Разговаривать с тобой: жизнь не вечна, одиночество бесконечно, хихикай
Почаще бы этих ощущений, о которых ты так часто грезишь: когда что-то острое и металлическое, блестящее, внезапно оказывается возле твоих глаз, и ты неотвратимо представляешь, как лезвие вонзается в глазное яблоко, жидкость начинает вытекать, можно даже вспомнить неприятно пластмассовое название - стекловидное тело, и ты даже не чувствуешь боли - только бьющийся вопрос: а что же с тобой после этого будет? Ножи, ножницы, спицы, стекло, детали получаются очень яркими, сочными, отчетливыми, вот ты бежишь с трехлитовой банкой в вытянутой руке, и обязательно в голове возникает картинка: ты спотыкаешься, падаешь на землю, банка разбивается и длинные осколки вонзаются в твой гладкий, загорелый после первых летних недель живот; картинка возникает, и ты содрогаешься всем телом, еле удерживая эту банку в вытянутой руке.

Направлять на себя острое и на мгновение выворачиваться наизнанку от страха - острое касается тебя своим острым, тем, что я бы назвала душой вещи, ее ка, оно не имеет человеческих определений, это то, чему назначено разделять на куски и наносить раны. Момент разрушения почти сладок, в мыслях, естественно, кто не знает о боли, тот умирает, не зная, что жил, боли нельзя желать, это ненормально.

Есть в этом еще один кусок, еще одна внутренняя форма, совсем другая, никак не сравнимая с ощущением касания остроты, как время несравнимо с длиной - это осознание неизбежности случайности, экстрагированная уязвимость, случайно хлестнувший трос разрезает человека, и что чувствует тот, рядом с которым этот трос просвистел, не задев, в те несколько секунд, когда осознание настигает? как будто он погружается в ледяную, вымораживающую кровь и сердце воду, об этом нельзя думать, это на грани, на грани, на грани.

У многих из вас на мозгах есть прыщи.