|
|
Пишет xazzar (![[info]](http://lj.rossia.org/img/userinfo.gif){kind=small} xazzar)@ 2007-09-17 22:29:00 |
 |
|
 |
|
|
|
|
|
|
 |
|
 |
Россия Путина
Россия Путина ....
.....глазами немецкого корреспондента
http://www.cms-bitforbit.com/reitschust
В берлинском издательстве «Rowohlt» вышла книга «Владимир Путин. Куда он ведёт Россию?». Написал её Борис Райтшустер, московский корреспондент журнала «Фокус» – одного из самых популярных информационных еженедельников Германии. Он отлично знает то, о чём пишет, прекрасно разбирается в перипетиях политической жизни России и в кадровых кремлёвских интригах. Причём, из всего неохватного потока информации выбирает именно то, что позволяет немецкому читателю наглядно представить и понять проблемы молодой российской демократии. Но не только поэтому выводам, прогнозам и предупреждениям автора можно доверять. Райтшустер прекрасно чувствует сегодняшнюю Россию, он страдает и надеется вместе с россиянами.
Его книга, несмотря на название, – не биография Владимира Путина, хотя российский президент является, естественно, её центральной фигурой. Но цели составить жизнеописание Путина автор перед собой ни в коем случае не ставил. Он подчёркивает:
«Главное не в том, чтобы ещё раз подробно рассказать биографию Путина. Тот, кто слишком концентрируется на личности президента, легко может упустить из виду общую ситуацию в стране. Тем не менее, Путин во многом – решающий фактор. Прежде всего, именно от его действий зависит будущее демократии в России. Цель этой книги – заглянуть за кулисы, показать и проанализировать роль Путина в тех процессах, которые являются сегодня определяющими в политике и обществе. Речь идёт, в частности, об ограничениях свободы печати и права на выбор, о бурном расцвете коррупции и о внушающем беспокойство отношении к этническим меньшинствам.
В своей книге я останавливаюсь, в основном, на проблемных вопросах. Но это не имеет никакого отношения к модному сейчас изображению России в чёрных красках. И пренебрежения, неуважения к России здесь тоже нет. Наоборот. Я связан с этой страной вот уже пятнадцать лет, двенадцать лет живу с русской женой, и Москва стала для меня второй родиной. Как раз потому, что Россия мне совсем не безразлична, потому, что я постоянно сталкиваюсь с проблемами простых людей, я обязан говорить о процессах и тенденциях, вызывающих большую тревогу. Закрывать на это глаза вместо того, чтобы открыто критиковать, открыто высказывать свои опасения, - значит сослужить России плохую службу».
Мы будем сегодня (и в следующей передаче) много цитировать Бориса Райтшустера. По двум причинам. Во–первых, потому, что он почти афористично умеет формулировать свои мысли. Я надеюсь только, что в переводе с немецкого на русский нам удалось сохранить отточенность этих формулировок. Во–вторых, я думаю, что эту неприукрашенную, критичную книгу вряд ли в обозримом будущем издадут в России. Жаль, что у вас не будет возможности её прочесть, задуматься над ней, может быть, поспорить с автором. Но вот мы и компенсируем эту невозможность (хотя бы отчасти) тем, что будем чаще цитировать книгу.
В общем, в некотором роде роль моя будет вспомогательной. Хотя не совсем, потому что я взял интервью у автора – для того, чтобы тот сам прокомментировал какие–то свои тезисы.
Названия отдельных глав книги «Владимир Путин» говорят сами за себя: «Операция «Наследник», «Потёмкинская демократия», «Приручённая Дума»... Уже первая глава, так сказать, задаёт направление. Она называется «Антиреформатор». Почему Борис Райтшустер так «обозначил» Путина?
«Я так считаю, исходя из русской истории. Она показывает, что в России было два типа правителей. С одной стороны – реформаторы (например, Михаил Горбачев), которые считали, что проблемы Российского государства в том, что государство, государственный аппарат слишком сильны, что они даже – всесильны. Реформаторы считали, что надо оставить у государства меньше власти. Но были и антиреформаторы, контрреформаторы (скажем, царь Александр Третий или Андропов). Они, наоборот, считают, что все проблемы России происходят из–за того, что государство ослаблено, что у него недостаточно власти. И стараются усилить государство и его роль. Если мы посмотрим на то, что происходит сейчас, то именно это и делает Путин. Причём, надо сказать, что эти антиреформаторы в каких–то областях – в экономике, например, –весьма прогрессивны. Александр Третий ввел золотой рубль в России, стал привлекать иностранных инвесторов, принял благоприятные экономические законы... В общем, одно другого не исключает».
Но Вы чаще сравниваете сегодняшнюю ситуацию не с эпохой Александра Третьего, а с советскими временами, проводите параллели, пишете о реставрации советских порядков...
«К сожалению, именно такая тенденция наблюдается. Но Александр Третий тоже ведь хотел вернуться к тому сильному государству, которое было до него. И Путин старается вернуться к сильному государству той эпохи, которая была совсем недавно, то есть к Советскому Союзу. Во многом то, что сегодня происходит, очень сильно напоминает Советский Союз, только пока ещё в более мягкой, я бы сказал даже, в более хитрой, более изощренной форме».
В своей книге Борис Райтшустер формулирует это так:
«Разрыв между желаемым и действительным достиг при Путине во многих областях почти тех же масштабов, что и в советские времена. Так, постоянно идёт речь о политическом решении чеченской проблемы, хотя на самом деле выборы в Чечне обернулись фарсом. Власть твердит заклинания о борьбе с засильем бюрократии и коррупцией, хотя в реальности почва для них становится ещё более благоприятной. Когда-то КПСС объявила Советский Союз раем для трудящихся. Точно так же сегодняшняя власть делает вид, что Россия является демократическим государством. Разве что сейчас искусство имитации более совершенно и приходится реже обращаться к репрессивным действиям...
С тех пор, как страной правит Владимир Путин, журналистам стало труднее работать. Нет ничего необычного в том, что известные политики в самых разных странах соглашаются поделиться с журналистом определённой информацией только в том случае, если не будут названы их имена. Но тут речь идёт не об информации: люди не хотят, чтобы цитировались их откровенные и критические отзывы о президенте Путине. Это показывает, что в Москву снова вернулся страх. Те же самые люди, те же самые высокопоставленные политики и госслужащие ещё несколько лет назад без всякого страха и стеснения открыто ругали президента Бориса Ельцина.
Как и в советские времена, сегодня почти никто не сообщает мало-мальски доверительной информации по телефону. Боясь «прослушки», «хорошо информированные источники», как это называется, снова предпочитают рассказывать время от времени важные вещи во время прогулок на свежем воздухе, оставив мобильный телефон в машине».
