Моё увлечение драматургией Чехова началось с "Трёх сестёр". Зимой 90-91 мне повезло попасть на потрясший меня тогда спектакль Погребничко (наводка нашего историка Д.П.). Погребничко прочел "Трёх сестёр" как абсурдистскую драму о бессмысленности и бесконечной повторяемости жизни: герои произносили слова, не потому, что хотели, но потому, что были должны. Отсюда и вставки из записи "Трёх сестёр" классического МХТ, и трижды повторенная сцена прощания Маши с Вершининым.

Потом театр сгорел, я уехал в Израиль, а любовь к пьесе осталась. До сих пор я стараюсь не пропускать постановки. Лет шесть-семь назад видел телезапись сравнительно недавней постановки МХАТа с Мягковым-Фёдором. Помнится, что впечатление спектакль произвел очень и очень серенькое... Видел вариант "Гешера" с Додиной-Машей на голову переигрывавшей НН-Вершинина, с симпатичной Ефрат Бен-Цур (Ирина) и со слишком прозрачной символикой декорации-дома, опускавшейся с невероятным грохотом в финале и практически заглушавшей последние реплики героинь. Видел я и фламандский вариант, поставленный Де Ку (Корова), в котором все роли за исключением самих сестер, Андрея, Наташи, Вершинина, Фёдора и барона играла одна актриса. Играла она хорошо, но мне было несколько жаль Чебутыкина и Соленого... Фламандцам также был присущ некий елемент сюра - Маша в пачке, Вершинин в одеянии буддийского монаха, сестры в шинелях. Зато неожиданно стало понятно, что они действительно не могли привыкнуть к отсутствию денщиков... В итоге спектакль получился очень и очень любопытным.