Но в этих случаях выходит так — если вы не гений, то скорей всего — фрик. Третьего не дано. Нет, конечно, можно рассуждать о некоем промежуточном типе, этаком середнячке. Но для него в нынешнем обществе ниши не предусмотрено. Это при глубоком совке можно было обезьянисто раскачиваться на самосплетенных макулатурно-книжных лианах и находиться «в статусе».

В данной ситуации — отсутствия нормальной общественной иерархии вообще (впрочем как и в совке, просто более очевидно) — мы можем вполне рассматривать фрика как социальный статус для специфической маргинальной категории.

Что же касается отечественной придворной обслуги, судьба их всегда была незавидной. Летом им мешала жара, комары и мухи, зимой — холод, ветер и снег. Весной — клещи, щебетанье птиц и грязь, осенью — серое небо, дожди и скользкие листья в парке. В горах им не хватало воздуха, а в глубинах морских им мешало давление водной толщи, при всплытии же — вспенивающейся кровью им изнутри разрывала легкие страшная декомпрессия. Но даже выбравшись на сушу, они неизбежно осознавали, что на каждого из них давит еще и персональный атмосферный столб.

В этом чертовом Интернете постоянно был кто-то неправ. В исторической литературе все было переврано, ибо герои прежних художественных произведений их более не вдохновляли. Они перестали ходить в церковь, чтобы не видеть, как приезжает батюшка на «Гелендевагене». Водка им часто попадалась то разбавленная, то отравленная. Не говоря уже о закуске.

На телефоне внезапно обнаружилось неизвестное приложение, записывавшее все разговоры в скрытом режиме. По утрам вебкамера ноутбука самопроизвольно включалась и фотографировала их голыми, немытыми и нечесаными.

Коронавирус, хоть и был специально придуман мировой закулисой, чтобы погубить их, сделал простой поход в магазин целым испытанием, о котором можно было бы даже сложить героическую сагу. Но им уже было лень. Все в этом мире было против них, абсолютно все.