При всём при том корреспондент немецкого журнала «Фокус» считает, что власть Путина на самом деле покоится на шатком фундаменте. Правда, президент, как и прежде, очень популярен. «Но такая популярность, – подчёркивает Борис Райтшустер, – только в том случае могла бы быть реальным фактором укрепления власти, если бы политическая жизнь в России функционировала по демократическим правилам. Но Путин практически полностью ликвидировал даже те редкие демократические институты, что ещё оставались от ельцинского времени: федеративные структуры и самостоятельный парламент. Так как его собственная власть была ещё недостаточно крепка, Путин балансировал между различными группами, на которые опирался. И, стараясь удержаться, балансировал на месте». Автор книги иронично обращается к метафоре с двуглавым орлом на российском гербе. Одна голова орла глядит направо, другая – налево. А вперёд орёл не глядит.
Но всё же не слишком ли парадоксально звучит: у Путина нет настоящей опоры? А как же почти всенародная любовь? Впрочем, слова «любовь» Борис Райтшустер избегает. Согласен: это категория – не политическая. Автор предпочитает говорить о популярности российского президента, точнее – о его культе. Вот что Райтшустер пишет в главе, которая называется «Забронзовевший Путин»:
«…Ещё русских царей чествовали как полубогов. Культ Ленина и Сталина тоже носил фанатичный, религиозный характер (коммунисты надеялись, что это будет способствовать легитимации их власти).
Большинство россиян в меньшей степени верят в идеи, идеологии или общественные институты, чем в конкретных людей. Власть должна быть в одних руках, он – один – должен решать, а в случае чего он один и будет виноват. Так новая демократия выродилась при Ельцине во что-то вроде «выборной монархии». Но поскольку Ельцин всё меньше подходил на роль царя и всё больше терял доверие, большинство россиян стало мечтать о новом вожде, который вернул бы державе славу, силу и уважение. Так Путин стал воплощением надежды, иконой новой России…»
Московский корреспондент журнала «Фокус» не то, чтобы оправдывает этот культ (ни в коем случае), но подчёркивает его ожидаемость:
«Славословия в адрес Путина могут показаться западному наблюдателю абсурдными и отталкивающими. При этом, однако, не забывать о том, какой размах культ личности принимал в Советском Союзе и каким пышным цветом он расцвёл сегодня в некоторых бывших республиках СССР – например, в Туркменистане, где президент Сапармурат Ниязов, среди прочего, поставил памятник и собственной матери. На этом фоне восхваление российского президента представляется даже скромным».
Один из самых замечательных фрагментов книги Бориса Райтшустера, достойный, по–моему, даже щедринского пера, заслуживает более подробного пересказа, но, к сожалению, в довольно короткой радиопередаче, даже в двух, это невозможно сделать. Поэтому я скажу только об идее, обозначу идею.
Райтшустер предлагает немецкому читателю представить себе телевизионный выпуск новостей, который бы звучал примерно так. Федеральный канцлер Герхард Шрёдер отправился из Берлина на отдых в Нижнюю Саксонию. В Ганновере его радушно встретил премьер–министр Нижней Саксонии. Затем Герхард Шрёдер провёл совещание с представителями местных органов власти и посетил молочную ферму... (Камера показывает, как канцлер гладит корову и, слушая главного зоотехника, задумчиво перебирает комбикорм).
Программа новостей продолжается. Следующий сюжет. Перед отъездом в отпуск Герхард Шрёдер принял в своей резиденции в Берлине министра финансов Германии Айхеля. Камера показывает стоящего навытяжку перед канцлером Айхеля. Затем крупным планом Шрёдер, который говорит: «Я слышал, что у вас проблемы с финансами. Это плохо! Вы должны всё сделать для того, чтобы люди вовремя получали зарплаты и пенсии!» Министр финансов в ответ: «Мы немедленно примем все необходимые меры!»
И так далее, и тому подобное.
«Когда я встречаюсь сейчас с читателями, то часто начинаю знакомить их с книгой именно с этого места. И реакция немецкой публики очень интересна. Люди страшно удивлены и спрашивают: неужели это действительно так? Они просто не верят, что может дойти до такого. Они воспринимают это как абсурд и немножко в ужасе».
Насколько опасен этот культ личности? Или это, так сказать, побочное явление, не заслуживающее особого внимания?
«В том, что пресса, СМИ и даже политики почти не выстыпают публично, открыто с критикой Путина, я вижу большую опасность. Я беседовал с Борисом Немцовым. Он это очень хорошо выразил. Немцов сказал: первые два года, пока я работал с Путиным, это был человек, который хотел реформ, что–то пытался сделать, был открытым человеком. Но с утра до вечера он слышал от своего окружения только похвалы в свой адрес: какой он великий, какой замечательный, как все удивительно развивается... И что с ним произошло? Борис Немцов сказал: Путин забронзовел. Мне очень понравилось это слово. Путин слышит столько положительных отзывов о себе, что сам входит в эту роль, верит, что это действительно так, он не меняется, потому что ведь нет необходимости и нет конкурентов, из–за которых нужно было бы стараться постоянно улучшить себя. Я думаю, что этот подхалимаж опасен больше всего для самого Путина. Я такое видел в Грузии, когда был у Эдуарда Шеварднадзе после его отставки. Шеварднадзе верил в то, что народ его до сих пор любит, что его свержение было интригой. Это большая опасность, когда у президента уже нет обратной связи, когда он смотрит в зеркало и видит там своё благородное отражение и не видит ничего плохого. Он отрывается от действительности. Я думаю, что для самого Путина это опасно».
Вы говорите о подхалимах в окружении президента, о том, что возвращается страх, что политики и журналисты боятся выступать открыто с критикой Путина. Но это в некотором роде избранные. А как народ?
«Тут надо делить. Я бы сказал, что в народе, в большой массе особенного страха действительно нет. Знаете, были два писателя, авторы антиутопий, которые высказывали разные прогнозы. Один – Оруэлл, который считал, что книги когда-нибудь будут запрещены, потому что власть будет бояться, что люди читают. Другой писатель – Олдос Хаксли – писал, что тоталитарному государству и не надо будет запрещать книги. Просто оно может довести народ до такого состояния, что тот сам не захочет читать и не будет интересоваться политикой. Так вот: значительной части россиян настолько надоели все эти интриги, вся эта грязь, что они вообще не хотят обо всё этом слышать не интересуются этим. И я их прекрасно понимаю. Поверьте: мне иногда самому глубоко противно всем этим заниматься. Другое дело – те люди, которые облечены властью, занимают важные места в политике и экономике. Среди них действительно есть страх. Они боятся говорить что-то против президента. А ведь именно этот слой определяет общественное мнение. Поэтому особенно страшно, что как раз они боятся».
