Даже самые хорошие ведут себя двусмысленно. После них чувствуешь себя неудобно.

История про анархизм и сопротивление. Анархия побеждает все остальное.

И вот эта диковинная девушка подходит к Олегу, обнимает его за шею обеими руками, крепко целует в губы и говорит: «Защитите нас, родимые, уж постарайтесь, пожалуйста». После это вручает Олегу бутылку Хеннесси, садится в лимузин и уезжает. После того, как все отошли от шока, а особенно после того, как распили коньяк, боевой настрой увеличился на порядок. А Олег так и вообще – был готов кидаться на амбразуру, как Александр Матросов.

От таких текстов тошнит, согласитесь. Когда юнит свободы взбирается на эшафот, откуда управляет построением, а когда подъезжает девушка на автомобиле, оказывается захваченным ее обаянием по самый анархистский загривок.

Хочется видеть и хочется действовать. Как будто вы оказались там, при этой девушке в короткой шубке, и пытаетесь управлять построением баррикад. Отхватываете куски от заборов, тащите, просовываете.

Анархия не катит. Если даже руководящий юнит отвлекся на буржуазную сволочь. А что, собственно, произошло, как вы думаете?

К баррикаде подъезжает какой-то длинный и сверкающий лимузин. Не помню, что именно это было – иномарки тогда в Москве вообще были еще изрядной экзотикой – но производило оно впечатление чего-то совсем необыкновенного. У лимузина медленно открывается дверца переднего пассажирского сиденья и оттуда появляется не менее ослепительная, чем сам лимузин, девушка лет двадцати с небольшим. Безумной, как всем показалось, красоты и одетая во что-то совершенно гламурное (хотя ни слова, ни понятия такого тогда еще совершенно не существовало).

Здесь всплывают нелицеприятные эскизы. Будто увидел юнита высокого уровня, и он оказался небритым, грязным и косноязычным. А дело только в том, что высокого уровня не бывает. Все юниты, теребящие это понятие - отсталые дегенераты.

Ельцин поставил ногу на ступеньку, когда она уже поднялась. Поэтому десять лет мы наблюдали его растресканное хлебало. Вместо непосредственных обязанностей.

Вам так больше нравится? Вероятно, это и есть анархизм.