| test |
Jun. 15th, 2012|07:46 pm |
И вот крепкий хозяин загоняет свои иномарки
Прямо в ворота деревянного дома,
А ворота железные, купоросные арки,
Крытые зеленью костяные проемы.
И вот иномарки тяжело ведут головой,
У кого шина терта, у кого намокли копыта,
А в углу копошится, просыпаясь, кум-домовой,
Зыркает оком, цокает языком деловито.
Он знает, что гора Мяула еще ничего гора,
Драный на ней асфальт, да только где теперь свежий,
А где был, сожрали московские шофера,
Плюнь на стеклы их, помочися к ним в бензобак, батька Леший.
Он знает, что Копчона-гора лютует под белым брюхом,
Чиркает по живому и с ямы на яму брык,
А тот молодой еще иномарец -- кум как понюхает
Под хвостом ему, так заплачет, и цокать устал язык.
Но хуже других -- и даже слова для этой худости нету --
Зелёна-гора, хоть гладок ее асфальт.
Кум вызывает кума по интернету,
Грязный вайфай, но больше нечем позвать.
А крепкий хозяин задвигает рукой ворота,
Гаражный замок запирает большим ключом,
Крякнув сурово и словно бы вспомнив что-то,
Лезет к хозяйке, маня ее калачом. |
|