ЧАСТЬ 2
Я продолжаю знакомить вас с книгой, которая только что вышла в берлинском издательстве «Rowohlt» и называется «Владимир Путин. Куда он ведёт Россию?». Написал её Борис Райтшустер, московский корреспондент журнала «Фокус» – одного из самых читаемых немецких информационных еженедельников. Как подчёркивает автор в предисловии к своей книге, он останавливается прежде всего на проблемных вопросах. Но к очернительству это не имеет никакого отношения. Райтшустер связан с Россией, а раньше – Советским Союзом – уже пятнадцать лет. У него русская жена. Москва стала для него второй родиной. Но именно потому, что Россия и люди, живущие там, ему далеко не безразличны, он считает себя обязанным говорить о том, что вызывает тревогу: об ущемлениях политических свобод и о коррупции, о «диктатуре блата» и о культе личности президента. Борис Райтшустер пишет:
«Каждый может найти в России Владимира Путина ту страну, которую он хочет найти. Россию на переломе, в которой после нескольких лет хаоса снова наступила стабильность, в которой идут важные либеральные реформы, экономический рост составляет до семи процентов в год и рубль впервые за долгое время снова укрепился. Россию, которая регулярно платит зарплаты и пенсии бюджетникам и пенсионерам, которая становится всё более привлекательной для иностранных инвесторов.
Или авторитарную Россию, которая лишь имитирует демократию, в которой царят произвол и коррупция, в которой чиновники третируют людей и любой милиционер чувствует себя маленьким диктатором, Россию, в которой телевидение, как в советские времена, поёт дифирамбы власти, а человек с тёмным цветом кожи может подвергнуться на улице оскорблениям и издевательствам.
Уголовную Россию, в которой мафия рвётся к власти, а милиция, с одной стороны, подсовывает невиновным наркотики и оружие, а с другой – отказывается заводить уголовные дела, когда туда обращаются ограбленные или обманутые аферистами люди.
Россию «европейскую»: прежде всего, это Москва, переживающая настоящий бум, превратившаяся из унылой советской столицы в привлекательную, полную блеска мировую метрополию, в которой живёт новый, ориентированный на Запад средний класс и на улицах чаще, чем где-либо, можно увидеть автомобили самых дорогих марок.
Россию отсталую: прежде всего, на периферии, где с советских времён во многом почти ничего не изменилось, где миллионы людей живут на грани нищеты и часто спасаются от голода только благодаря натуральному хозяйству, где тысячи мёрзнут зимой в не отапливаемых квартирах.
И Россию неотразимую – с гостеприимными, открытыми и весёлыми людьми, которые здесь живут».
«И во Владимире Путине каждый тоже найдёт того президента, которого хочет найти, – добавляет автор книги. – Модерниста-реформатора, который намерен вести Россию в западном направлении. Либерала, проводящего прогрессивную экономическую политику... Царя, который крепко держит в руках политическую власть и не терпит конкуренции. Или сомневающегося, неуверенного в себе правителя, который ... слишком тяжёл на подъём, когда необходимо принимать быстрые решения».
Всё это – Путин. Однако в России его редко показывают столь разнообразным, противоречивым. Большинство российских СМИ изображают Путина этаким кремлёвским суперменом, – пишет Борис Райтшустер.
Средствам массовой информации, политике властей в области СМИ, урезанию свободы печати в России и покупке журналистов Райтшустер отводит в своей книге очень много места. Дело не только в корпоративной солидарности и не только в том, что свобода печати – это своеобразная лакмусовая бумажка демократии. Сам Путин (главный герой или, точнее, антигерой книги) и его ближайшее окружение уделяют средствам массовой информации – прежде всего, телевидению – повышенное внимание. Чем это объясняется? Вот как отвечает на этот вопрос в интервью «Немецкой волне» сам Борис Райтшустер:
«Я думаю, это объясняется тем, каким путем пришёл к власти Путин. Сравним с другими политиками. На Западе они приходят к власти через политическую партию, так сказать, эволюционным путем, переходя со ступени на ступень. Когда они подходят к вершине власти, народ их уже знает, они успели стать популярными. Путин же взялся буквально из ничего. Он вообще не был известен. Но потом стремительно прибавлял в рейтинге – в первую очередь, благодаря именно СМИ. Российские средства массовой информации, в первую очередь, телевидение, сделали его тем, кто он есть. Поэтому они были первой опорой, которая держала его у власти. Более того: на мой взгляд, СМИ до сих пор являются одним из главных факторов, на которых держится популярность президента России. Именно поэтому власть с таким пристальным вниманием к ним относится. И именно поэтому боится, что они выйдут из–под контроля».
Между прочим, верные путинцы (таковыми они, во всяком случае, себя считают) пытаются взять под свой контроль и, так сказать, привести к единой линии не только российские средства массовой информации. Одна из глав книги Бориса Райтшустера называется «Немцы на прицеле». В ней идёт речь о попытках приструнить критически настроенных немецких журналистов, работающих в Москве. Об одной такой «операции» я расскажу подробнее. В начале 2000–го года московскому корреспонденту телекомпаний PRO–7 и N24 Франку Хёфлингу продали видеокассету, показывающую, как российские солдаты бросают мёртвого чеченца в братскую могилу, а военные грузовики волокут по полю трупы, ноги которых связаны проволокой. В том, что Хёфлинг купил эту видеокассету у своего российского коллеги из газеты «Известия» (его звали Олег Блоцкий) не было ничего удивительного: западных корреспондентов уже тогда очень редко пускали в Чечню, а если пускали, то, конечно, ничего подобного заснять не давали.
Репортаж обошёл весь мир. Хёфлинг комментировал его в таком духе, что видеозапись, мол, сделал он сам и на ней показаны, очевидно, казнённые в одном из лагерей чеченцы и жертвы пыток.
И вдруг в «Известиях» появляется статья с заголовком, напечатанным аршинными буквами: «Господин Хёфлинг, Вы лжёте». Её автор – вышеупомянутый Олег Блоцкий. Блоцкий, а позже и главный пропагандист президентской администрации Ястржембский назвали видеокассету «фальшивкой года», потому что и снимал её не Хёфлинг, и показывала она не жертв пыток, а убитых в бою чеченских сепаратистов. В общем, немецкому журналисту по стандартной чекистской схеме подкинули «дезу» и он на неё клюнул.
Косвенно это подтверждает и такой факт. Прошло совсем немного времени, и именно Блоцкому поручили (или доверили, что, впрочем, одно и то же) составить «каноническое» жизнеописание российского президента. Борис Райтшустер замечает:
«Подозрение, что Хёфлинг попался в ловушку и что Блоцкого наградили за помощь в этом заказом на написание биографии Путина, представляется вполне обоснованным: разве мог бы Кремль назначить придворным биографом президента человека, который на самом деле продал западному журналисту видеокассету, порочащую российскую армию?»
