Смертельный аккорд.
Звонит телефон.

Я знаю, кто это, и трубку не беру. Мне больше нравится смотреть на него, отключив звук и бессмысленно уставившись на подсвеченный разноцветный экранчик. Воочию представляю выражение ее лица: она наверняка выбежала с работы вниз, чтобы позвонить. Гул машин, проносящихся по центральной улице города, бьется об ее скомканные волосы; она слышит, как слегка искаженные помехами гудки тянутся и тянутся, никак не сменяясь той самой тишиной, которую ждешь, как избавления от мучительных пип-пип, долгожданная секунда безмолвия перед моим усталым «Алло».

Ее номер пульсирует на экране телефона; десять цифр, которые я знаю наизусть. Мне не нужна записная книжка, чтобы запомнить этот номер. Наверное, и на пороге смерти я буду его знать. Хотя, к чему мне рассуждать о пороге смерти? Он так далеко, и совсем нестрашно. Этот захлебывающийся рыданиями голос пугает меня намного больше.

Я не умею прощаться. И не хочу учиться жалеть.

Она оставила во мне частичку себя: этого вполне достаточно, чтобы больше никогда не помнить запах ее духов, привычки, любовь и каждую каплю крови, неосмотрительно проданные мне за участливый взгляд и несколько совместных стаканов мартини. Останется, наверное, только этот номер.

И эти несколько абзацев, пожалуй, лучшее, что я могу ей дать. Только она об этом, боюсь, никогда не узнает.