К сожалению, чтобы оценить "степень дури составителя" нужно знать наизусть все эти стихотворения... а значит, нужно иметь дурь не меньшую. Не все в наше время могут этим похвастаться... :-)

А "Натюрморт" Вы поставили первым из Бродского специально, нет?

Порядок более-менее произволен. Потому что он мне первым пришел в голову.

А! просто --- совпадение с тем, что я знаю и люблю. :-)

Кстати... сорри, если свожу разговор "не на то" --- когда-то я упоминал в Вашем журнале поэта Еременко (вот эту подборку (http://modernpoetry.by.ru/proekt/eremenko.htm))... и Вы тогда согласились, что "хорошо и хорошо весьма".

Сорри еще раз... просто это ИМХО почти единственный такой поэт... писал в 80-е, был безумно известным в различных кругах, но абсолютно забыт уже к концу 90-х. Хотя кто-то сейчас диссертации по нему защищает, однако...

Еременко мне нравится. Но не настолько, чтобы что-то запомнилось наизусть, или чтобы хотелось перечитывать много-много раз... В отличие от того, что в списке.

Угу...

Это я просто ощущаю забвение Еременко как мировую несправедливость. :-) "То, чего быть не должно".
Так что даже если его просто кто-то знает, мне становится легче. :-)

В мемориз - для последующего изучения и восполнения пробелов!

Личный вкус - совершенно не факт, что Вам тоже понравится именно это.

Процентов 90% из указанного я знаю, и оно вполне в моем вкусе :)

Здорово. Много совпадений.

У меня выпали Маяковский с Багрицким (не мое), не хватает Киплинга, Китса, Суинберна, Павла Васильева

Сначала написал, потом увидел, что имеются в виду стихи на русском -- англичан исключаем, оставляем Павла Васильева

Этически и политически - и не мое тоже, но куда деваться... От этих слов действительно срываются гроба шагать четверками своих дубовых ножек.

Васильева плохол знаю, к сожалению. Возможно, нужно перечитать.

Если говорить об английском, не хватает Киплинга, Китса, и, разумеется, Шекспира. Суинберна не читал.

THE GARDEN OF PROSERPINE

Here, where the world is quiet;
Here, where all trouble seems
Dead winds' and spent waves' riot
In doubtful dreams of dreams;
I watch the green field growing
For reaping folk and sowing,
For harvest-time and mowing,
A sleepy world of streams.
I am tired of tears and laughter,
And men that laugh and weep;

Of what may come hereafter
For men that sow to reap:
I am weary of days and hours,
Blown buds of barren flowers,
Desires and dreams and powers
And everything but sleep.

Here life has death for neighbour,
And far from eye or ear
Wan waves and wet winds labour,
Weak ships and spirits steer;

They drive adrift, and whither
They wot not who make thither;
But no such winds blow hither,
And no such things grow here.
No growth of moor or coppice,
No heather-flower or vine,
But bloomless buds of poppies,
Green grapes of Proserpine,
Pale beds of blowing rushes
Where no leaf blooms or blushes
Save this whereout she crushes
For dead men deadly wine.

Pale, without name or number,
In fruitless fields of corn,
They bow themselves and slumber
All night till light is born;
And like a soul belated,
In hell and heaven unmated,
By cloud and mist abated
Comes out of darkness morn.

Though one were strong as seven,
He too with death shall dwell,
Nor wake with wings in heaven,
Nor weep for pains in hell;
Though one were fair as roses,
His beauty clouds and closes;
And well though love reposes,
In the end it is not well.

Pale, beyond porch and portal,
Crowned with calm leaves, she stands
Who gathers all things mortal
With cold immortal hands;
Her languid lips are sweeter
Than love's who fears to greet her
To men that mix and meet her
From many times and lands.

She waits for each and other,
She waits for all men born;
Forgets the earth her mother,
The life of fruits and corn;
And spring and seed and swallow
Take wing for her and follow
Where summer song rings hollow
And flowers are put to scorn.

There go the loves that wither,
The old loves with wearier wings;
And all dead years draw thither,
And all disastrous things;
Dead dreams of days forsaken,
Blind buds that snows have shaken,
Wild leaves that winds have taken,
Red strays of ruined springs.
We are not sure of sorrow,
And joy was never sure;
To-day will die to-morrow;
Time stoops to no man's lure;
And love, grown faint and fretful,
With lips but half regretful
Sighs, and with eyes forgetful
Weeps that no loves endure.

From too much love of living,
From hope and fear set free,
We thank with brief thanksgiving
Whatever gods may be
That no life lives for ever;
That dead men rise up never;
That even the weariest river
Winds somewhere safe to sea.

Then star nor sun shall waken,
Nor any change of light:
Nor sound of waters shaken,
Nor any sound or sight:
Nor wintry leaves nor vernal,
Nor days nor things diurnal;
Only the sleep eternal
In an eternal night.

Это здесь (http://swinburnearchive.indiana.edu/swinburne/www/swinburne/browse.html)
А вообще, англичан много есть прекрасных - Лавлейс, Стивенсон, Теннисон, Броунинг. .. Я уж не говорю про великанов - Шекспир, Байрон . ..

Спасибо! Это действительно прекрасно. Беда в том, что мой английский все же недостаточно хорош, чтоб понять и просмаковать нюансы. А так, конечно. Элиота еще очень люблю (на русский обычно его так переводят - рожки да ножки... Сергеев - редкое исключение, и то, не всегда).

"Стихи для Натальи", например.

Спасибо. Найду.

Почему-то "о": http://www.stihi.ru/poems/2006/01/28-687.html

Наталья Кончаловская, дочь художника Кончаловского, внучка Сурикова. Персонаж известного портрета Кончаловского, где туфельку на стуле поправляет. Точно такая, как описана в этом чУдном стихотворении. Жена Сергея Михалкова, с которым, впрочем, большую часть жизни жила раздельно, мать двух кинорежиссеров. В своих воспоминаниях, написанных хорошим языком, с заметными умолчаниями, рассказывает, что все - чистая фантазия Васильева, который был в нее влюблен и как-то простоял ночь на коленях под дверью. Павел Васильев вскоре был арестован - уж не муженек ли руку приложил - и застрелен конвойным, когда вышел из строя, чтобы сорвать цветок. Такая жизнь.

Да, история хорошо известная.

Ну, не всем же.

Тогда уж нужно вспомнить и Горького: "От хулиганства до фашизма" и т.д.

Нет, знаете, к сожалению, всё-таки не моё.

Среди "не моих" - Лермонтов, Тютчев, Фет, Некрасов... Так что это, разумеется, моя и только моя проблема, а не автора.

Да и мне сейчас нравится куда меньше, чем в юности. Трактористы откуда-то вдруг вылезли... :)

Что Вы хотите - время. "Какое время на дворе, таков мессия".
И мне меньше, чем в юности. Тогда было!

Верно.