Пропагандистский эффект этого «специального мероприятия», как назывались подобные операции на языке КГБ, был особенно большим, потому что всё это имело непосредственное отношение к чеченской войне. Автор книги называет Путина заложником этой войны:
«Проблематичность путинской политики в отношении Чечни состоит в том, что он не видит разницы между чеченцами, которые не хотят жить под властью Москвы, и террористами. Каждый, кто не стоит на стороне Москвы, считается экстремистом. Даже доброжелательную критику по поводу Чечни и уж тем более – в любой форме высказанное сочувствие к чеченцам – президент России тут же интерпретирует как поддержку террористов. А против этого он готов бороться любыми способами. В этом фундаментальном вопросе своего президентства Путин не может признаться, что совершает ошибку. Он не может признаться в этом даже самому себе, - цитирует автор книги Бориса Немцова, - потому что… все знают: чеченская война – это его война, и он в ответе за всё, что там происходит.
Все попытки Путина разрешить чеченский конфликт – силой или политическими средствами – окончились провалом. А так как реального решения и в помине нет, Кремль пытается найти мнимое, создавая видимость, иллюзию мира. Власть закрывает глаза на действительность и делает вид, что положение в мятежной республике нормализуется. Юрий Левада, один из крупнейших российских социологов говорит об этом так: «Война в Чечне была тем коньком, на котором Путин въехал в Кремль. Теперь эта лошадка под Путиным сдохла, а новой у него нет».
Борис Райтшустер не обходит молчанием и политику Запада, говорит о соглашательской позиции западных лидеров, закрывающих глаза на очевидные нарушения прав человека в Чечне и не предпринимающих, по существу, ничего, чтобы остановить трагедию.
Почему западные политики верят – или делают вид, что верят – словам Путина о демократических реформах, о том, что в Чечне нет никаких нарушений прав человека и что положение там нормализуется?
«Я думаю, тут надо назвать два фактора. Во-первых, когда Владимир Путин говорит о демократии, он по-своему искренен. Потому что его представление о демократии – это то, что сейчас происходит в России, а Запад ничего не предпринимает, чтобы переубедить его, объяснить, что это не демократия, которую знают на Западе. Путин считает, что одно лишь соблюдение формальных внешних норм уже достаточно для демократии. И, следовательно, убеждённо уверяет Запад в том, что он хочет демократии.
Есть ещё одна причина, объясняющая, почему Запад молчит. Преобладает такое мнение: пусть в России будет сильная рука, но будет тихо и спокойно. Пусть будет авторитарный режим, зато он обеспечит стабильность. Я считаю это очень большим заблуждением, потому что стабильность, основанная на какой-то могильной тишине, на кладбищенском спокойствии, может оказаться липовой. И в один прекрасный день всё может очень быстро рухнуть».
Ещё одна тема занимает в книге московского корреспондента журнала «Фокус» центральное место – пышный расцвет коррупции в России. Путин, едва придя к власти, обещал её победить – ну, во всяком случае, обуздать. Но стало ещё хуже...
«Хотя никто и не ожидал чудес в борьбе против коррупции, ставшей проблемой века, всё же многие после широковещательных, резких заявлений Путина надеялись на то, что, по крайней мере, будут сделаны хоть какие-то шаги в нужном направлении. Ждали громких судебных расследований, которые показали бы: время безнаказанности проходит… Но вместо серьёзных намерений Кремль демонстрирует лишь стремление и дальше использовать борьбу против коррупции как средство в борьбе за власть. Причём, выгоду получает двойную: это и предвыборная реклама, и средство шантажа против отступников».
Между прочим, сакраментальное «ну, как не порадеть родному человечку?» – это тоже форма коррупции.
«В своё время Брежнев перетащил в Кремль множество земляков из Днепропетровска. Горбачёв сделал ставку на людей из своего родного Ставрополя. Ельцин, став президентом, доверил множество важных постов свердловским «кадрам». Но ещё никогда, ни при одном партийном и государственном лидере СССР или России, процент «своих» не был столь высок, как при Путине. Такой вывод делает в своём исследовании социолог Ольга Крыштановская. При этом не общее место рождения – Ленинград – играет самую важную роль, а принадлежность к КГБ.
Таким образом, решающий критерий для занятия важной должности – не квалификация кандидата, а его преданность. Этот принцип действует не только в Кремле. Точно так же, как подбирает людей глава государства, подбирают их все нижестоящие: в министерствах, госучреждениях, концернах и банках. По всей стране посты, должности и рабочие места предоставляются, в первую очередь, по знакомству. Представителям прежде всего старшего поколения просто невозможно представить себе, что можно найти работу без протекции, придя, так сказать, «с улицы». Диктатура «блата» тормозит любой прогресс. Идёт ли речь об учёбе в институте, работе врача в больнице или о министерском кресле, - связи и взятки имеют куда большее значение, чем талант и практические навыки».
Вы не боитесь, что после написания столь критической книги Вас попросту могут лишить аккредитации в Москве?
«Боюсь. Во-первых, боюсь официальной реакции. Правда, моя книга абсолютно не памфлет. Я старался быть по возможности объективным. И если окажется недопустимой даже такая критика, критика, которая старается быть объективной, которая явно не имеет цели очернить, тогда Кремль как бы срывает с себя маску. Такое я слышу и со стороны немецких политиков. Мне кажется, что репрессии против автора – самое худшее, что Кремль мог бы сделать. Ведь тогда власть наглядно продемонстрировала бы, что все эти заверения о свободе слова являются лишь фарсом. Но я думаю, что люди в Кремле достаточно интеллигентны и сами всё это прекрасно понимают. Я больше преуспевающей послушности чиновников второго и третьего ряда, стремящихся доказать свою верность Путину и считающих, что они обязательно должны как-то наказать человека, критикующего Путина. В-третьих, я просто боюсь реакции, что называется, «с улицы». Недавно на сайте inosmi.ru был опубликован перевод одной моей статьи. Ее перевели с искажениями. К примеру, я пишу, что у Путина «руки всегда в движении», а в переводе: у Путина « руки всегда дрожат». Большая разница!
Так вот. Потом были отзывы, многие из которых – очень недоброжелательные. И тут становится немного страшно».
Немецкое информационное агентство dpa, сообщая о Вашей книге и очень хорошо отзываясь о ней, подчеркнуло: прогноз автора – пессимистический, он считает, что Путин и дальше будет лишь инсценировать, имитировать демократию...
«Здесь необходимо сделать оговорку. В книге я пишу, что это на данный момент является самым вероятным вариантом. Однако я говорю и о другой возможности, оставляю надежду на то, что кое-какие изменения всё же произойдут. То есть основной прогноз, к сожалению, пессимистический, но сам я надеюсь на то, что ошибаюсь, на то, что развитие всё–таки пойдёт по другому сценарию – тому, который я считаю менее вероятным».
Такова точка зрения московского корреспондента немецкого журнала «Фокус» Бориса Райтшустера, с книгой которого (она называется «Владимир Путин. Куда он ведёт Россию?» мы вас сегодня познакомили.
