Уважаемые Друзья!
Поскольку на думском фронте пока затишье, решил снова вернуться к делам давно минувших дней. Но на этот раз в разделе  «Неопубликованных мемуаров «черного полковника» решил дать материал, который был опубликован в январе 1995 года в газете " Советская Россия". Мне кажется, что этот материал может представлять интерес для Друзей, поскольку касается такой неординарной личности, как генерал А.Лебедь. Этот человек в свое время яркой кометой промчался по небосклону российской политики и до сих пор ломаются копья по поводу его сложной и неоднозначной личности. О мертвых хорошо или ничего. Но в данном случае я размещаю этот материал потому, что он его читал при жизни и имел возможность по его содержанию высказаться публично.

В декабре 1994 года меня в Москве разыскал Президент Приднестровья Игорь Николаевич Смирнов и сообщил, что в Приднестровье сложилась очень сложная обстановка. Нарастает конфронтация между Командующим 14 российской Армии, расквартированной на территории Приднестровья, генерал-лейтенантом А.И.Лебедем и руководством Приднестровской Молдавской Республики. Смирнов попросил меня как то обозначить мою позицию по отношению к происходящему. В результате и родилось это открытое письмо.
  
Итак, Александр Иванович Лебедь...
 

“Советская Россия” № 4(11134) от 12 января 1995г.
 
БЕЗ ЦАРЯ  В ДУШЕ

Открытое письмо народного депутата СССР, полковника В.И.АЛКСНИСА
командующему 14 Армией генерал-лейтенанту А.И.ЛЕБЕДЮ

Александр Иванович!
Обратиться к Вам с этим письмом я решился после долгих и мучительных раздумий... Сегодня, когда наша Родина переживает трагические дни, когда торжествует предательство, разруха и развал, многие люди связывают именно с Вашим именем надежды на ее возрождение. Но как сказать им о том, что на самом деле существует два Лебедя, один из которых режет правду-матку с экрана телевизора и страниц прессы, а другой в это же время совершает поступки, которые никак не сочетаются с произнесенными громкими словами... День ото дня появляются все новые и новые факты, молчать о которых я не имею права. И именно поэтому появилось это письмо.
                                                                     * * *
Мы не первый год, Александр Иванович, знаем друг друга. Наше знакомство состоялось в июле 1990 года на 28 съезде КПСС, на который мы оба были избраны делегатами от партийной организации Вооруженных Сил. Помню Ваш громовой голос, которым Вы без микрофона заполняли огромный зал Кремлевского Дворца съездов, задавая вопросы тогдашнему члену Политбюро ЦК КПСС А.ЯКОВЛЕВУ :”   Так сколько у Вас лиц, Александр Николаевич? И с кем Вы?”

Затем август 1991 года... О Вашей позиции в те драматические дни ходит много слухов и толков. Она весьма и весьма двусмысленна. До сих пор не понятно, чем обусловлена та “высокая” оценка, которую Вы заслужили от Г.СТАРОВОЙТОВОЙ. И неужели действительно, прибыв 19 августа в “Белый дом” к Б.ЕЛЬЦИНУ, Вы предложили ему объявить себя Верховным Главнокомандующим, о чем он пишет в своих “Записках президента”?.. Но я никогда не забуду, как в первые дни после тех событий в атмосфере победного демократического психоза, когда многие спешили примазаться к лагерю победителей, в телевизионном интервью Вы отказались от роли защитника “Белого дома”. В тот момент я восхищался Вами - есть же в нашей армии честные генералы!

Потом почти на год Вы исчезли из поля зрения и появились вновь в июле 1992 года в должности командующего 14 Армией в Приднестровье.
Приднестровье - это наша гордость и наша боль. Депутатская группа “Союз” с первых дней своего возникновения всегда пыталась хоть как-то помочь приднестровцам и кое-что нам тогда удавалось. В ноябре 1990 года в Дубоссарах полиция расстреляла демонстрацию, четверо было убиты - народные депутаты из группы “Союз” буквально прорвались в кабинет М.ГОРБАЧЕВА, предъявили ему жесткие требования по стабилизации обстановки в Приднестровье. Итогом этого разговора явилось временное прекращение силовых акций кишиневских властей и освобождение от должности тогдашнего министра внутренних дел СССР В.БАКАТИНА.

