Madamina, il catalogo è questo
Из биографии Георгия Иванова -- о том, как готовили посмертный сборник Гумилева и Иванов невольно выступил в роли некоего Лепорелло:

Георгий Иванов задумал собрать его (Гумилева) неизвестные стихи и выпустить посмертный сборник. /.../ Пришла мысль и о другом подходе к поиску рукописей — мысль о донжуанском списке Гумилева. Списка как такового, конечно, не существовало — его нужно было составить самому. Для начала он обратился к Ольге Арбениной, а затем и к другим адресатам гумилeвских лирических посвящений. Барышни стали приносить стихи. Выяснилось, что одни и те же стихотворения со слегка измененной строкой или только именем последовательно посвящались разным дамам сердца. Георгий Иванов решил посвящения снять. Разъяснив хранительницам автографов, сколь безутешна вдова поэта и что посвящения огорчили бы ее.

В свете вышеизложенного соввласть видится неким Командором, покаравшим нечестивца:
Из страны советской, незнакомой, дальней
Слышно пенье петуха.
И внемлет гласу Совнаркома в священном ужасе петух
(ибо в этом христианнейшем из мiров поэты -- жиды, петухи и воры -- но не лососи, нет, не лососи)