Ефим Шуман «Немецкая волна»
Copyright Deutsche Welle, http://www.dw-world.de/dw/article/0,156
Россия Путина ....
.....глазами немецкого корреспондента
http://www.cms-bitforbit.com/reitschust
В берлинском издательстве «Rowohlt» вышла книга «Владимир Путин. Куда он ведёт Россию?». Написал её Борис Райтшустер, московский корреспондент журнала «Фокус» – одного из самых популярных информационных еженедельников Германии. Он отлично знает то, о чём пишет, прекрасно разбирается в перипетиях политической жизни России и в кадровых кремлёвских интригах. Причём, из всего неохватного потока информации выбирает именно то, что позволяет немецкому читателю наглядно представить и понять проблемы молодой российской демократии. Но не только поэтому выводам, прогнозам и предупреждениям автора можно доверять. Райтшустер прекрасно чувствует сегодняшнюю Россию, он страдает и надеется вместе с россиянами.
Его книга, несмотря на название, – не биография Владимира Путина, хотя российский президент является, естественно, её центральной фигурой. Но цели составить жизнеописание Путина автор перед собой ни в коем случае не ставил. Он подчёркивает:
«Главное не в том, чтобы ещё раз подробно рассказать биографию Путина. Тот, кто слишком концентрируется на личности президента, легко может упустить из виду общую ситуацию в стране. Тем не менее, Путин во многом – решающий фактор. Прежде всего, именно от его действий зависит будущее демократии в России. Цель этой книги – заглянуть за кулисы, показать и проанализировать роль Путина в тех процессах, которые являются сегодня определяющими в политике и обществе. Речь идёт, в частности, об ограничениях свободы печати и права на выбор, о бурном расцвете коррупции и о внушающем беспокойство отношении к этническим меньшинствам.
В своей книге я останавливаюсь, в основном, на проблемных вопросах. Но это не имеет никакого отношения к модному сейчас изображению России в чёрных красках. И пренебрежения, неуважения к России здесь тоже нет. Наоборот. Я связан с этой страной вот уже пятнадцать лет, двенадцать лет живу с русской женой, и Москва стала для меня второй родиной. Как раз потому, что Россия мне совсем не безразлична, потому, что я постоянно сталкиваюсь с проблемами простых людей, я обязан говорить о процессах и тенденциях, вызывающих большую тревогу. Закрывать на это глаза вместо того, чтобы открыто критиковать, открыто высказывать свои опасения, - значит сослужить России плохую службу».
Мы будем сегодня (и в следующей передаче) много цитировать Бориса Райтшустера. По двум причинам. Во–первых, потому, что он почти афористично умеет формулировать свои мысли. Я надеюсь только, что в переводе с немецкого на русский нам удалось сохранить отточенность этих формулировок. Во–вторых, я думаю, что эту неприукрашенную, критичную книгу вряд ли в обозримом будущем издадут в России. Жаль, что у вас не будет возможности её прочесть, задуматься над ней, может быть, поспорить с автором. Но вот мы и компенсируем эту невозможность (хотя бы отчасти) тем, что будем чаще цитировать книгу.
В общем, в некотором роде роль моя будет вспомогательной. Хотя не совсем, потому что я взял интервью у автора – для того, чтобы тот сам прокомментировал какие–то свои тезисы.
Названия отдельных глав книги «Владимир Путин» говорят сами за себя: «Операция «Наследник», «Потёмкинская демократия», «Приручённая Дума»... Уже первая глава, так сказать, задаёт направление. Она называется «Антиреформатор». Почему Борис Райтшустер так «обозначил» Путина?
«Я так считаю, исходя из русской истории. Она показывает, что в России было два типа правителей. С одной стороны – реформаторы (например, Михаил Горбачев), которые считали, что проблемы Российского государства в том, что государство, государственный аппарат слишком сильны, что они даже – всесильны. Реформаторы считали, что надо оставить у государства меньше власти. Но были и антиреформаторы, контрреформаторы (скажем, царь Александр Третий или Андропов). Они, наоборот, считают, что все проблемы России происходят из–за того, что государство ослаблено, что у него недостаточно власти. И стараются усилить государство и его роль. Если мы посмотрим на то, что происходит сейчас, то именно это и делает Путин. Причём, надо сказать, что эти антиреформаторы в каких–то областях – в экономике, например, –весьма прогрессивны. Александр Третий ввел золотой рубль в России, стал привлекать иностранных инвесторов, принял благоприятные экономические законы... В общем, одно другого не исключает».
Но Вы чаще сравниваете сегодняшнюю ситуацию не с эпохой Александра Третьего, а с советскими временами, проводите параллели, пишете о реставрации советских порядков...
«К сожалению, именно такая тенденция наблюдается. Но Александр Третий тоже ведь хотел вернуться к тому сильному государству, которое было до него. И Путин старается вернуться к сильному государству той эпохи, которая была совсем недавно, то есть к Советскому Союзу. Во многом то, что сегодня происходит, очень сильно напоминает Советский Союз, только пока ещё в более мягкой, я бы сказал даже, в более хитрой, более изощренной форме».
В своей книге Борис Райтшустер формулирует это так:
«Разрыв между желаемым и действительным достиг при Путине во многих областях почти тех же масштабов, что и в советские времена. Так, постоянно идёт речь о политическом решении чеченской проблемы, хотя на самом деле выборы в Чечне обернулись фарсом. Власть твердит заклинания о борьбе с засильем бюрократии и коррупцией, хотя в реальности почва для них становится ещё более благоприятной. Когда-то КПСС объявила Советский Союз раем для трудящихся. Точно так же сегодняшняя власть делает вид, что Россия является демократическим государством. Разве что сейчас искусство имитации более совершенно и приходится реже обращаться к репрессивным действиям...
С тех пор, как страной правит Владимир Путин, журналистам стало труднее работать. Нет ничего необычного в том, что известные политики в самых разных странах соглашаются поделиться с журналистом определённой информацией только в том случае, если не будут названы их имена. Но тут речь идёт не об информации: люди не хотят, чтобы цитировались их откровенные и критические отзывы о президенте Путине. Это показывает, что в Москву снова вернулся страх. Те же самые люди, те же самые высокопоставленные политики и госслужащие ещё несколько лет назад без всякого страха и стеснения открыто ругали президента Бориса Ельцина.
Как и в советские времена, сегодня почти никто не сообщает мало-мальски доверительной информации по телефону. Боясь «прослушки», «хорошо информированные источники», как это называется, снова предпочитают рассказывать время от времени важные вещи во время прогулок на свежем воздухе, оставив мобильный телефон в машине».
