сегодня я культуролог
 У нас сегодня вечер Высоцкого. Странное чувство - когда-то я подпеваю, иногда просто тащусь. Но жуткое сопротивление.

Как и у всякого человека, у меня в поэтическо-литературно-культурном отношении сменилось несколько любовей. Кажется, началось все с Лермонтова. Был Есенин, Достоевский. Когда-то - Высоцкий. Но странное дело. Мессала говорит, что все, что он любил - до сих пор у него вызывает уважение и желание перечитать/переслушать. А вот я не могу. Не могу взять Есенина в руки.
Собрание Достоевского, которое я знала наизусть от и до, я убрала в коробку и засунула на антресоли. Пластинки Высоцкого выкинула (здесь немного другая причина - слушать пластинки не на чем). Но типа - этап жизни закончен, все нафиг.

Неожиданно родилось сравнение с тем, как барышни говорят про ушедшую любовь. Он был козел, сплошные недостатки, вспоминать не хочется. У меня своеобразная конверсия: спросите меня про любую мою любовь с класса шестого - я скажу: чудный мальчик. Если жизнь так сложилась, что с этой моей прежней любовью я до сих пор общаюсь, то она - один из моих лучших друзей. Не приличия ради, а совершенно искренне я считаю, что все, кого я любила - лучшие люди на свете. А культурно наоборот. Компенсация-сублимация. Не могу. Видеть, слышать, читать. Ужасно, деструктивно, просто раздражает.

Как филолог, я здраво оцениваю литературные достоинства Есенина или Достоевского. А вот чувства - как у брошенной любовницы. Или это такое специфически филологическое извращение - с авторами, как с людьми, а с людьми - как с авторами? 
UPD: я немножко на себя наговорила. Есть авторы, которым храню верность многие годы. Мандельштам, например, моя любовь с первого взгляда, уже лет 20 остается любимым.