Сосед...
Читал в последние дни книгу Льва Копелева „Хранить вечно”. Оказывается в 1947г. писатель некоторое время сидел в только что созданном лагере "Большая Волга". Лагерь находился в двух-трех км от моего нынешнего дома. Обитало там во времена Копелева 6-7 тыс. человек.


Если я правильно себе представляю место, где 60 лет назад был лагерь, там сейчас возник целый комплекс высотных домов. Живут в них в основном приезжие, многие квартиры куплены как инвестиция с целью перепродажи. Вряд ли большинство владельцев знает, что было когда-то у них под ногами...

Я бы никогда не купил квартиру или дом, построенный на земле, где 10 лет находился лагерь. Я верю в хорошую и плохую энергетику мест.

Цитата из романа, описывающая, как строились ядерный Институт и "нукоград".

"...У нас смертность в общем нормальная. За прошлую неделю только пятеро, это в среднем меньше единицы в сутки. А ведь положение трудное. Лагерь новый; гонят этапы из других лагерей. Оттуда кого отдают? <...> Шлют балласт, отрицаловку, доходяг, неизлечимых. Наш начальник протестует, жалуется. Но там ведь знают, что обратно к ним уже не пошлют. <...>Смертность, конечно, еще будет расти. Питание хреновое. Инфекции. С дизентерией управимся, собьем, но вот дистрофия, цинга, пеллагра, сердечные болезни – это потруднее. Начнутся морозы – доходяги как мухи дохнуть будут… Нужно бы добиться этапирования хроников, либо организации отдельного инвалидного больничного лагпункта. Но здесь ведь особая стройка, особого оборонного значения. Верьте, я тоже не знаю, что именно здесь строят, спецобъект высшей катергории, вот и все. Поэтому инвалиды здесь не нужны и ничего не предусмотрено. Так что радуйтесь еще, что мало умирают…"

До официального рождения города оставалось еще 9 лет...

...Лев Копелев прожил долгую жизнь: отсидел, был реабилитирован, стал писателем, профессором, эмигрантом в стране, против которой когда-то воевал - Германии. Умер он аж в 85-летнем возрасте. Да, еще интересный момент: в небольшой период жизни он работал в лагерной шарашке Марфино вместе с Солженицыным, который вывел его под именем Рубина, эдакого йобнутого, не от мира сего филолога, в романе "В круге первом".

Ну а кто из лагеря не вернулся, лежит здесь. Я постил эту фотку в январе...


Такие вот дела...