|
Sep. 2nd, 2012|02:38 am |
"Хороший актер -- тот, для кого пишут новые роли," --
Буревестник ворчит и волочит жирное тело
От пингвинихи прочь -- ненадолго -- в кабак поневоле,
Посидит и домой, чтобы не допускать беспредела.
Вот Шекспир-то, гроза чернил и могила гусиных перьев,
Как ты да я -- в одной фразе выставил себя богом,
Дескать, мир, он театр, и актерами все понемногу --
Выходя за пределы метафоры, отряхни пепел.
Каждый вечер набор ролей просто распределяют,
Полетал, попрыгал, на брюхе ползай смиренно,
Завтра снова в полет -- только в зале встают рядами
И в который раз вызывают бога на сцену.
И выходят на сцену какие-то люди в форме,
Если не ангелы, то божественного агенты,
Бог уходит от слежки, опасней он и проворней,
Неуловим, как Шекспир в исторических документах,
Да и бог с ним, небось без него сыграем,
Скалы стоят и гагары стонут приятно,
Стелется сладкий дым от ночных окраин.
Если придет -- начнет закрывать театры.
Буревестник выбирает гагару самую лучшую,
Как вдруг внезапная роль его настигает в лет,
Освобождает от груза благополучия
И под росчерки молний рваным листком кладет. |
|