При всём при том корреспондент немецкого журнала «Фокус» считает, что власть Путина на самом деле покоится на шатком фундаменте. Правда, президент, как и прежде, очень популярен. «Но такая популярность, – подчёркивает Борис Райтшустер, – только в том случае могла бы быть реальным фактором укрепления власти, если бы политическая жизнь в России функционировала по демократическим правилам. Но Путин практически полностью ликвидировал даже те редкие демократические институты, что ещё оставались от ельцинского времени: федеративные структуры и самостоятельный парламент. Так как его собственная власть была ещё недостаточно крепка, Путин балансировал между различными группами, на которые опирался. И, стараясь удержаться, балансировал на месте». Автор книги иронично обращается к метафоре с двуглавым орлом на российском гербе. Одна голова орла глядит направо, другая – налево. А вперёд орёл не глядит.
Но всё же не слишком ли парадоксально звучит: у Путина нет настоящей опоры? А как же почти всенародная любовь? Впрочем, слова «любовь» Борис Райтшустер избегает. Согласен: это категория – не политическая. Автор предпочитает говорить о популярности российского президента, точнее – о его культе. Вот что Райтшустер пишет в главе, которая называется «Забронзовевший Путин»:
«…Ещё русских царей чествовали как полубогов. Культ Ленина и Сталина тоже носил фанатичный, религиозный характер (коммунисты надеялись, что это будет способствовать легитимации их власти).
Большинство россиян в меньшей степени верят в идеи, идеологии или общественные институты, чем в конкретных людей. Власть должна быть в одних руках, он – один – должен решать, а в случае чего он один и будет виноват. Так новая демократия выродилась при Ельцине во что-то вроде «выборной монархии». Но поскольку Ельцин всё меньше подходил на роль царя и всё больше терял доверие, большинство россиян стало мечтать о новом вожде, который вернул бы державе славу, силу и уважение. Так Путин стал воплощением надежды, иконой новой России…»
Московский корреспондент журнала «Фокус» не то, чтобы оправдывает этот культ (ни в коем случае), но подчёркивает его ожидаемость:
«Славословия в адрес Путина могут показаться западному наблюдателю абсурдными и отталкивающими. При этом, однако, не забывать о том, какой размах культ личности принимал в Советском Союзе и каким пышным цветом он расцвёл сегодня в некоторых бывших республиках СССР – например, в Туркменистане, где президент Сапармурат Ниязов, среди прочего, поставил памятник и собственной матери. На этом фоне восхваление российского президента представляется даже скромным».
Один из самых замечательных фрагментов книги Бориса Райтшустера, достойный, по–моему, даже щедринского пера, заслуживает более подробного пересказа, но, к сожалению, в довольно короткой радиопередаче, даже в двух, это невозможно сделать. Поэтому я скажу только об идее, обозначу идею.
Райтшустер предлагает немецкому читателю представить себе телевизионный выпуск новостей, который бы звучал примерно так. Федеральный канцлер Герхард Шрёдер отправился из Берлина на отдых в Нижнюю Саксонию. В Ганновере его радушно встретил премьер–министр Нижней Саксонии. Затем Герхард Шрёдер провёл совещание с представителями местных органов власти и посетил молочную ферму... (Камера показывает, как канцлер гладит корову и, слушая главного зоотехника, задумчиво перебирает комбикорм).
Программа новостей продолжается. Следующий сюжет. Перед отъездом в отпуск Герхард Шрёдер принял в своей резиденции в Берлине министра финансов Германии Айхеля. Камера показывает стоящего навытяжку перед канцлером Айхеля. Затем крупным планом Шрёдер, который говорит: «Я слышал, что у вас проблемы с финансами. Это плохо! Вы должны всё сделать для того, чтобы люди вовремя получали зарплаты и пенсии!» Министр финансов в ответ: «Мы немедленно примем все необходимые меры!»
И так далее, и тому подобное.
«Когда я встречаюсь сейчас с читателями, то часто начинаю знакомить их с книгой именно с этого места. И реакция немецкой публики очень интересна. Люди страшно удивлены и спрашивают: неужели это действительно так? Они просто не верят, что может дойти до такого. Они воспринимают это как абсурд и немножко в ужасе».
Насколько опасен этот культ личности? Или это, так сказать, побочное явление, не заслуживающее особого внимания?
«В том, что пресса, СМИ и даже политики почти не выстыпают публично, открыто с критикой Путина, я вижу большую опасность. Я беседовал с Борисом Немцовым. Он это очень хорошо выразил. Немцов сказал: первые два года, пока я работал с Путиным, это был человек, который хотел реформ, что–то пытался сделать, был открытым человеком. Но с утра до вечера он слышал от своего окружения только похвалы в свой адрес: какой он великий, какой замечательный, как все удивительно развивается... И что с ним произошло? Борис Немцов сказал: Путин забронзовел. Мне очень понравилось это слово. Путин слышит столько положительных отзывов о себе, что сам входит в эту роль, верит, что это действительно так, он не меняется, потому что ведь нет необходимости и нет конкурентов, из–за которых нужно было бы стараться постоянно улучшить себя. Я думаю, что этот подхалимаж опасен больше всего для самого Путина. Я такое видел в Грузии, когда был у Эдуарда Шеварднадзе после его отставки. Шеварднадзе верил в то, что народ его до сих пор любит, что его свержение было интригой. Это большая опасность, когда у президента уже нет обратной связи, когда он смотрит в зеркало и видит там своё благородное отражение и не видит ничего плохого. Он отрывается от действительности. Я думаю, что для самого Путина это опасно».
Вы говорите о подхалимах в окружении президента, о том, что возвращается страх, что политики и журналисты боятся выступать открыто с критикой Путина. Но это в некотором роде избранные. А как народ?
«Тут надо делить. Я бы сказал, что в народе, в большой массе особенного страха действительно нет. Знаете, были два писателя, авторы антиутопий, которые высказывали разные прогнозы. Один – Оруэлл, который считал, что книги когда-нибудь будут запрещены, потому что власть будет бояться, что люди читают. Другой писатель – Олдос Хаксли – писал, что тоталитарному государству и не надо будет запрещать книги. Просто оно может довести народ до такого состояния, что тот сам не захочет читать и не будет интересоваться политикой. Так вот: значительной части россиян настолько надоели все эти интриги, вся эта грязь, что они вообще не хотят обо всё этом слышать не интересуются этим. И я их прекрасно понимаю. Поверьте: мне иногда самому глубоко противно всем этим заниматься. Другое дело – те люди, которые облечены властью, занимают важные места в политике и экономике. Среди них действительно есть страх. Они боятся говорить что-то против президента. А ведь именно этот слой определяет общественное мнение. Поэтому особенно страшно, что как раз они боятся».
