*** 79

Олег Мудрак вовсю обосновывает нивхско-айну-юкагирско-чукотское родство.

Не могу сказать, что это безумно выглядит. Напротив, вполне перспективно (если Олеговы материалы верны).

Но сегодня Олег показал мне сопоставление этой семьи с японо-корейским...

У японского схождений в 100-словнике с остальными алтайскими -- по 10-15 корней. А с нивхско-айну-юкагирско-чукотским по 20-30...
UPD. Посмотрел введение к EDAL'у. Там японский имеет по 20 и более схождений с другими алтайскими. Хотя часть из этих этимологий Олег отвергает (некоторые, видимо, справедливо). В любом случае странно всё это. :)) Всё надо проверять.

При этом, по Олеговым словам, 100-словные корни, сближающие японский с алтайским, обычно не общеалтайские, а наличествующие только в одной группе (напр., только в ТМ или только в монгольском), т.е. тянут на древние заимствования...

Такие удивительные пироги, надо сказать.

P.S. Фонетика японских 100-словных сближений, конечно, совершенно дикая -- что с алтайским, что с нивхско-айну-юкагирско-чукотским.
Однако, фонетические переходы в случае сравнения с алтайскими обоснованы и корнями не из 100-словника, а для нивхско-айну-юкагирско-чукотской гипотезы Олег смотрел пока только 100-словные корни.
_______________________

Алик Давлетшин на Ностратическом семинаре опять рассказывал про тотонакские. Опять про удивительную систему звукосимволизма (нечто похожее есть также в баскском).

Чем переднее согласный, тем меньше обозначаемый объект/ниже интенсивность/слабее признак. Чем заднее согласный, тем больше обозначаемый объект/выше интенсивность/сильнее признак.

Противопоставление бывает двойное или тройное.

В одном корне чередуются фрики s~š~lh, аффрикаты c~č~tlh, реже гутуральные стопы k~q

sukuk 'small hole'
šukuk 'medium hole'
lhukuk 'big hole'

muksun 'little, few'
mukšun 'a few (handfull)'

cukunku 'cool'
čukunku 'cold'

stakni 'flower that just bloomed'
staqni 'green'

Как это интерпретировать диахронически, на мой взгляд, совсем не ясно (хотя Алик говорит, что у него есть идеи).