И неспроста кишиневские власти обвиняют депутатскую группу “Союз” в причастности к созданию Приднестровской Молдавской Республики. Да, мы причастны и гордимся этим. Конечно, ПМР возникла в первую очередь благодаря тем святым людям из Тирасполя, Бендер, Дубоссар и всего Приднестровья, которые отдали свои жизни ради того, чтобы республика выстояла. Но в фундаменте ПМР есть и камень, заложенный депутатской группой “Союз”.

Когда 19 июня 1992г. части молдавской армии ворвались в мирный город Бендеры и устроили там кровавую бойню, было очень мало шансов, что Приднестровье устоит. Но приднестровцы продемонстрировали чудеса героизма и стойкости и не допустили захвата Бендер. В 14 Армии началось брожение, военнослужащие, связанные по рукам и ногам приказами вышестоящего командования о невмешательстве, скрепя сердце были вынуждены наблюдать, как убивают мирных людей. И вот в нарушение многочисленных приказов военнослужащие начали передачу боевой техники и оружия представителям ПМР и неминуем был полный переход всей 14 Армии под юрисдикцию ПМР... В это время приехали вы...

Вы прибыли в Приднестровье 23 июня под фамилией полковника ГУСЕВА с основной целью - в случае необходимости организовать эвакуацию семей военнослужащих. После нескольких дней ознакомления с ситуацией 27 июня Вы вступили в командование 14 Армией. К этому времени уже произошел перелом в боевых действиях и у приднестровцев появилась надежда на победу. Попытки молдавской армии захватить Бендеры были отбиты, начались позиционные бои.

Не могу не признать: Ваши усилия в значительной мере способствовала прекращению этих позиционных боев. И на мой взгляд, основную роль здесь сыграли даже не конкретные шаги, предпринятые 14 Армией по Вашему приказу, включая удары артиллерии по позициям армии Молдовы, а в первую очередь Ваши очень жесткие и решительные заявления, подкрепленные этими конкретными шагами, которые должным образом содействовали отрезвлению многих политиков и не только в Кишиневе.

Я вспоминаю, с каким волнением и надеждой тем летом мы ждали любого сообщений из Тирасполя, как мы переживали и волновались за Вас. Ведь то, что говорили и делали Вы в те дни, было созвучно настроениям и желаниям миллионов простых людей России. Но одновременно все это было вызовом тем, кто сидел в Кремле...

И в это время от хорошо информированного источника поступили сведения о том, что мы являемся свидетелями хорошо поставленного спектакля, который преследует самые разные цели, в том числе - не допустить перехода 14 Армии под юрисдикцию Приднестровья, поскольку это может грозить непредсказуемыми последствиями для всей российской армии. Именно поэтому Вам было разрешено говорить и делать все, что вы сочтете необходимым.

Не хотелось в это верить, но через непродолжительное время Президент России поощряет Вас присвоением звания генерал-лейтенанта. А ведь Ваши высказывания и действия вроде бы самым непосредственным образом были направлены против него и, по логике, он должен был бы, наоборот, снять Вас с должности и срочно уволить из армии, как это было сделано с тысячами офицеров и генералов в ходе после августовской чистки Вооруженных Сил. И не только в Вооруженных Силах... Вспомним недавнюю историю с бывшим председателем Госкомпечати Б.МИРОНОВЫМ, который позволил себе высказать публично несколько мыслей в Вашем стиле, - немедленно был изгнан из коридоров власти. С Вами этого не произошло. Наоборот, у Вас появилась возможность для новых таких подвигов.

Несмотря на появившиеся сомнения, в тот период Вы пользовались стопроцентной поддержкой оппозиции, и, я знаю, некоторые ее руководители готовы были уступить Вам лидерство.
Через некоторое время в октябре 1992г. от хорошо информированного источника в Министерстве обороны РФ поступила информация, что руководство России крайне недовольно ситуацией в Приднестровье и поэтому в ближайшее время в ПМР начнется акция по замене его “красного” руководства на людей более лояльных и управляемых. Эта задача якобы возложена на структуры Министерства безопасности РФ в Приднестровье, командование 14 Армии и лично на командующего генерал-лейтенанта А.ЛЕБЕДЯ. Не хотелось этому верить, тем более из Приднестровья сообщали о прекрасных отношениях, включая личные, между руководством ПМР и Вами, Александр Иванович. Но, к сожалению и эта информация подтвердилась.

