1980
Была еще такая история.

В то лето я поставил рекорд перемещений. В конце июня по разнарядке от института провел две изумительные недели на сенокосе. Весь июль работал на шабашке в ближнем Подмосковье, появляясь на работе на день-другой, но эта история не про шабашки, в которых тоже было немало смешного, а про отдых.

В августе того же года отправился я, как обычно, на три недели в Сукко. Это такое место под Анапой, с ударением на "о" (по имени греческой деревни) - там был университетский лагерь, как бы спортивный. Поскольку к университету я уже три года как не имел отношения, то снимал сарай в частном секторе, покупая курсовку в столовую, за полную, стало быть, стоимость.

В этом спортлагере многое напоминало пионерские лагеря, куда школьником я ездил много и охотно - на три смены редко, но на две каждое лето. И там - в спортлагере этом МГУшном, была самодеятельность - в пионерлагерях я от нее уклонялся, нажимая на спорт, не участвовал обычно и в спортлагере, а в тот год стал участвовать, увлеченный кем-то, уж и не помню кем, как сказал любимый автор (только веснушки и рыжина тонких волос помнятся, да зеленые бесстыжие глаза).

Да. И стали мы эту самую самодеятельность репетировать.

Тут надо сказать пару слов о структуре этого спортлагеря, иначе будет непонятно. Студенты были разбиты на т.н. отряды, точно как в пионерлагере. Факультеты и курсы не имеют значения, все вперемешку. Каждый отряд возглавлялся преподавателем с кафедры физ.воспитания, который назывался "командир". Почему-то это название воспринималось совершенно нейтрально - бывали шуточки, что де мол вот, пионервожатый, но как-то они увядали на третий день.

Отряды соревновались между собой во всем чем можно - три игровых вида (футбол, волейбол и баскет), легкая, плавание, стенгазета, самодеятельность та же. Царил здоровый командный дух - все хотели занять первое место (помню, перед решающим матчем по футболу, соперники подослали двух девиц, которые явились в мой тенистый сарай с банкой местного вина и пытались меня всячески соблазнять; матч был выигран, ценой прогоняния девиц, танцы были каждый вечер и дефицита девиц не наблюдалось, как впрочем и дефицита нас для девиц, так что все было по справедливости - рынок полов был открытый, конкурентный, плотный. Спрос и предложение отлично балансировались, да. Летние подружки эти потом махали крыльями рядом осень-зиму, самые стойкие долетали до весны, иссякая к очередному августу).

Статус мой был самый благоприятный. Я не был студентом, на меня не распространялись требования режима дня, меня нельзя было ниоткуда выгнать и т.п. В то же время, будучи спортсменом-универсалом, я был ценным ресурсом для любого отряда. Наконец, в университетские спортлагеря я ездил регулярно, всех командиров знал не первый год и занимал промежуточное положение между ними и студентами. Обычно в первый день командиры хватали меня и тащили в свой отряд, дни были восхитительными, а уж как восхитительны в Новороссии вечера, я вам передать не могу. Они заканчивались поздно, намного позднее отбоя (для студентов, понятное дело), на командирском балконе, с местным вином и в неспешных беседах. К началу соревнований я выбирал отряд и включался в общий график спортивных игр, моря, обедов и вечерних танцулек с последующими гуляньями.

И вот, значит, сидим мы - это я возвращаюсь к репетиции самодеятельности - как-то утром, кто в первых рядах летнего кинотеатра, кто на сцене. Этап - генерирование сюжетной идеи. И один малый предлагает:

- Давайте выскочим на авансцену и крикнем в зал: А-а, крокодилы-бегемоты, а-а, командиры-идиоты, и-и и зеленый попугай!

Сказать что я офигел, значит ничего не сказать. Попросили высказываться. Когда до меня дошла очередь, я его спросил, в своем ли он уме, предлагая такую галиматью. Но народ реагирует как-то странно - они начинают покатываться и повторять:

А-а, командиры идиоты! А-а, крокодилы-бегемоты!

Тут уже я сам про себя думаю, что вот-вот спячу. Ну что смешного! Какой-то злобный бред, какой-то ни к селу ни к городу зеленый попугай, а народ хохочет, повторяет на разные лады это вот "командиры-идиоты". Так я их и не убедил.

Чем в то лето дело кончилось, я не помню, но много позже, кажется через несколько лет я узнал, что оказывается это была цитата из какого-то всем известного детского фильма. Всем, кроме меня.