|
|
Пишет dm_krylov (![[info]](http://lj.rossia.org/img/userinfo.gif){kind=small} dm_krylov)@ 2005-08-09 00:06:00 |
 |
|
 |
|
|
|
|
|
|
 |
|
 |
читая ленту: о молодежи
Константин![[info]](http://lj.rossia.org/img/userinfo-lj.gif)
krylov@lj пишет много любопытного, к чему, возможно, следует добавить важный, на мой взгляд, тезис.
Современная либеральная демократия это, кроме всего прочего, кажущаяся власть молодых. Кажущаяся, прежде всего, им самим. Такая социальная конструкция имеет много смыслов: прежде всего это нейтрализация самых опасных конкурентов. Молодые люди способны на выход за пределы рационализма и позитивизма, а это опасно для власти, до сих пор листающей слюнявым пальцем томик Огюста Конта. Спокойнее, чтобы молодые думали, что мир и так принадлежит им. Во-вторых, это нарушение передачи опыта между поколениями. Важная часть этого опыта передается между поколениями именно в процессе длительной борьбы за власть между старшими и младшими. Если такой борьбы не происходит или если она заменена пустыми формами, то не формируются и властные натуры и их окружение, которые были бы очень опасны существующей власти.
Водораздел между либеральной демократией и традиционным обществом ( в современном его изводе) проходит не в плоскости свободного рынка-плановой экономики, не в способе производства как таковом (и влекущим за собой второй демографичесчкий переход постиндустриализме), а в простом и ясном праве.
Это право физического насилия старших над младшими. В простейшем случае это право отца дать сыну подзатыльник, а матери - отшлепать дочь по заднице. Это право, кстати, подразумевает гораздо больше ответственности, чем современная модель воспитания, которая фактически лишает родителей большей части влияния на детей.
Более сложный (и исторически более понятный) случай этого права - решимость вождей нации пустить танки на собравшихся на площади студентов, как это было на Тьянамен в 1989-ом, например. Или вообще применить насилие к толпе, которая как правило состоит из молодых людей. В этот момент Китай успешно прошел развилку, одно из ответвлений которой вело к скорой гибели, а другое, -то, которое выбрали китайские вожди,- обеспечило надолго процветание и сокрушительное преимущество перед конкурентами (которые все свернули на первую дорожку в силу влияния тех элит, которые у них есть).
В СССР аналогичной точкой были волнения в Вильнюсе в 90-ом (литовцы как дети - народ, не имевший государственности - Речь была именно славянским, преимущественно русским, государством, а не литовским, там правили русские и поляки). Выбрана была первая дорога и подтверждением тому стало свержение статуи медного Феликса на Лубянке менее чем годом позже.
В этом смысле приход в российскую политику молодых людей и особенно молодых женщин это знамение дальнейшей инфантилизации политики. Он нужен исключительно для создания иллюзии власти у молодых людей и никаких серьезных политических задач решать не призван. Происходит это именно сейчас, потому что власть осознала новую опасность: в России накопилась критическая масса молодых людей, которым нечего терять и которые это наконец поняли.
Константин
krylov@lj пишет много любопытного, к чему, возможно, следует добавить важный, на мой взгляд, тезис.Современная либеральная демократия это, кроме всего прочего, кажущаяся власть молодых. Кажущаяся, прежде всего, им самим. Такая социальная конструкция имеет много смыслов: прежде всего это нейтрализация самых опасных конкурентов. Молодые люди способны на выход за пределы рационализма и позитивизма, а это опасно для власти, до сих пор листающей слюнявым пальцем томик Огюста Конта. Спокойнее, чтобы молодые думали, что мир и так принадлежит им. Во-вторых, это нарушение передачи опыта между поколениями. Важная часть этого опыта передается между поколениями именно в процессе длительной борьбы за власть между старшими и младшими. Если такой борьбы не происходит или если она заменена пустыми формами, то не формируются и властные натуры и их окружение, которые были бы очень опасны существующей власти.
Водораздел между либеральной демократией и традиционным обществом ( в современном его изводе) проходит не в плоскости свободного рынка-плановой экономики, не в способе производства как таковом (и влекущим за собой второй демографичесчкий переход постиндустриализме), а в простом и ясном праве.
Это право физического насилия старших над младшими. В простейшем случае это право отца дать сыну подзатыльник, а матери - отшлепать дочь по заднице. Это право, кстати, подразумевает гораздо больше ответственности, чем современная модель воспитания, которая фактически лишает родителей большей части влияния на детей.
Более сложный (и исторически более понятный) случай этого права - решимость вождей нации пустить танки на собравшихся на площади студентов, как это было на Тьянамен в 1989-ом, например. Или вообще применить насилие к толпе, которая как правило состоит из молодых людей. В этот момент Китай успешно прошел развилку, одно из ответвлений которой вело к скорой гибели, а другое, -то, которое выбрали китайские вожди,- обеспечило надолго процветание и сокрушительное преимущество перед конкурентами (которые все свернули на первую дорожку в силу влияния тех элит, которые у них есть).
В СССР аналогичной точкой были волнения в Вильнюсе в 90-ом (литовцы как дети - народ, не имевший государственности - Речь была именно славянским, преимущественно русским, государством, а не литовским, там правили русские и поляки). Выбрана была первая дорога и подтверждением тому стало свержение статуи медного Феликса на Лубянке менее чем годом позже.
В этом смысле приход в российскую политику молодых людей и особенно молодых женщин это знамение дальнейшей инфантилизации политики. Он нужен исключительно для создания иллюзии власти у молодых людей и никаких серьезных политических задач решать не призван. Происходит это именно сейчас, потому что власть осознала новую опасность: в России накопилась критическая масса молодых людей, которым нечего терять и которые это наконец поняли.