В ноябре 1992г. в московской “Литературной газете” появляется статья И.ГАМАЮНОВА, в которой впервые выдвигаются обвинения в коррупции в адрес руководства ПМР.
Затем последовал скандал вокруг “попытки военного переворота”... Председатель Верховного Совета ПМР Г.МАРАКУЦА заявил, что ему было предложено участвовать в государственном перевороте с целью свержения Президента ПМР И.СМИРНОВА и что инициатива совершения переворота исходила от Вас. Это же подтвердили министр безопасности ПМР В.ШЕВЦОВ и зам. министра внутренних дел Приднестровья Г.МАТВЕЕВ, которым как руководителям силовых министерств были также сделаны подобные предложения. В ответ на это началась кампания по компрометации руководства ПМР, не в последнюю очередь В.ШЕВЦОВА и Н.МАТВЕЕВА.

Вы, Александр Иванович, вместе со своим непосредственным подчиненным военным комендантом Тирасполя полковником М.БЕРГМАНОМ проводите пресс-конференцию, на которой в качестве сенсации преподносится факт, что министр безопасности ПМР В.ШЕВЦОВ и зам. министра внутренних дел Н.МАТВЕЕВ выдают себя ни за тех, кто они есть. На самом деле их фамилии В.АНТЮФЕЕВ и Н.ГОНЧАРЕНКО, и, хотя их считают борцами за Советскую власть в Прибалтике, в действительности же эти люди бежали из Риги после совершения уголовных преступлений и разыскиваются властями Латвийской Республики. Таких, мол, прячущихся в Приднестровье под чужими фамилиями, около пятидесяти человек. Потом не раз и не два Вы повторите:” Жулики всегда сбегаются туда, где у них меньше всего шансов быть пойманными...”

Политика - дело грязное, эта истина общеизвестна. Но при этом я убежден, что понятие офицерской чести действительно свято, и, если офицер позволяет себе в политических целях выступить в роли стукача, тем самым он лишается права говорить высокие слова: “Честь имею!” Тем более, если при этом он сдает таких же как он офицеров, которые в отличии от него ни на словах, а на деле хранят верность присяге.

Дело в том, что В.ШЕВЦОВ (В. Антюфеев) и Н.МАТВЕЕВ (Н. Гончаренко) действительно в период 1988-1991 гг были активнейшими участниками событий, происходивших на территории Латвии. Во-многом именно благодаря деятельности этих двух офицеров вплоть до августа 1991г. более 80 процентов личного состава МВД Латвии отказывались присягать на верность независимой Латвийской Республике. Они имеют самое непосредственное отношению ко всему тому, что связано со гордой и трагической судьбой рижского и вильнюсского ОМОНов.

Полковник Н.С. ГОНЧАРЕНКО являлся заместителем начальника управления внутренних дел города Риги. Один из первых отказался присягать “независимой Латвии”. Активно участвовал в организации и проведении в мае 1990г в Риге знаменитого собрания сотрудников МВД республики, на котором были приняты (и самое главное, претворены в жизнь) решения о верности сотрудников МВД Латвии Конституции СССР. В январе 1991г. в ходе известного инцидента, когда рижские омоновцы заняли здание МВД Латвии и уже началась перестрелка, грозившая привести к многочисленным человеческим жертвам, он первый встал под пули, сумел остановить перестрелку и начать переговоры. За свою деятельность был уволен из рядов МВД Латвии, после длительной борьбы приказом Министра внутренних дел СССР восстановлен в кадрах и назначен координатором деятельности рижского и вильнюсского ОМОНов.

Подполковник В.Г. АНТЮФЕЕВ занимал должность заместителя начальника уголовного розыска г. Риги. Зарекомендовал себя высококлассным профессионалом. Награжден боевым орденом за личное участие в задержании особо опасных вооруженных преступников. Отказался присягать “независимой Латвии”. Активно участвовал в создании организации работников МВД Латвии, верных Конституции СССР.

Благодаря деятельности этих людей Рижский гарнизон милиции заявил в феврале 1991г. о своей верности Конституции СССР и об отказе подчиняться органам управления Латвийской Республики.
В августе 1991г. в то время, когда Вы, Александр Иванович, у стен “Белого дома” в основном занимались обдумыванием сюжета своей будущей книги “Спектакль назывался путчем”, полковник Н.ГОНЧАРЕНКО и подполковник В.АНТЮФЕЕВ в числе других решительно и высокопрофессионально, без шума и без человеческих жертв, практически без стрельбы обеспечили контроль над основными правительственными объектами, включая радио и телевидение. И при этом никто не выходил на демонстрации протеста и не ложился под гусеницы танков. Но поскольку в Москве действовали не полковник ГОНЧАРЕНКО с подполковником АНТЮФЕЕВЫМ, а маршал ШАПОШНИКОВ и генерал ГРАЧЕВ со своим однокашником, то здесь все происходило по-другому.

