и я
После 74-й капли по черепу подумал: а ведь какая пошлость была бы в слове “мастер”, примененном не к плотнику, а писателю, не впитайся это имя с молоком. Где “мастер” – там вскоре уже и “маэстро” (как переводил Мих.Кузмин орган по имени Meister*a в непристойном стихотворении Гете), а ниже «маэстро» уже ничего нет, банковские работники подтвердят вам это.
Шапочка, переделкино, клуб литераторов - как все это ужасно, и Булгаков, над этим смеясь, не мог от этого освободиться и писателя своего не имел свободы освободить - стащить шапочку и отправить в широкошумные дубровы.
А не было бы ужаса вовлеченности, так не было бы романа о Христе, не было бы самого Булгакова, темной славы темного романа, не было бы этой экранизации теперь, ничего бы не было. Был бы глянцевый материал “Профи и Рита”, про свободную счастливую любовь пиарщика и жены олигарха, с колонкой полезных советов, забытый не дойдя до красивых ушек. Хоть благодари советскую власть за давление, превращавшее карандашный графит в трубку с алмазами.