виртуал, но тем не менее, значит… Ну, неважно, вот просто пришло время сделать очередной большой вброс. То есть Pussy Riot" — это сериал такой, специально запущенный. Причем, как я считаю, там подсудимые и адвокаты нарочно затягивали следствие, потому что для них важно, чтобы как можно больше был медийный выхлоп.

КУЗИЧЕВ: Чтобы было долго.

АШМАНОВ: Да, чтобы как можно дольше. Это все видно в Сети, это все можно померить. Так вот эти вбросы, они идут с удручающей регулярностью, то есть идут и идут.

САВЕЛЬЕВ: А регулярность эта примерно ясна, нет? Месяц, два?

КУЗИЧЕВ: Раз в пару месяцев.

АШМАНОВ: Ну, вот я и говорю, нет, раз в две-три недели — новый вброс. И если вы видели то, что весной было, если не хватает свежих новостей или нельзя к чему-то прицепиться, как к Крымску, например, вот есть трагедия, дай-ка мы на ней проедемся, наврем, что церковь там не помогает. Хотя там эти священники плавали, вытаскивали этих утопающих из воды на лодках просто с самого начала, как тот погибший полковник или подполковник.

ПОЛЯКОВ: Милиции, да.

АШМАНОВ: Так вот, когда не хватает свежих или каких-то там паровозов, к которым можно прицепиться, вытаскивается тухляк. Там те же часы — это тухляк трехлетней давности.

САВЕЛЬЕВ: В смысле? То есть это уже давно было известно?

АШМАНОВ: Ну, это история, которую пыталась раскрутить «Украинская правда», они сфотографировали эти часы, когда Патриарх приезжал. Там была, видимо, команда мочить Патриарха за то, что он приезжает на украинскую землю к своим прихожанам. Вот. Три года назад его сфотографировали, пытались это раскрутить, а оно не взлетело, потому что тогда же Патриарх сказал: ну, какие-то там часы у меня есть, у меня эти коробки нераспечатанные стоят, все считают долгом дарить дорогие подарки, я там, типа, не парюсь. Вот. А раскопали это спустя три года. Там возникла какая-то странная история, которую я лично считаю диверсией, потому что там, условно говоря, вдруг какой-то там клерк, девушка, вытирает эти часы. В непосещаемом разделе, на фотографии, которой три  года. Через пять часов (это просто известная цифра), через пять часов знает весь Интернет, с утра уже. Каким образом? Когда ее спрашивали, она там отвечает: ну, мне стало жалко Патриарха, я решила ему помочь. Ну, я в такие вот штуки не верю лично. Вы же хотите, чтобы я конспирологические теории выводил.

КУЗИЧЕВ: Нет, мы хотим, чтобы на основе …

САВЕЛЬЕВ: Реальных данных.

АШМАНОВ: Короче, часы — это тухляк. Квартира — это тоже тухляк на самом деле, ему тоже больше двух лет. Пансионат, если помните, была такая тоже не очень взлетевшая тема, что церковь отнимает, Патриарх с церковью вместе отнимают у тяжелобольных детей одно из зданий какого-то пансионата, вот отнимает, не дает там и так далее. Эта тема начала взлетать. У меня есть ощущение, потому что мы тоже это наблюдали,  мои люди там говорят, которые это смотрят, что эту тему в одно рыло, что называется, замочил Паркер.

КУЗИЧЕВ: Макс?

[...]

АШМАНОВ: Да. И через две недели еще после этого начался непрекращающийся с тех пор наезд на Православную церковь. Причем, как я это наблюдаю, в первую очередь он начался и поддерживается теми газетами, которые когда-то вообще принадлежали Березовскому и где работают люди-выкормыши Березовского, то есть те, кто много лет с ним работал. Тот же Гельман, в частности, человек, который тесно связан с Березовским, Гусинским и так далее. Вот. Это первое. И в этом смысле… да, Березовский же недавно совсем спалился, вот написал письмо, если вы помните, в защиту Путину: Володя, давай этих девочек несчастных отпусти и так далее. То есть он подтвердил всю эту конспирологию. Сколько он будет за это платить, кто велел ему платить или он платит сам, я не знаю, я не разведчик  и не политик.

ПОЛЯКОВ: То есть масштаб цен смысла спрашивать нет?

АШМАНОВ: Ну, смотрите, я думаю, что эти вещи стоят не очень дорого. Он вытрачивает там на это в месяц, я не знаю, в русских деньгах несколько миллионов рублей, я думаю вот так.

САВЕЛЬЕВ: Ну, в масштабе страны и той шумихи, которая поднимается, это не так много.

АШМАНОВ: Да, это дешево.

КУЗИЧЕВ: И очень рентабельно.

