В данный момент в ЖЖ зарегистрировано 2 миллиона с копейками аккаунтов. Два миллиона ников. Два миллиона разных слов. Ну, пусть даже половина (наверное, меньше) - бессмысленные буквосочетания, всякие транслиты и прочее. Но остаётся ещё миллион - неплохой словарь. Можно книги начинать писать, я думаю.

Вот, сегодня в голове с утра крутится песня, я пару строчек оттуда олжеюзерел:

She@lj has@lj robes@lj and@lj She@lj has@lj monkeys@lj,
lazy@lj diamond@lj studded@lj flunkies@lj.

Завести журнал и писать только таким манером. Словарь постоянно расширяется.
В результате, помимо текста как такового имеем ещё и списки неких пользователей ЖЖ. Кроме того, слова в предложении могут вступать в разные отношения. Можно забавляться сравнением отношений слов в тексте и соответствующих журналов.

"... я не знаю, может ли музыка наскучить музыке, а мрамор устать от мрамора. Но литература - это искусство, которое может напророчить собственную немоту, выместить злобу на самой добродетели, возлюбить свою кончину и достойно проводить свои останки в последний путь."
(Борхес, "Суеверная этика читателя")

Хороший текст. В интернете не нашёл, посему выкладываю его в кусочках, если кому интересно.

Валерий Григорьевич рассматривает прохожих. При этом внимание он в основном обращает на обувь. При этом, герой напевает смутно знакомый мотив, кажется что-то из Пинк Флойд. Время от времени В.Г. улыбается каким-то своим мыслям. Мыслит же он:

о курсе доллара;
о недавно прочитанной книжке Фаулза;
о распределении Пуассона;
о том, где бы купить карандаши 2М;
о бестолковости младшего сына, учащегося 6 класса школы №1054.

Прохожие, не догадываясь об этом, продолжают, как, собственно, им положено, проходить.
Внезапно В.Г. перестаёт напевать и лицо его делается серёзным. Ход мыслей его резко меняется по причинам, пожелавшим остаться неизвестными. В течение некоторого времени он думает о том, что надо сменить:

постельное бельё;
стержень в любимой паркеровской ручке;
жену;
работу;
место жительства;
процессор в домашнем компьютере.

Наконец, В.Г., по всей видимости, решает действовать немедленно и решительным шагом направляется к близлежащей станции метро. Место, на котором он стоял оказывается сухим пятном на мокром асфальте.
Только тогда мы замечаем, что всё это время шёл дождь. Была осень.