Дэвид Шуб. Политические деятели России
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
Евреи в русской революции

Известный американский журналист и писатель, Вильям Генри Чемберлин, проживший в Советской России 12 лет и прославившийся затем своими серьезными статьями и книгами о России, несколько лет тому назад как-то рассказал, что после появления его книги «Железный Век России» ("Russia's Iron Age"), он стал получать с разных концов Америки запросы о роли евреев в Русской Революции.
Один из этих корреспондентов писал Чемберлину: «Я хотел бы знать, что делают евреи в России? Они, конечно, правят страной, но пытаются ли они вывезти в другие страны то, что они накопили для себя, и как они, будучи сами религиозным народом, относятся к антирелигиозной политике советского правительства?». Это только один из тех многочисленных запросов, которые Чемберлин получил от американцев. Из этих запросов, также из бесед, которые Чемберлин имел с людьми разных слоев населения и в разных частях Америки, Чемберлин вынес такое впечатление: очень многие американцы еще в 40-ых годах были убеждены в том, что русская революция была совершена, главным образом, евреями и что евреи, с первого дня революции играли и играют доминирующую роль как в большевистской партии, так и в советском правительстве.
Легенда о том, что евреи подготовили и совершили революцию в России, пущена русскими черносотенцами и впоследствии, главным образом, русскими же антисемитами была распространена в других странах. С приходом Гитлера к власти в Германии эта выдумка неустанно повторялась в газетах, журналах и книгах на всех языках, которые немецкое министерство пропаганды в миллионах экземплярах распространяло по всему миру. Гитлер и Геббельс в своих речах и статьях постоянно говорили об «иудейском большевизме». Отождествляя постоянно евреев с большевиками, нацистские вожди тем самым вызывали у не-евреев представление, что еврей и большевик — синонимы. «Большевистская опасность», таким образом, в их глазах превращается в «еврейскую опасность».
Революция 1917 года была произведена русским народом. Польша и Литва, где проживало большинство еврейского населения России, еще задолго до революции были оккупированы германской армией.
Среди петроградских рабочих и солдат, поднявших восстание против царя, было очень мало евреев, а среди членов Временного Комитета Государственной Думы и руководителей армии и флота, способствовавших превращению бунта петроградских и московских рабочих и части солдат и матросов в национальную революцию, не было ни одного еврея.
Евреи, несомненно, внесли свою лепту в освободительное движение России. Как народ по преимуществу городской, почти поголовно грамотный и наиболее {371} бесправный, евреи естественно выдвинули из своих рядов значительно больший процент активных борцов против старого режима, чем остальные народы России, но они далеко не играли той роли в подготовке русской революции, которую им приписывают русские антисемиты и некоторые плохо осведомленные иностранцы.
Значительно преувеличена также роль евреев и в большевистской революции. Отцом большевизма был нееврей Владимир Ульянов-Ленин, и хотя сам Ленин себя считал чуть ли не самым правоверным учеником Карла Маркса, большинство русских теоретиков марксизма, с Г. В. Плехановым во главе, еще за многие годы до революции 1917 года указывали, что ленинский большевизм является смесью чисто-русского анархизма с французским якобинством, покрытой марксистским лаком.
Да и сам Карл Маркс, хотя и был внуком раввина, был очень далек от еврейства, и марксизм не имеет ничего общего с иудаизмом. Редакторами и виднейшими сотрудниками всех большевистских изданий за весь период со дня основания большевистской фракции в 1903 году и до 1908 года были: сам Ленин, А. А. Богданов-Малиновский, А. В. Луначарский, В. Базаров-Руднев, И. Скворцов-Степанов, П. Орловский-Воровский, М. Ольминский-Галерка-Александров, Г. Алексинский, проф. М. Покровский, проф. Н. Рожков, В. Десницкий-Строев, Вл. Бонч-Бруевич, Ст. Вольский-Соколов, П. Румянцев — все не-евреи.
Среди первых большевистских «практиков» были и евреи: М. Валах-Литвинов, И. Гольденберг-Мешковский, Р. Залкинд-Землячка, М. Мандельштам-Лядов, Драбкин-Гусев, Иосиф Дубровинский. Но ни один из них не вошел в первый Ц. К., избранный в мае 1905 г. на учредительном съезде большевистской партии (т. наз. III-ьем съезде РСДРП). Членами Ц. К. были В. Ленин, А. А. Богданов, С. Постоловский, Л. Б. Красин и Алексей Рыков.