ЧАСТЬ 2
Я продолжаю знакомить вас с книгой, которая только что вышла в берлинском издательстве «Rowohlt» и называется «Владимир Путин. Куда он ведёт Россию?». Написал её Борис Райтшустер, московский корреспондент журнала «Фокус» – одного из самых читаемых немецких информационных еженедельников. Как подчёркивает автор в предисловии к своей книге, он останавливается прежде всего на проблемных вопросах. Но к очернительству это не имеет никакого отношения. Райтшустер связан с Россией, а раньше – Советским Союзом – уже пятнадцать лет. У него русская жена. Москва стала для него второй родиной. Но именно потому, что Россия и люди, живущие там, ему далеко не безразличны, он считает себя обязанным говорить о том, что вызывает тревогу: об ущемлениях политических свобод и о коррупции, о «диктатуре блата» и о культе личности президента. Борис Райтшустер пишет:
«Каждый может найти в России Владимира Путина ту страну, которую он хочет найти. Россию на переломе, в которой после нескольких лет хаоса снова наступила стабильность, в которой идут важные либеральные реформы, экономический рост составляет до семи процентов в год и рубль впервые за долгое время снова укрепился. Россию, которая регулярно платит зарплаты и пенсии бюджетникам и пенсионерам, которая становится всё более привлекательной для иностранных инвесторов.
Или авторитарную Россию, которая лишь имитирует демократию, в которой царят произвол и коррупция, в которой чиновники третируют людей и любой милиционер чувствует себя маленьким диктатором, Россию, в которой телевидение, как в советские времена, поёт дифирамбы власти, а человек с тёмным цветом кожи может подвергнуться на улице оскорблениям и издевательствам.
Уголовную Россию, в которой мафия рвётся к власти, а милиция, с одной стороны, подсовывает невиновным наркотики и оружие, а с другой – отказывается заводить уголовные дела, когда туда обращаются ограбленные или обманутые аферистами люди.
Россию «европейскую»: прежде всего, это Москва, переживающая настоящий бум, превратившаяся из унылой советской столицы в привлекательную, полную блеска мировую метрополию, в которой живёт новый, ориентированный на Запад средний класс и на улицах чаще, чем где-либо, можно увидеть автомобили самых дорогих марок.
Россию отсталую: прежде всего, на периферии, где с советских времён во многом почти ничего не изменилось, где миллионы людей живут на грани нищеты и часто спасаются от голода только благодаря натуральному хозяйству, где тысячи мёрзнут зимой в не отапливаемых квартирах.
И Россию неотразимую – с гостеприимными, открытыми и весёлыми людьми, которые здесь живут».
«И во Владимире Путине каждый тоже найдёт того президента, которого хочет найти, – добавляет автор книги. – Модерниста-реформатора, который намерен вести Россию в западном направлении. Либерала, проводящего прогрессивную экономическую политику... Царя, который крепко держит в руках политическую власть и не терпит конкуренции. Или сомневающегося, неуверенного в себе правителя, который ... слишком тяжёл на подъём, когда необходимо принимать быстрые решения».
Всё это – Путин. Однако в России его редко показывают столь разнообразным, противоречивым. Большинство российских СМИ изображают Путина этаким кремлёвским суперменом, – пишет Борис Райтшустер.
Средствам массовой информации, политике властей в области СМИ, урезанию свободы печати в России и покупке журналистов Райтшустер отводит в своей книге очень много места. Дело не только в корпоративной солидарности и не только в том, что свобода печати – это своеобразная лакмусовая бумажка демократии. Сам Путин (главный герой или, точнее, антигерой книги) и его ближайшее окружение уделяют средствам массовой информации – прежде всего, телевидению – повышенное внимание. Чем это объясняется? Вот как отвечает на этот вопрос в интервью «Немецкой волне» сам Борис Райтшустер:
«Я думаю, это объясняется тем, каким путем пришёл к власти Путин. Сравним с другими политиками. На Западе они приходят к власти через политическую партию, так сказать, эволюционным путем, переходя со ступени на ступень. Когда они подходят к вершине власти, народ их уже знает, они успели стать популярными. Путин же взялся буквально из ничего. Он вообще не был известен. Но потом стремительно прибавлял в рейтинге – в первую очередь, благодаря именно СМИ. Российские средства массовой информации, в первую очередь, телевидение, сделали его тем, кто он есть. Поэтому они были первой опорой, которая держала его у власти. Более того: на мой взгляд, СМИ до сих пор являются одним из главных факторов, на которых держится популярность президента России. Именно поэтому власть с таким пристальным вниманием к ним относится. И именно поэтому боится, что они выйдут из–под контроля».
Между прочим, верные путинцы (таковыми они, во всяком случае, себя считают) пытаются взять под свой контроль и, так сказать, привести к единой линии не только российские средства массовой информации. Одна из глав книги Бориса Райтшустера называется «Немцы на прицеле». В ней идёт речь о попытках приструнить критически настроенных немецких журналистов, работающих в Москве. Об одной такой «операции» я расскажу подробнее. В начале 2000–го года московскому корреспонденту телекомпаний PRO–7 и N24 Франку Хёфлингу продали видеокассету, показывающую, как российские солдаты бросают мёртвого чеченца в братскую могилу, а военные грузовики волокут по полю трупы, ноги которых связаны проволокой. В том, что Хёфлинг купил эту видеокассету у своего российского коллеги из газеты «Известия» (его звали Олег Блоцкий) не было ничего удивительного: западных корреспондентов уже тогда очень редко пускали в Чечню, а если пускали, то, конечно, ничего подобного заснять не давали.
Репортаж обошёл весь мир. Хёфлинг комментировал его в таком духе, что видеозапись, мол, сделал он сам и на ней показаны, очевидно, казнённые в одном из лагерей чеченцы и жертвы пыток.
И вдруг в «Известиях» появляется статья с заголовком, напечатанным аршинными буквами: «Господин Хёфлинг, Вы лжёте». Её автор – вышеупомянутый Олег Блоцкий. Блоцкий, а позже и главный пропагандист президентской администрации Ястржембский назвали видеокассету «фальшивкой года», потому что и снимал её не Хёфлинг, и показывала она не жертв пыток, а убитых в бою чеченских сепаратистов. В общем, немецкому журналисту по стандартной чекистской схеме подкинули «дезу» и он на неё клюнул.
Косвенно это подтверждает и такой факт. Прошло совсем немного времени, и именно Блоцкому поручили (или доверили, что, впрочем, одно и то же) составить «каноническое» жизнеописание российского президента. Борис Райтшустер замечает:
«Подозрение, что Хёфлинг попался в ловушку и что Блоцкого наградили за помощь в этом заказом на написание биографии Путина, представляется вполне обоснованным: разве мог бы Кремль назначить придворным биографом президента человека, который на самом деле продал западному журналисту видеокассету, порочащую российскую армию?»