АШМАНОВ: Дело в том, что СМИ — это такая увеличительная линза, такое средство усиления, что там даже самый маленький сигнал, правильно поданный, усиливается во многие порядки, поэтому можно все это малыми средствами добиваться. Ну, может, он вытрачивает там два десятка, несколько десятков миллионов рублей, все равно это небольшие деньги.

КУЗИЧЕВ: Ну вот смотрите, мы смотрим вокруг — и на себя, и в газеты, и по телевизору. Вдруг кто-то с ужасом, а кто-то с восхищением и с радостью понимает, что его детская мечта… знаете, вот в детстве иногда сидишь, смотришь телевизор и думаешь: блин, мне бы туда вот, в кино, туда запрыгнуть к девчонке к этой… ну, в смысле вот в эту сказочную историю, оказаться бы там. И тут вдруг ты видишь, что ты, оказывается, часть, может, не кино, но, по крайней мере, этой идеи — «хвост виляет собакой».

ПОЛЯКОВ: Да, я, кстати, вчера случайно пересмотрел этот фильм.

КУЗИЧЕВ: Да, я благодаря тебе и вспомнил этот фильм. И Игорь тоже вспомнил его.

АШМАНОВ: Да, я вспомнил. Вот мы как-то с одним моим коллегой приехали к одному немцу в Гамбург после вставки «Цебит», чтобы там работать вместе и делать некий проект для этого немца. Это был 1999 год. И мы включили телевизор в гостинице и вдруг видим новости о том, что бомбят Балканы, началась война сербская. И я смотрю, и у меня начинают волосы шевелиться на голове, я говорю: Серега (а это был Сергей Королев, который вот сделал когда-то поисковую машину «Апорт» и так далее, и он Медиалогию делал, технический директор этого слежения, тоже нашего конкурента). Я говорю: Серега, смотри, это же фильм «Хвост виляет собакой», все так. И вот даже уже появился пилот, упавший за линией фронта, которого сейчас будут спасать. Там же сбили этот «Стелс» и так далее. Он говорит: ну и че? Кто смотрел этот фильм? Если оно работает…

КУЗИЧЕВ: Так и работает.

АШМАНОВ: Так американцы, они же применяют работающие схемы. Пусть она даже в кино показана, но она же работает.

ПОЛЯКОВ: Схема работает. Мы это в новостях наших видим.

КУЗИЧЕВ: Да, конечно, работает. Вот смотрите, а почему именно, неужели это воля одного (я даже сейчас не буду повторять или озвучивать, или предполагать его фамилию), неужели воля одного человека может вот таким образом повернуть, извините, нашу жизнь?

АШМАНОВ: Нет, наверное, нет. Дело здесь не в воле одного человека. Вот дальше — это второе философское объяснение. Очень коротко, пунктирно, вам оно может даже и не понравиться или там вызвать отторжение какое-нибудь. Ну, вот смотрите. Для того, чтобы строить сильное государство, нужна идеология. Значит, идеология — это огромное ажурное здание с самыми разными частями, которое строится многие десятки лет и стоит там тысячи человеколет, писателей, художников — всех. Она должна начинаться с краткого изложения на страничку, потом краткий курс, потом манифест и вплоть до 30-ти томов Сталина и Ленина. Мы это все видели. Значит, чтобы строить большое государство, нужна идеология. Мы, как и многие другие, вся Европа и там часть Восточной Европы и так далее, мы в свое время поклонились церкви демократии в Вашингтоне и приняли их идеологию. Их идеология тоже непростая, очень сложная, очень развитая и строилась тоже 200 лет .Как говорится там, что идеология должна укладываться в краткое изложение, но должна быть необычайно обширной, чтобы всегда можно было сказать, что ты вот это вот не читал на такой-то странице, и должна быть внутренне противоречивой, чтобы можно было обосновать любое утверждение — и за, и против, и так далее. Так вот, одно время наши не были в состоянии отказаться от вражеской идеологии.  Почему вражеской? Вот почему. Потому что когда ты принял чужую идеологию, арбитр оказывается вовне, то есть он всегда может сказать: да ты неправильный демократ, значит, мы летим к тебе. Понятно, да? Всегда судит кто-то другой, демократ ты или нет.

АШМАНОВ: Ну, я коротко поясню, да. Значит, мы выкачиваем несколько миллионов наиболее интересных блогов и лент в социальных сетях и смотрим, как распространяются новости. Значит, первое, что надо сказать, что вбросы иногда бывают в социальных сетях, но они начинают чего-то стоить, когда произошла отмывка в СМИ. Значит, я называю это именно отмывкой, потому что в последние несколько лет возник именно такой феномен, что новости отмываются в СМИ, когда СМИ с себя снимает ответственность. Вообще СМИ были раньше ответственны за то, что они пишут. Сейчас стало все можно, потому что можно сказать: в Интернете пишут, в Интернете говорят… «Как говорят в Интернете» — вы можете это слышать даже в телевизоре, и как бы говорящий это журналист, он снимает с себя ответственность.

