Истоки модерна в Петербурге
Дача Великого Князя Бориса Владимировича в Царском Селе.
1896-1897, Шернборн и Скотт

Одним из истоков нового стиля послужил английский дом-коттедж. В Петербурге эта неоромантическая версия индивидуального дома была пересажена непосредственно из самой Англии.
В 1896-97 годах британские архитекторы создали в Царском Селе дачу великого князя Бориса Владимировича. Дом со службами и садом у берега Колонистского пруда представляет подлинным уголком «Туманного Альбиона». (ныне здесь размещается НИИ растениеводства им. Н,И.Вавилова).



Усадьбу эту можно считать отправной вехой в становлении петербургского модерна. Типичная, даже ординарная по английским меркам, она оказалась ключевым памятником для несколько запаздывавшей в своём развитии русской архитектуры.
Строилась дача в Отдельном парке на участке вел.кн. Владимира Александровича, президента Академии художеств, к 20-летию его сына. По преданию, это был подарок Борису Владимировичу от его крестной матери – королевы Великобритании Виктории.


Весной 1897г. группе петербургских зодчих представилась возможность ознакомиться с царскосельской усадьбой. Работы под руководством Шернборна (Шербона) выполняла лондонская фирма «Мэйплс». (Шербон также в дальнейшем был привлечён к отделке интерьеров Александровского дворца в Царском Селе).

Великокняжеский дом-дворец органично связан с ландшафтной средой. Вокруг него был разбит живописный сад с прямыми, извилистыми и кольцевыми дорожками, фонтаном и цветником, газонами и кустарниками, хвойными и лиственными деревьями. От пруда к главному подъезду ведёт аллея, обсаженная туями.





Здание состоит из парадного и служебного корпусов, соединённых переходов. Нижний этаж – кирпичный, верхний покрыт фактурной штукатуркой внабрызг.



Два крыльца с резными деревянными колонками подчеркивают связь приземистого сооружения с землёй. Пространственным ядром служит огромный двухъярусный холл – характернейший атрибут английских особняков.
Открытая деревянная лестница ведёт на балкон, обходящий помещение второго этажа.
Холл c камином освещён гигантским витражом простого геометрического рисунка.






Одновременно с главным домом был построен конюшенный корпус, выдержанный в том же стилевом ключе, но в упрощённых формах. Некоторые его черты, в частности, миниатюрная часовая башенка, напоминают работы Бейли Скотта.



(Постройка дошла до нас с утратами: исчезли наружная лестница с деревянным балконом, двойной щипец, черепица кровли).

Ещё одно звено ансамбля – запасной дом – сооружался по проекту А.И. фон Гогена (1899), «штатного» архитектора двора великого князя Владимира Александровича.
Живописная композиция с фахверковыми щипцами и черепичными крышами, красно кирпичными стенами и лежачими окнами вторит «дворцу-коттеджу».




Однако фон Гоген создал более сложную разнообъёмную структуру, дополненную круглой лестничной башенкой.



В восточной части помещалось экипажное хозяйство, в западной – один из первых гаражей и квартира шофера. Второй этаж отводился под жильё.
Если сам великокняжеский дворец уподоблен коттеджу и отмечен печатью «народной» простоты, то запасной дом, преимущественно утилитарный по назначению, отличается изяществом и рафинированностью форм.
Постройка царскосельской дачи усилила интерес к английской архитектуре и дала мощный импульс неоромантического модерна в Петербурге.
Воздействие этого образца отразилось преимущественно в строительстве зданий с ландшафтной средой.