Пропагандистский эффект этого «специального мероприятия», как назывались подобные операции на языке КГБ, был особенно большим, потому что всё это имело непосредственное отношение к чеченской войне. Автор книги называет Путина заложником этой войны:
«Проблематичность путинской политики в отношении Чечни состоит в том, что он не видит разницы между чеченцами, которые не хотят жить под властью Москвы, и террористами. Каждый, кто не стоит на стороне Москвы, считается экстремистом. Даже доброжелательную критику по поводу Чечни и уж тем более – в любой форме высказанное сочувствие к чеченцам – президент России тут же интерпретирует как поддержку террористов. А против этого он готов бороться любыми способами. В этом фундаментальном вопросе своего президентства Путин не может признаться, что совершает ошибку. Он не может признаться в этом даже самому себе, - цитирует автор книги Бориса Немцова, - потому что… все знают: чеченская война – это его война, и он в ответе за всё, что там происходит.
Все попытки Путина разрешить чеченский конфликт – силой или политическими средствами – окончились провалом. А так как реального решения и в помине нет, Кремль пытается найти мнимое, создавая видимость, иллюзию мира. Власть закрывает глаза на действительность и делает вид, что положение в мятежной республике нормализуется. Юрий Левада, один из крупнейших российских социологов говорит об этом так: «Война в Чечне была тем коньком, на котором Путин въехал в Кремль. Теперь эта лошадка под Путиным сдохла, а новой у него нет».
Борис Райтшустер не обходит молчанием и политику Запада, говорит о соглашательской позиции западных лидеров, закрывающих глаза на очевидные нарушения прав человека в Чечне и не предпринимающих, по существу, ничего, чтобы остановить трагедию.
Почему западные политики верят – или делают вид, что верят – словам Путина о демократических реформах, о том, что в Чечне нет никаких нарушений прав человека и что положение там нормализуется?
«Я думаю, тут надо назвать два фактора. Во-первых, когда Владимир Путин говорит о демократии, он по-своему искренен. Потому что его представление о демократии – это то, что сейчас происходит в России, а Запад ничего не предпринимает, чтобы переубедить его, объяснить, что это не демократия, которую знают на Западе. Путин считает, что одно лишь соблюдение формальных внешних норм уже достаточно для демократии. И, следовательно, убеждённо уверяет Запад в том, что он хочет демократии.
Есть ещё одна причина, объясняющая, почему Запад молчит. Преобладает такое мнение: пусть в России будет сильная рука, но будет тихо и спокойно. Пусть будет авторитарный режим, зато он обеспечит стабильность. Я считаю это очень большим заблуждением, потому что стабильность, основанная на какой-то могильной тишине, на кладбищенском спокойствии, может оказаться липовой. И в один прекрасный день всё может очень быстро рухнуть».
Ещё одна тема занимает в книге московского корреспондента журнала «Фокус» центральное место – пышный расцвет коррупции в России. Путин, едва придя к власти, обещал её победить – ну, во всяком случае, обуздать. Но стало ещё хуже...
«Хотя никто и не ожидал чудес в борьбе против коррупции, ставшей проблемой века, всё же многие после широковещательных, резких заявлений Путина надеялись на то, что, по крайней мере, будут сделаны хоть какие-то шаги в нужном направлении. Ждали громких судебных расследований, которые показали бы: время безнаказанности проходит… Но вместо серьёзных намерений Кремль демонстрирует лишь стремление и дальше использовать борьбу против коррупции как средство в борьбе за власть. Причём, выгоду получает двойную: это и предвыборная реклама, и средство шантажа против отступников».
Между прочим, сакраментальное «ну, как не порадеть родному человечку?» – это тоже форма коррупции.
«В своё время Брежнев перетащил в Кремль множество земляков из Днепропетровска. Горбачёв сделал ставку на людей из своего родного Ставрополя. Ельцин, став президентом, доверил множество важных постов свердловским «кадрам». Но ещё никогда, ни при одном партийном и государственном лидере СССР или России, процент «своих» не был столь высок, как при Путине. Такой вывод делает в своём исследовании социолог Ольга Крыштановская. При этом не общее место рождения – Ленинград – играет самую важную роль, а принадлежность к КГБ.
Таким образом, решающий критерий для занятия важной должности – не квалификация кандидата, а его преданность. Этот принцип действует не только в Кремле. Точно так же, как подбирает людей глава государства, подбирают их все нижестоящие: в министерствах, госучреждениях, концернах и банках. По всей стране посты, должности и рабочие места предоставляются, в первую очередь, по знакомству. Представителям прежде всего старшего поколения просто невозможно представить себе, что можно найти работу без протекции, придя, так сказать, «с улицы». Диктатура «блата» тормозит любой прогресс. Идёт ли речь об учёбе в институте, работе врача в больнице или о министерском кресле, - связи и взятки имеют куда большее значение, чем талант и практические навыки».
Вы не боитесь, что после написания столь критической книги Вас попросту могут лишить аккредитации в Москве?
«Боюсь. Во-первых, боюсь официальной реакции. Правда, моя книга абсолютно не памфлет. Я старался быть по возможности объективным. И если окажется недопустимой даже такая критика, критика, которая старается быть объективной, которая явно не имеет цели очернить, тогда Кремль как бы срывает с себя маску. Такое я слышу и со стороны немецких политиков. Мне кажется, что репрессии против автора – самое худшее, что Кремль мог бы сделать. Ведь тогда власть наглядно продемонстрировала бы, что все эти заверения о свободе слова являются лишь фарсом. Но я думаю, что люди в Кремле достаточно интеллигентны и сами всё это прекрасно понимают. Я больше преуспевающей послушности чиновников второго и третьего ряда, стремящихся доказать свою верность Путину и считающих, что они обязательно должны как-то наказать человека, критикующего Путина. В-третьих, я просто боюсь реакции, что называется, «с улицы». Недавно на сайте inosmi.ru был опубликован перевод одной моей статьи. Ее перевели с искажениями. К примеру, я пишу, что у Путина «руки всегда в движении», а в переводе: у Путина « руки всегда дрожат». Большая разница!
Так вот. Потом были отзывы, многие из которых – очень недоброжелательные. И тут становится немного страшно».
Немецкое информационное агентство dpa, сообщая о Вашей книге и очень хорошо отзываясь о ней, подчеркнуло: прогноз автора – пессимистический, он считает, что Путин и дальше будет лишь инсценировать, имитировать демократию...
«Здесь необходимо сделать оговорку. В книге я пишу, что это на данный момент является самым вероятным вариантом. Однако я говорю и о другой возможности, оставляю надежду на то, что кое-какие изменения всё же произойдут. То есть основной прогноз, к сожалению, пессимистический, но сам я надеюсь на то, что ошибаюсь, на то, что развитие всё–таки пойдёт по другому сценарию – тому, который я считаю менее вероятным».
Такова точка зрения московского корреспондента немецкого журнала «Фокус» Бориса Райтшустера, с книгой которого (она называется «Владимир Путин. Куда он ведёт Россию?» мы вас сегодня познакомили.
Ефим Шуман «Немецкая волна»
Copyright Deutsche Welle, http://www.dw-world.de/dw/article/0,156