После 21 августа в Латвии началась настоящая охота на тех людей, которые выше личного благополучия поставили верность Конституции своей страны и воинской присяге. История о том, как Н.ГОНЧАРЕНКО и В.АНТЮФЕЕВ и десятки подобных им покидали территорию Латвии, достойна пера мастера детективного жанра. Но в результате они все-таки добрались до Москвы, где их ждал “приятный” сюрприз - они объявлялись во всесоюзный розыск и подлежали аресту на всей территории СССР с последующей выдачей Латвии. Именно по такой схеме и сложилась судьба рижского омоновца Сергея ПАРФЕНОВА, не сумевшего укрыться.

Оказавшись в Москве без денег, без жилья они обратились за помощью к тем народным депутатам СССР, которые их знали по Прибалтике, в том числе и ко мне. Я рад, что хоть чем то сумел помочь им. Некоторое время они жили у нас в депутатских номерах гостиницы “Москва”. А когда встал вопрос о необходимости выбираться из Москвы мы предложили им три варианта - Азербайджан, Абхазия и Приднестровье. Хотя в те дни судьба ПМР висела на волоске, они не колебались ни минуты, отправились в Приднестровье. И именно в те дни туда стали прибывать первые люди, прошедшие до этого испытание на верность присяге в Прибалтике и которых сегодня Вы, Александр Иванович, позволяете себе называть “жульем”.

Вспоминаю, когда Володя Антюфеев уезжал в Приднестровье (причем, как впоследствии выяснилось, я перепутал явки: дал ему бендерскую, а отправил в Тирасполь), я смотрел ему вслед и думал, что отправляю золотого парня из огня в полымя и, может быть, нам уже не придется свидится никогда... Но ничем другим помочь тогда ему я не мог.
Объявившись в Приднестровье людьми, которых практически никто не знал, они вместе с местными патриотами прошли с честью через все испытания, сумели зарекомендовать себя высококлассными профессионалами и в итоге по праву занять свои нынешние высокие посты. И в том, что ПМР сумела выстоять есть доля их мужества, труда и выдержки. Приднестровье приняло и укрыло рижских героев, им сменили фамилии, выдали новые документы. Но нашлись люди, которые выдали их...

Я далек от мысли, что все в Приднестровье прекрасно, а все люди, включая руководителей, являются ангелами. Очевидно в условиях всеобщего развала здесь, как и везде существует и коррупция, и воровство... Но в одном я уверен точно, что эти позорные явления не носят того масштаба, который Вы пытаетесь нарисовать.

Когда в феврале 1993г. группа Верховного Совета России в составе народных депутатов Российской Федерации В.ЛИНЬКОВОЙ и Л.ЯСЕНКОВА приехала в Тирасполь специально разобраться с обвинениями в адрес руководства ПМР, честно признаюсь, ехал я туда вместе с ними с замирающим сердцем, а вдруг Вы правы, неужели люди, которых я уважаю, действительно проворовались. Помните, Александр Иванович, нашу встречу у Вас в кабинете и тот откровенный разговор, который состоялся тогда. Мы попросили Вас предъявить доказательства обвинений и я помню то огромное облегчение, когда выяснилось, что из предъявленных Вами кипы бумаг ничего не следовало, вернее следовало что Ваши обвинения носят голословный характер, а мои товарищи были и остаются честными людьми. Признаюсь, я даже испытал миг торжества, когда Валентина Линькова, человек из лагеря “демократов”, весьма и весьма критически настроенная к “красным” руководителям ПМР сказала, что все Ваши обвинения в коррупции построены на песке.

