внезапная сдача
- Проводил свою Лену?
- Проводил.
- А у нее мордочка… - делает жесты вокруг своего лица, чуть не подмигивает мне.
Гляжу: салат не доела, отставила.
- Надо доесть! – ору ей в ухо.
- Нет, поешь теперь ты, а то не буду больше.
Съедаю для вида три кусочка, после детей и древних старух не брезгливо.
Она смотрит с наслаждением.
- Как ты ешь хорошо. (Человек в квартире, мужчина в доме, в кои-то веки, понятно)
- А остальное вот в холодильник кладу! Потом доешьте!
- Нет, не мы, а вы доедайте!
- А кто мы-то? – по-дурацки попадаюсь я. Это была ОО (очередная ошибка, как мы сокращаем в переписке с Авророй_бореалис). Старушка мыслит уже давно множественностями, а не единицами, как обитатели Орбиса_Терциуса у Борхеса текучими глаголами, а не заызвестковавшимися существительными.
- Вы все, а мы не будем, – она лукаво смотрит, виднеясь из-за стола одной сально-седой, встрепещенной головой (не мылась год, небось).
Я проваливаюсь в ОО еще глубже, и объясняю: я говорю ей «вы», а она мне «ты». Этой дискриминации она не может взять в толк и требует, чтобы я тоже ей «тыкал».
- Ты мне как брат или сестра, - говорит. У нас разница в 44 года. Ну, чисто теоретически возможно.
- А как мне Вас звать тогда?
Она неожиданно легко и скоро отвечает, будто ответ заготовлен у нее заранее:
- Шурочка.
И в этой скорости ответа выражается весь ужас заржавленья старческого рассудка: когда сломавшийся автомат по продаже газированной воды вдруг выдает сдачу в одну копейку.