ПОЛЯКОВ: Он не отвечает.

КУЗИЧЕВ: Да, да, да.

АШМАНОВ: Предельный случай снятия ответственности — это Викиликс, который якобы сливает инсайды, и все перепечатывают, но никто за них не отвечает, ни за достоверность, ни за что. Так вот, это первое. Второе. Вброс, чем он отличается от обычного события? Обычное событие обычно имеет много оригиналов, потому что много собственных корреспондентов, много людей, пишущих в блогах, пишут по-разному. То есть если мы возьмем вброс про Патриарха какой-нибудь искусственный, то мы увидим обычно один-два источника, все остальное — перепечатки или пересказы.

КУЗИЧЕВ: То есть, соответственно, один-два варианта текстов.

АШМАНОВ: Да. А у какого-нибудь события типа Пасхи, или вот только что прошло вчера Преображение Господне, будет много разных оригиналов, потому что разные люди пишут по-разному, и они будут хаотически появляться в течение дня. Вброс — то, что мы видим, всегда имеет очень острый пик на дневном графике, на дневном. А на недельном или месячном графике мы видим про Патриарха именно то, что я называю «полочкой», потому что все время идут вбросы, поддерживающие эту полочку, и она не прогибается, то есть идет много упоминаний.

КУЗИЧЕВ: Полочка — имеется в виду, что количество, так сказать, уровень интереса, он один и тот же.

АШМАНОВ: Да, он не падает, все время достаточное количество упоминаний этой темы, обсуждение и так далее. Итак, у вброса мало оригиналов, он очень быстро затухает на дневном графике. То есть вбросили, распространили, и все. Значит, он обычно имеет один, два, три источника, причем очень часто эти источники на самом деле — малопопулярные блоги или малопопулярные аккаунты в социальных сетях, которые еще, к тому же, убиваются после вброса. Вот характерный пример приведу. Был вброс какой-то девушки, которая пишет, что ее папа в Крымске, и он там чуть ли не на совещании...

САВЕЛЬЕВ: Это известная девушка.

АШМАНОВ: Да, только она не существует.

КУЗИЧЕВ: Ну, это не девушка, это известный пост. Это известный пост несуществующей девушки, как выяснилось потом.

АШМАНОВ: Этот пост «ВКонтакте» сделан в аккаунте, в котором до этого постились только цветочки и котики, и было очень мало текста, как бы девочка, то есть имитация существования реального человека. Потом вбрасывается этот пост на две страницы, стилистически абсолютно не похожий на то, что было раньше, и через четыре часа этот аккаунт убивается. Поднимается крик, что ВКонтакте, подлый ВКонтакте зажимает информацию. В реальности там сам автор этот аккаунт удаляет.

КУЗИЧЕВ: А скажите, секунду, это очень интересно. А вот на протяжении всех этих месяцев или лет, вот эти котики и цветочки, они автоматом поддерживались?

АШМАНОВ: Да, скорее всего.

КУЗИЧЕВ: Или есть реальный оператор?

АШМАНОВ: Ну, есть какой-то оператор, но вполне возможно, что у него есть программное обеспечение, которое зачерпывает чужих котиков и постит к себе, чтобы создавать видимость жизни.

АШМАНОВ: Я не вижу способа, кроме здравого смысла и внимания повышенного к способу распространения. То есть если вдруг все неожиданно, как в этом «Хвосте, который виляет собакой», все неожиданно начинают говорить одно и то же, когда непрерывно обсуждается одна и та же тема, при этом, допустим, не слышны противоположные точки зрения, и вообще я для себя, как я, по-моему, говорил уже, выработал еще в советское время, когда тоже надо было продираться сквозь пропаганду, хотя это было гораздо проще, тогда были вегетарианские времена, можно было все читать, выработал простой принцип: если СМИ на чем-то особенно настаивает, значит точно вранье. Вот этот принцип работает. Он звучит странно, слишком просто, но он работает.

КУЗИЧЕВ: О, господи!

САВЕЛЬЕВ: Блин, закончили на такой… И даже не знаешь, что сказать…

КУЗИЧЕВ: На такой двусмысленной ситуации.

АШМАНОВ: И наоборот…

КУЗИЧЕВ: Вот. Тогда не будем настаивать, друзья. Вот смотрите, мы все говорим: мир изменился, у нас сейчас информационный век и так далее. Друзья, это не просто очень прикольно, это накладывает, к сожалению, дополнительное на вас, так сказать, некое интеллектуальное напряжение. Теперь вам придется делать то, что вам сказал Ашманов — сранивать внимательно, внимательно смотреть, внимательно читать, гораздо сильнее, чем раньше. Спасибо.

САВЕЛЬЕВ: Игорь Ашманов был у нас в гостях.

АШМАНОВ: Спасибо, до свидания.

КУЗИЧЕВ: И не последний раз, я надеюсь. Спасибо.