А потом я попросил у Вас разрешения поговорить с Вами один на один, как офицер с офицером. Я поделился с Вами сведениями о том, какая информация в отношении Вас идет к нам из властных ельцинских структур, меня поразило, что Вы никак на это не прореагировали. И только, когда я сказал Вам, что члены ГКЧП, амнистированные ныне, называют Вас предателем, Вы взорвались и сказали: “Сами они предатели!” Я объяснил Вам, кто такие В.ШЕВЦОВ и Н.МАТВЕЕВ и Вы сказали, что не знали этого. И в заключение нашей встречи Вы пристально глядя мне в глаза сказали, подчеркнуто произнесли, что были, есть и всегда останетесь русским офицером, до конца верным присяге!

Но как понимать эту заключительную фразу нашего разговора теперь, когда в Ваших последних интервью опять повторяется та же ложь об “уголовном прошлом” В.ШЕВЦОВА и Н.МАТВЕЕВА, которую не используют в отношении их даже власти Латвии. Опять Вы обливаете грязью “двух генералов без рода и племени”. Ну, ладно, два года назад Вы могли не знать всей правды о них, но сегодня-то , Александр Иванович, Вы же знаете, где правда, а где нарочитая ложь. Александр Иванович, зачем Вы это делаете?!

Вы, конечно, вправе выступать против министра безопасности ПМР В.ШЕВЦОВА и советника Президента ПМР Н.МАТВЕЕВА, предъявлять им любые обвинения, разумеется обоснованные. Но если Вы считаете себя порядочным человеком, то Вы не должны бы раскрывать их настоящие фамилии и тем более распространять чудовищные фантазии об их прошлом.
                                                                              * * *
Помните фильм “Белорусский вокзал”? Там один из героев, роль которого исполняет А.Д.ПАПАНОВ произносит парадоксальную фразу, что в эти мирные дни он тоскует по войне... Потому что тогда на фронте все было намного яснее и проще - вот ОНИ, а вот МЫ. Что наше дело правое и победа будет за нами! Сегодня мы живем вроде бы в условиях мирного времени. Хотя какой может быть мир, когда за последние 3 года в кровавых междоусобных бойнях на территории нашей страны убиты десятки тысяч людей! Какой может быть мир, когда сегодня уже на территории России в Чечне идет война с немыслимыми жертвами!

Официально Российская Федерация живет в условиях мирного времени. И в то же время жестокая сила прокладывает в нашем обществе незримую линию фронта, которая как когда-то разделила людей на своих и врагов. Да-да, врагов... Еще ни так давно я избегал этого слова, заменяя его обтекаемым - “оппоненты”. Но реальная жизнь настойчиво расставляет все на свои места. Как можно считать “оппонентами” людей, которые уничтожили наше государства? Как можно считать “оппонентами” людей, уничтожающих нашу промышленность, армию, науку, культуру... Когда слышишь, как нынешние правители и их пособники бойко вещают об успехах курса реформ, о начале процесса возрождения Великой России, можно заметить, если вглядеться в глаза, у них беспросветный ужас, можно только догадываться, какие кошмары снятся им по ночам...

Существует несколько категорий таких обреченных лицедеев. Среди них особняком стоят те, кто сознательно работал на уничтожение и сегодня, осознавая неизбежность расплаты, озабочены только одним - как бы успеть нанести побольше ущерба нашей стране и нашему народу, чтобы мы действительно никогда не сумели подняться с колен.
Есть такие, кто оказался в лагере врага, исповедуя идеологию “Моя хата с краю” или просто продавшиеся за тридцать сребреников.
А есть и такие, кто пошел на сделку с собственной совестью, рассчитывая, что ничего страшного не произойдет, если чуть-чуть, ну самую малость, поступиться своими принципами. В итоге они все равно оказались целиком втянутыми в этот преступный круг.

Сегодня между НИМИ и НАМИ пролегла незримая линия, подобная линии фронта. И никакого перемирия между нами не будет, и никакие договора об общественном согласии ИМ не помогут. И вслед за героем актера ПАПАНОВА сегодня можно повторить: “Вот ОНИ и вот МЫ!” А наше дело правое и победа будет за нами!
Конечно, зачастую бывает трудно отнести конкретного человека к тому или иному лагерю. Лично для меня критерием является поведение человека в августе 1991г. и сентябре - октябре 1993 года. Особенно в дни, следовавшие за событиями, как говорят в авиации - “при разборе полетов”.