А главными руководителями большевистской партии в России были Богданов, Красин, Рыков, В. Носков-Глебов и В. П. Ногин. Лишь впоследствии, в 1909-1910 годах, {372} когда большинство вышеупомянутых литераторов и руководителей партийной работы в России порвали с Лениным, в большевистской партии выдвинулись в первые ряды евреи: Зиновьев-Радомысльский, полу-еврей Ю. Каменев (Л. Б. Розенфельд), В. Таратута (Виктор) и некоторые другие евреи, до этого сидевшие в задних рядах партии.
Число евреев в большевистской партии всегда было незначительным. Огромное большинство социалистически настроенных еврейских рабочих и интеллигентов находились под влиянием меньшевиков и Бунда, который с начала 1906 года идейно был связан с меньшевизмом. До октябрьской революции Ленин среди евреев, как и среди грузин, имел очень мало сторонников.
Из 24 членов Ц. К. большевистской партии, избранных на съезде в августе 1917 года и потом подготовивших октябрьский переворот, было 7 евреев (Троцкий, Зиновьев, Каменев, Свердлов, Урицкий, Иоффе и Сокольников). Эти семь евреев, как и не-евреи Сталин, Дзержинский, Подвойский, Антонов-Овсеенко, Крыленко, Бухарин, Раскольников, Дыбенко, Смилга, Смидович, Рыков, Пятаков, Луначарский, Томский, Коллонтай, Преображенский, Стучка, Крестинский, Калинин, Меньжинский, Красин и Раковский, действительно, играли выдающуюся роль в большевистской революции. Троцкий действительно, был главным организатором большевистского восстания в Петербурге в октябре 1917 г. но за ним стоял Ленин. Без Ленина большевики не могли бы захватить власть, а потом удержать ее.
Троцкий, как и остальные видные большевики еврейского происхождения, никогда не были связаны с еврейскими массами и никогда не примыкали к какой-либо еврейской организации. Они всегда были ярыми противниками еврейского национального и культурного движения, и каждый из них постоянно подчеркивал, что он не еврей, а «интернационалист». Точно так же Ярославский, Литвинов, Радек, Ганецкий, Рязанов, Стеклов, Ягода и некоторые другие евреи, игравшие видную роль {373} в большевистской партии или в советском правительстве в первые годы большевистской революции или позже, всегда считали себя русскими или же «интернационалистами» и с еврейским народом не имели ничего общего, кроме своего происхождения.
Еврейский народ в массе своей глубоко сочувствовал освободительному движению в России, но на выборах во все четыре Думы отдавал свои голоса кандидатам конституционно-демократической партии. Даже революционно-социалистические элементы русского еврейства отдавали предпочтение меньшевизму перед большевизмом. Лишь летом 1917 года большевикам, благодаря их энергичной пропаганде за немедленный мир с Германией, удалось завоевать значительное число сторонников и среди евреев, как и среди остальных национальностей России. Однако, процент евреев в коммунистической партии в 1917-1918 годах был крайне незначителен. Число евреев, игравших видную роль в антибольшевистских партиях, был гораздо больше числа еврейских «интернационалистов», активных деятелей большевистской партии.
Лишь после того, как большевики подавили все социалистические и либеральные партии и особенно после того, как на территориях, которые были заняты «белыми», произошли ужаснейшие погромы против евреев, значительные кадры еврейской молодежи потянулись в коммунистическую партию.
Окончательная победа большевиков над всеми их противниками справа и слева и революционные события в Германии, Австрии и Венгрии у многих социалистов, как в России, так и во всем мире, вызвали иллюзию, что вся Европа находится на пороге социальной революции и что большевистская идея всюду торжествует. Вследствие этого и многие еврейские социалисты России, которые раньше были ярыми противниками большевизма, в 1919-1920 годах перешли к большевикам.
Но лишь отдельные лица из этих новых коммунистов занимали потом более или менее видное положение в коммунистической партии, {374} и никто из них не имел влияния на политику советской власти. Даже такие бывш. столпы меньшевизма, как Мартынов-Пикер, А. Ерманский-Коган, Семковский-Бронштейн или бывшие вожди Бунда, М. Рафес, Р. Вайнштейн, Эстер Фрумкина и Лону-Гожанский, никакой самостоятельной роли не играли ни в ВКП, ни в советском правительстве. Они все стали либо чиновниками советского аппарата, либо оставались на положении «сведущих людей» Коминтерна, Пролеткульта и Агитпропа. Ни в Ц. К. партии, ни в Центральную Контрольную Комиссию партии, ни в Совет Народных Комиссаров, ни в Исполком Коминтерна ни одного из вышеупомянутых бывших лидеров меньшевиков и Бунда не пустили.
