вчерашнее ...
На градуснике скорее ноль, чем плюс, за окном ветер ветку клонит. где ты, Португалия? Не без омерзения, напяливаю бэрэт, еду в Пушкин. В маршрутке по пути в Царское зачастую случаются со мной философически-ностальгические настроения. Не читалось. Поставила аудио спектакль «Последний день отпуска» 1972 года издания. Слушала и даже во рту привкус того времени ощутила. Главный герой весь такой нереально положительный, а друг детства с которым они, между прочим, через всю войну прошли, взял и за какие-то четыре года полностью погряз в материальных благах. Квартиру построил «Жигули» купил, и, естественно, по причинам сим, морально и нравственно деградировал. Место, где он "Жигули" нахваливает, особо прекрасно.
Фамилия друга - Гей. Ну вот сейчас возможно такую фамилию представить? Где, любопытно, автор её выкопал?
Ехала я в своём бэрэте, слушала спектакль, рассматривала народец. Кто в чём. Тётки в пуховиках, старушки в шапках в какой-то прошлой жизни бывших меховыми, девчонки уже в плащики перепрыгнули. В Лиссабоне в таких же при утренних +18 бегают.
Разные причины бывают по каким вместо благоразумного тёплого пальто, надеваешь ветреный плащик.
Очень много лет тому назад таким же гадким апрельским днём, пожалуй даже более гадким, ибо несколько раз за день принимался сыпать мокрый снег, я наконец поехала оформляться на работу по распределению. И на мне тоже был плащ, размахаистый, на кокетке, красный в синюю клеточку. Зашла в отдел кадров, тётки там, как правило, не очень радушные, а тут глянули на этакого клетчатого цыплёнка с синим носом и говорят: - Что ж, ты деточка, в плаще в такую холодину?» -
- Это потому что пальто у меня, нет – цежу сквозь зубы хмуро, ибо настроение по всем категориям мерзопакостнее некуда. Погода говно. Друзья разъехались. Контора – дерьмо. Жизнь кончилась.
У тётеньки, без балды, слёзы на глазах навернулись: - Ничего, - говорит голосом родной бабушки Красной Шапочки– вот заработаешь у нас– купишь -

Понятное дело пальто у меня было, как и мама, и папа с зарплатой капитана первого ранга. Но было оно надоевшее, до той самой последней степени, когда умру, но не надену. Совсем, как этот беретик, весьма симпатичный, кстати.
Но, одно дело тогда, другое сейчас. Натянула и поехала …