Приблизительно за месяц до октябрьских событий Вы, Александр Иванович, прислали А.РУЦКОМУ телеграмму с призывом держаться до конца: “...если надо - поддержим. Нам ходу до Москвы 24 часа.” И поэтому, когда 21 сентября 1993 года Б.ЕЛЬЦИН указом 1400 отменил действие Конституции Российской Федерации и разогнал Съезд народных депутатов РФ, А.РУЦКОЙ обратился к Вам за поддержкой и даже предложил пост министра обороны. В ответ на это Вы заявили о своем нейтралитете. Ну, что ж, нейтралитет, так нейтралитет! Хотя объявлять о своем нейтралитетете, в часы когда решается судьба всей страны, по меньшей мере странно... Но дальнейший ход событий показал, о каком “ нейтралитете” шла речь.

В одном из своих интервью газете “Известия” (январь 1994г) Вы так оцениваете ситуацию:”...люди должны знать, что верхушка ПМР политически скомпрометирована участием в октябрьских событиях в Москве. По распоряжению президента СМИРНОВА в Белом доме в те дни находилось, по разным данным, от 70 до 110 человек из Приднестровья. И как следствие - 14 октября мне позвонил министр обороны ГРАЧЕВ и уполномочил довести до сведения этого “преступного правительства”, что все связи с ним будут прекращены.”
Занимая позицию “нейтралитета”, Вы сразу же после трагических событий в Москве, когда снарядами из танковых орудий были расстреляны люди, защищавшие Конституцию, выступили по Тираспольскому кабельному телевидению и потребовали созыва чрезвычайной сессии Верховного Совета ПМР. Но не для того, чтобы осудить только что совершенный государственный переворот и убийство десятков мирных людей... Вам потребовалась трибуна, чтобы на весь мир заявить об участии “преступников” из Приднестровья в этих событиях и в очередной раз потребовать отставки руководства Приднестровья теперь уже за “отправку боевиков-убийц в Москву”.

Оставаясь на позициях “нейтралитета”, 5 октября Вы прибыли к Председателю Верховного Совета ПМР Г.МАРАКУЦЕ с требованием: “Вы должны принести извинения России за вмешательство в ее внутренние дела!”
Чтобы подтвердить свой твердый “нейтралитет” ,13 октября в штабе 14 Армии Вы созвали пресс-конференцию, на которой представили “убедительные доказательства отправки в Москву не только боевиков из батальона “Днестр”, но и посылки туда оружия”, о чем якобы свидетельствовали предъявленные Вами документы.

И чтобы окончательно закрепить свой “нейтралитет”,14 октября на созванной по Вашему требованию чрезвычайной сессии Верховного Совета ПМР Вы попытались добиться отставки силовых министров Приднестровья, вылив на них огромное количество грязи:” за причастность к событиям в Москве”, а когда это не удалось, то Вы в знак протеста сложили с себя полномочия депутата Верховного Совета ПМР.
Почему же сегодня в своих многочисленных интервью Вы, Александр Иванович, скромно умалчиваете об этих примечательных фактах, связанных с “нейтралитетом” в октябре 1993 года?

Зачем Вам нужно было раздувать вопрос по поводу участия приднестровцев в защите Белого дома?    На мой взгляд, все объясняется очень просто. Приднестровье является бельмом на глазу как у Молдовы, так и у части нынешнего руководства России. Судьба этого региона была решена уже несколько лет назад, когда Б.ЕЛЬЦИН согласился с концепцией территориальной целостности государств СНГ, в обмен на туманные обещания Запада предоставить России экономическую помощь.

Но для реализации этой концепции, в частности на берегах Днестра, необходимо в кратчайшие сроки вывести 14 Армию и добиться “умиротворения” Приднестровья в составе единой и неделимой Молдовы. При нынешнем руководстве ПМР это вряд ли будет возможно, поскольку оно принадлежит, по мнению некоторых высокопоставленных политиков в Москве к “партии войны” и на какие-либо серьезные уступки Кишиневу не пойдет и тем более не допустит вывода 14 Армии, а вернее, всего того военного имущества, которое сегодня хранится на складах Армии. Это имущество по оценкам специалистов оценивается в кругленькую сумму - в 4 миллиарда долларов.

Кроме того, общественное мнение России сегодня на стороне Приднестровья, а потому Б.ЕЛЬЦИН и его окружение в условиях резкого падения своего рейтинга вынуждено это учитывать. Прямая сдача Приднестровья в нынешних условиях вряд ли возможна. Но существует вариант замены в Тирасполе “партии войны” на такую “партию”, которая, получив властные рычаги, согласится с вхождением Приднестровья в состав единой и неделимой Молдовы в обмен на чисто косметический особый статус Приднестровья. И самое главное - эти люди не будут препятствовать выводу 14 Армии.