В ВКП процент евреев всегда был незначительным. Среди огромной массы еврейского населения России евреи-коммунисты представляли собой ничтожное меньшинство.
Однако, в сов. аппарате число служащих-евреев с самого начала октябрьской революции было велико. Причиной этого было то исключительное положение, в которое русское еврейство было поставлено после большевистского переворота.
До октябрьской революции целых 42 % еврейского населения России занимались торговлей. В сельском хозяйстве было занято всего лишь несколько десятков тысяч евреев, так как евреям было запрещено селиться в деревнях. Все еврейское население России проживало в городах и местечках.
Большевистская власть своими экспроприациями и национализациями лишила всех средств к существованию не только еврейских (как и нееврейских) промышленников и торговцев, но также большинство самостоятельных еврейских ремесленников и лиц свободных профессий. Чтобы не умереть с голоду, они вынуждены были пойти на службу к правительству, часто не брезгуя никакой работой. Советское правительство, со своей стороны, охотно принимало на службу евреев, потому что после большевистского переворота огромное большинство собственников и управляющих фабриками, торговыми и {375} промышленными предприятиями, как и большинство старых чиновников правительственного аппарата, либо сбежали, либо были устранены советским правительством, как «контрреволюционный элемент».
Большая часть русской интеллигенции в первое время после переворота бойкотировала советскую власть.
Сами большевики и русский пролетариат, именем которого они правили страной, не имели никакого опыта ни в управлении государством, ни в деле руководства торговлею и промышленностью. Поэтому советское правительство охотно назначало на различные государственные и хозяйственные должности бывших купцов, промышленников, ремесленников и лиц свободных профессий из евреев.
Процент грамотных евреев в любом местечке был значительно выше процента грамотных великороссов, украинцев или белорусов. Поэтому было вполне естественно, что в первые годы большевистской революции советское чиновничество в значительной степени состояло из евреев, особенно в городах и местечках бывшей «черты оседлости». Лишь незначительная часть образованного и культурного еврейства в первые годы сочувствовала большевизму, но когда большевики окончательно вышли победителями из гражданской войны, евреи вследствие своего исключительного экономического положения вынуждены были раньше других национальностей примениться к вновь создавшимся условиям.
Тот факт, что антибольшевистские армии почти всюду устраивали анти-еврейские погромы, в то время как советское правительство не только не преследовало евреев, но железной рукой подавляло всякое открытое проявление антисемитизма, заставило многих евреев, даже таких, которые никогда не были причастны к революционному движению и никогда не были рабочими, верой и правдой служить советской власти. Еврейские же погромы, устроенные антибольшевистскими армиями на юге России и в Белоруссии, явились главной причиной того, что многие молодые евреи в годы гражданской войны были втянуты в Красную армию и в аппарат Чека.
{376} В конце 20-х и начале 30-х годов почти все евреи, игравшие значительную роль в большевистской партии до революции и в первые годы после революции, были устранены.
В Политбюро был еще один еврей — Лазарь Каганович, но он всегда был лишь смиренным слугой Сталина, а потом и он был исключен. В советском правительстве, как и в Ц.К. КПСС уже давно нет ни одного еврея. В высшей коллегии бывшего ГПУ, переименованного в НКВД, в настоящее время нет ни одного еврея. В Верховном Совете до войны было лишь 2-3 еврея. В целом ряде советских министерств в настоящее время нет евреев. Лишь в министерствах торговли, промышленности и продовольствия они до сих пор значительно представлены. Немало евреев есть также в министерстве народного просвещения.
В общем, евреям в Советском Союзе живется не лучше если не хуже, чем всем остальным народностям России. В Советской России нет ограничительных законов против евреев. Еврей обладает теми же гражданскими правами, как и всякий не-еврей, но язык пророков запрещен в России, и национальная еврейская культура не имеет никакой возможности развиваться.
Покойный П. Н. Милюков как то в 1921 году заметил, что евреи — наиболее государственно-мыслящий народ в России. Он мог бы еще прибавить — и наиболее СВОБОДОЛЮБИВЫЙ народ.
Евреи всегда чувствовали себя обойденными судьбою и потому всегда жаждали более совершенного мира. Идеи свободы, человечности и социальной справедливости всегда были близки сердцу народа, давшего миру пророков. Евреи глубоко сочувствовали освободительному движению в России, помогали ему и многие из них деятельно участвовали во всех демократических и социалистических партиях России, потому что эти партии боролись за восстановление в России режима равенства, свободы, права, политической и социальной демократии.
1944 г.
(С)