Трудности перевода
Через что обычно страдаем? Через искренность, через глупую искренность страдаем.
На этот раз дело было так.


Был у мамы недавно. Принеси, говорит, что-нибудь почитать. Я то, что ты летом привез, уже все прочла. И Берлинский дневник, и Вожди в законе, и детектив немецкий. Ну что же тебе привезти, говорю. А что у вас там в вашем интернете есть интересного? отвечает она. Да много чего есть, говорю. Потом спохватился. Ну, не так чтобы все было интересное, но есть. Попадается. Иногда. Бывает.

Смеемся.

Ты знаешь, говорит мама, давай так сделаем. Ты подумай, что произвело в этом вашем интернете в этом году на тебя самое сильное впечатление. Так сказать, материал года. Для тебя! Выбери, подумай и мне привези. То, что тебе интересно, мне будет тоже интересно.

Пока в тот раз шел от мамы пешком, пробираясь сквозь стайки готов, раскланиваясь то с Грибоедовым, то с Барсовым переулком (это не название, это такой переулок, где наш Барз проживает, а я, между прочим, у него дома - был! [тут хочется язык показать почему-то], то с Цветным бульваром, то со снесенным домом на Петровском бульваре, где...

Вобщем, когда добрался до верного кафе на бульваре Суворовском, понял, что нужно быть честным - и с собой, и с мамой. Что мне больше всего запомнилось в этом году? Что, как говорят теперь дети от пяти до двенадцати лет, снесло конкретно башню? Что самое значительное из созданного коллективным френдом моим? Ну что юлить, что притворяться, вот это башню снесло, вот это значительное, вот это интересное. Самое. Знаменитые "Сонеты к Е2".

Проблема только в том, что моя мама не знает, кто такие Галковский, Носик, Ольшанский, газета "Русская жизнь", галоперидол, Мозилла, блог, СУП, яндекс, патцталом, много буков и ППКС. Что, в общем-то, для почти что 80-летнего человека не удивительно.

Точнее, проблема не в этом. А проблема в том, что когда я был у мамы в очередной раз, она возьми да и спроси, выбрал ли я уже то, что мне больше всего понравилось в интернете, и если да, то что это?

И даже не в этом проблема. А в том, что я ей возьми да и скажи, что именно я выбрал. Она закивала, так как бродские-то стансы что такое - она знает. Так что закивала понимающе и заинтересованно. И попросила объяснить, чем эти, елизаветинские стансы славны и хороши. Потом, говорит, если сейчас настроения нету или не до того тебе.

И даже не в этом проблема. А проблема в том, что я ей, опять-таки, поддавшись чувству, тут же - стал пытаться рассказывать. И с понятным результатом. Потому что вышло чисто как у И. Бездомного в сумасшедшем доме. Чай наливался и стыл, пододвигалось варенье. Она вставала закрыть балкон, потом включить свет, потом опять чай - уже новой заварки, а я ходил за ней, махал руками, в лицах изображал героев и сюжеты славных стансов. Наконец, я замолчал на каком-то многоточии. Я кошку на балконе не закрыла, случайно? спросила мама.

И опять-таки, не в этом проблема. А в том, что она меня попросила распечатать - заодно уж!- про непонятное. Какие такие Носики, почему Галковский, при чем тут Суп-с-большой-буквы, чем яндекс отличается от блога, кто решает, много буков или мало, и т.п.

Так что - возвращаясь к до-подкатной части постинга, повторю. Через что обычно страдаем? Через искренность, через глупую искренность страдаем. Думать надо сперва, а уж потом искренность проявлять.