Поскольку провалился план отстранения нынешнего руководства Приднестровья через широкомасштабную кампанию обвинений в коррупции и воровстве, то некоторыми политиками в Москве было принято решение попытаться спровоцировать социальный взрыв населения республики, т.е.путем экономической блокады со стороны России содействовать углублению экономического кризиса в ПМР и росту недовольства. Но необходим формальный предлог, чтобы осуществить такую блокаду. Такой предлог - участие “боевиков” из Приднестровья в октябрьских событиях в Москве. Причем по этому сценарию все “разоблачения” должны идти из Тирасполя, а Москва якобы лишь будет вынуждена адекватно реагировать, наказывая строптивых приднестровцев за участие в “красно-коричневом бунте”

И вот уже генерал ЛЕБЕДЬ проводит широкие пресс-конференции, на которых рассказывает о “кровавых деяниях” боевиков из батальона “Днестр”” в Москве и о преступниках из руководства ПМР, которые их якобы туда отправляли сотнями , он же призывает к введению в ПМР в качестве денежной единицы молдавского лея, попутно начинает поддерживать тех, кто пытается ввести на территории ПМР латиницу для молдавского языка, который всегда функционировал на основе кириллицы...

При этом, Александр Иванович, Вы не упускаете из виду громкий аккомпанемент дежурных фраз типа:” Служу Отечеству, а не царям, президентам и их фаворитам... Настало такое время - занять определенную позицию... Пора прекратить болтаться в болоте малопонятной, маловразумительной политики... Что же касается державы, которую я имею честь здесь представлять, могу добавить еще то, что хватит ходить по миру с сумой. Как козлы за морковкой. Хватит. Пора за дело браться, державность блюсти.” И т.д. и т.п.

Сегодня, очевидно, глупо отрицать участие представителей Приднестровья в трагических событиях сентября - октября 1993 года. Лица их запечатлены на многочисленных видеоматериалах, снятых в те дни в Белом доме и около него, существуют показания свидетелей. С другой стороны, когда Вы утверждаете, что в Белом доме находились сотни “боевиков-убийц” из Приднестровья, что из Тирасполя в Москву были отправлены сотни стволов оружия, ничего кроме сочувствующей Вам улыбки это вызвать не может. Александр Иванович, Вы ведь все-таки военный человек, да еще в звании генерал-лейтенанта! Неужели Вы считаете возможным, чтобы в период 3-6 октября сотни людей, да еще с приднестровскими документами, могли прорваться через многочисленные кордоны вокруг Белого дома, да и вокруг Москвы, и бесследно исчезнуть. А куда могли исчезнуть эти пресловутые “сотни стволов оружия”, которые к тому же надо было вначале привезти в Москву, отгороженную от Приднестровья двумя границами...

25 сентября 1993г. в районе метро “Краснопресненская” с внешней стороны цепи войск МВД и ОМОНа вокруг “Белого дома” я организовывал проход москвичей на митинг к площади Свободной России. Удалось договорится с офицерами милиции, что оцепление не будет препятствовать проходу людей на митинг, но этот проход должен быть организованным. Поэтому люди выстраивались в колонны по 200-300 человек, цепь милиции расступалась, освобождая небольшой проход, и колонна за колонной проходила на митинг. И вот, когда я выстраивал очередную колонну, за спиной вдруг раздался негромкий голос: “Товарищ полковник! Мы прибыли!” Я обернулся и увидел бесконечно дорогие мне лица парней, знакомых еще по Рижскому ОМОНу. Их было всего несколько человек. Мы обнялись, расцеловались, я поставил их вовнутрь колонну и они прошли через цепь МВД.

Через пару часов в фойе 20 подъезда Дома Советов я увидел их в гардеробе. Они там переодевались в свою форму гвардейцев Приднестровья, чем вызвали ажиотаж у журналистской братии, которая бросилась снимать их и пыталась разговорить. Там же, в вестибюле я рассказал им о складывающейся ситуации и проинструктировал. Конечно можно было бы и не рассказывать им о том, как себя вести, они прекрасно знали это и сами, но после авантюры с так называемым “штурмом штаба СНГ” я считал необходимым еще раз предупредить их о том, что они прибыли защищать Конституцию и Закон и поэтому, как профессионалы, должны понимать, что они подчиняются только руководству Верховного Совета и не должны позволить втянуть себя в сомнительные акции. Тем более, что охотников до этого вокруг бродило много.

Вспоминая сегодня этих ребят, я думаю, что залог неминуемого возрождения нашей страны заключается именно в том, есть еще вот такие парни, которые несмотря ни на что, остаются верны своей присяге. Они прошли испытание огнем в Прибалтике и Приднестровье, Южной Осетии и Абхазии. Их уже много раз предавали, им делали очень выгодные в материальном смысле предложения, а учитывая их квалификацию, они давно могли бы жить сытой и спокойной жизнью, служа в какой-нибудь охранной коммерческой структуре... И несмотря ни на что они не оставляют свой очень опасный и трудный путь.

Когда в 3 часа ночи 27 сентября должен был начаться первый штурм Белого дома, когда на всех частотах войск МВД установился режим радиомолчания, а разведка доложила, что с окраин Москвы к центру пошла бронетехника, именно тогда по решению руководства Верховного Совета эти несколько человек из бывшего рижского ОМОНа, прибывшие из Приднестровья добровольно (Александр Иванович, обращаю Ваше внимание - добровольно!), впервые получили оружие в управлении охраны Дома Советов. И поэтому, оставьте наконец, Александр Иванович, весь Ваши выдумки по поводу сотен стволов оружия в “Белом доме”, полученных якобы из Приднестровья.

Из впечатлений той ночи, мне навсегда врезалась в память то удивительное спокойствие и сосредоточенная решимость, которая была на лицах этих парней. В крайне нервной атмосфере, царившей в те минуты в “Белом доме” эти несколько человек, сидевшие прямо на полу в фойе 3 этажа и спокойно снаряжавшие патронами рожки автоматов, оказывали какое-то успокаивающее воздействие. И помнится, как со всего Белого дома шли люди посмотреть на этих парней и как слышался уважительный шепот: “Рижский ОМОН...” А они в своей ладной форме, сидя на полу и откинувшись к стене, казалось дремали, закрыв глаза. Потом раздалась команда и они, как разжавшаяся пружина, мгновенно оказались на ногах... И ушли в ночь...

Я все пытаюсь понять, что могло твориться у Вас в душе, Александр Иванович, когда в Тирасполе Вы демонстрировали по телевидению кадры видео хроники, специально доставленные по Вашей просьбе из Москвы, на которых мелькали их лица, и обводя кружочками, называли их фамилия и давали соответствующий комментарий. Неужели Вы не понимали тогда, что совершаете деяние весьма далекое от понятия офицерской чести? Тем более, что ведь никто не заставлял Вас пойти на это, и это был Ваш добровольный выбор.
                                                                        * * *
И последнее, что я хотел бы Вам сказать. Во все времена и у всех народов предательство всегда относилось к самым черным делам. Когда живые люди оказываются преданными, они хоть как то могут постоять за себя. Сложнее с мертвыми... Неужели Вы не понимаете, что Ваша позиция по отношению к октябрьским событиям 1993г.в Москве является еще более страшным грехом, поскольку Вы предали мертвых. Тех людей “в стоптанных ботинках”, которые пали, защищая Россию и ее Конституцию, а отнюдь не РУЦКОГО с ХАСБУЛАТОВЫМ, и даже не депутатов Верховного Совета России, которые всего лишь за два года до этого в декабре 1991 года устроили овацию в свою честь, когда подавляющим большинством голосов проголосовали за ратификацию Беловежских соглашений. Защитники “Белого дома” пали за правое дело. И никогда не будет равенства между ними и погибшими с той стороны, как бы кто-то ни хотел посмертно примирить их. Есть люди защищавшие Конституцию и люди, ее поправшие! Придет время и поименно назовут всех. И героев, и негодяев, и палачей, и их жертв...

Я очень надеюсь, что Вы ответите в печати на это открытое письмо и попытаетесь объяснить поступки и факты, которые я привел.

Честь имею.

Виктор АЛКСНИС, полковник, народный депутат СССР. 

P.S. Ответа на это открытое письмо я не получил. В августе 1995 г. в интервью газете “Завтра” на вопрос главного редактора газеты А.Проханова, почему  он не ответил на открытое письмо В.Алксниса, А.И.Лебедь заявил, что он считает - это письмо писал не Виктор Имантович и поэтому он не стал на него отвечать.