ИДС, часть 2, глава 1


Пункт 1.4. Pleasure-prosperity-pleasure.

Именно так звучит основополагающий принцип санатория - “удовольствие-благосостояние-удовольствие”. Он описывает “общество потребления” также полно, как марксистский принцип “товар-деньги-товар” описывал “общество производства”. Производитель, произведя товар, обменивает его на деньги, которые вновь вкладывает в производство, расширяя его, чтобы произвести еще больше товаров и получить еще большую прибыль. Потребитель, получив удовольствие, точно также получает возможность его инвестировать в благосостояние. Эта возможность – работа потребителя, порождающая скуку и усталость, которые поглощают удовольствие, но дающая взамен зарплату - новую дозу благосостояния. Производитель стремится произвести товар по как можно меньшей себестоимости, а продать – как можно дороже, потребитель же стремится получить от наличествующего благосостояния как можно больше удовольствия, чтобы иметь возможность пережить очередную, еще большую, чем прежняя, дозу скуки и усталости, которая обеспечит еще большее благосостояние, конвертируемое в еще большее удовольствие и так далее. Точно так, как не вложенный в производство капитал – мертвый капитал, благосостояние, не вложенное в получение удовольствия – мертвое благосостояние. Что толку в обладании миллионом, который никто, кроме обладателя, не видит? Заповедь потребителя: “Деньги надо тратить!” единственный вопрос для него – как. На разрешение этого вопроса потребитель тратит массу времени. За каждый свой рубль или доллар он желает получить как можно больше удовольствия. Как только вложения в одно удовольствие перестают приносить прибыль, потребитель начинает покупать другое, точно так, как производитель вкладывает деньги в более выгодное производство. Как среди производителей и торговцев распространяются газеты с новостями о бирже, торгующей акциями, то есть возможностями вложения денег в производство, так среди потребителей распространяются цветастые журналы, при помощи рекламы объявляющие котировки товаров по степени доставляемого удовольствия. В них потребитель может набрать себе покупок так, чтобы они доставили ему максимальное удовольствие. В одной тележке супермаркета оказываются вкусный обед, новая одежда, компакт-диск с музыкой, билет в кино, цветы для любовницы.
В одной из полемических бесед с моим участием собеседник оборонил, именно обронил, иначе не скажешь, замечательную по точности формулировку, обозначив в виде положительного, с его точки зрения, качества современного человека “способность получать удовольствие различными способами”. То есть способность человека оптимизировать структуру своего потребления наилучшим образом. Разнообразное и обильное потребление - это своего рода самореклама человека. Не смог как следует освоить потреблением нынешнюю зарплату – не получишь повышения. Освоил, прибавил себе удовольствия, значит, можешь выдержать новую нагрузку скукой и стрессами работы – продвигайся вперед. В Соединенных Штатах, к примеру, офисного работника из какой-нибудь корпорации, не купившего с увеличенной зарплаты новую машину, коллеги просто не поймут. Ритуал-с. Обязателен к исполнению.
То, что вовсе не забота о здоровье или о чем-то еще является целью современного санаторного больного, а только потребление, prosperity, можно хорошо проиллюстрировать следующим примером.
Если человеку, живущему сегодня в Москве, предложить работу, находящуюся в нескольких минутах ходьбы от его дома, на которой он будет получать, скажем, 500 долларов, и работу, на которую ему придется ездить на другой конец города на машине, и на которой он будет получать уже 700, он, конечно выберет ту, что за 700, хотя разница будет полностью тратится на содержание машины и фактический доход его будет совершенно такой же, как и в первом случае. Но второй случай обеспечивает более масштабную демонстрацию prosperity – обладание машиной. В плане рациональности этот случай уступает даже работе за 500 с поездкой на тот же другой конец города в метро. Поездка в метро будет занимать совершенно то же время, что и на машине, ибо на поверхности полно желающих продемонстрировать свое prosperity, стоящих в пробках, не обусловленных ничем, кроме этого их всеобщего желания. Однако даже стояние-переползание на машине в пробке предпочтительнее для больного-потребителя, чем езда в метро, хотя по комфорту это вещи вполне сопоставимые. При этом человек, высиживающий 2-3 часа в день в своей машине, это сверх 8 часов на рабочем месте, обречен тратить все якобы выигранное им у пешехода время на тренажерный зал, хоть как-то поправляющий фигуру. Впрочем, даже дураку нынче понятно, что в тренажерный зал ходят не ради поправки фигуры, а ради все той же демонстрации prosperity. Поправить здоровье и фигуру можно куда более дешевыми способами, но посещение тренажерного зала, как и наличие, к примеру, личного тренера – вещь знаковая, статусная.
Итог: чем отличаются два человека – тот, что ходит пешком и зарабатывает 500 долларов и тот, что получает больше, но при этом тратится на машину, на ликвидацию последствий езды на машине, на ликвидацию последствий ликвидации...? Чем они отличаются, кроме количества потребленных благ, кроме количества pleasure, полученного от демонстрации prosperity и вновь обращенного в prosperity? Только одним мировоззрением. В санатории человек, имеющий возможность потреблять материальные блага и не делающий этого, невозможен. То, что дело обстоит именно так, доказывают все те же дорожные пробки. После определенного момента эффективность автотранспорта на улицах городов падает до нуля, однако люди упрямо садятся в свои машины и едут, едут, едут демонстрировать свое prosperity. Трудно найти более наглядную демонстрацию prosperity (и глупости с ней заодно), чем несколько тысяч машин каждый день на протяжении двух часов стоящие на месте и сжигающие просто так тонны топлива.
В самом деле, человек должен быть неимоверно богат, чтобы не стремиться так прямо и явно демонстрировать свое prosperity окружающим, как это делает большинство. В связи с такими наклонностями большинства, видимость, look, становится главным элементом реальности, окружающей больного в санатории. Все вокруг – картинки, Image, на создании которых специализируются уже не просто отдельные люди или мелкие фирмы, но уже и целые корпорации. Создание видимостей, имплантация в массовое сознание образов поставлена на конвейер, на поток.
Как и многие другие предметы, машина уже давно приобретается современным человеком не с целью примитивного утилитарного использования. Это роскошь, а не средство передвижения. Это часть image, статусный предмет, такой же, как, например, мобильный телефон, который нынче в санаторной России принято дарить ребенку на совершеннолетие. Не иметь ни того, ни другого и не страдать от этого – непосильная задача для санаторного человека, основным способом самопозиционирования которого является потребление, а основным способом общения – рассказ о своих новых покупках. Идеальный вариант общения двух современных потребителей – жалобы на дороговизну совмещенные с перечислением сделанных покупок.
“Сто баксов! Представляешь?! Но я все-таки купила!” – типичная фраза для современного диалога. То, что в данном случае под говорящим подразумевается женщина, вовсе не значит, что такие разговоры являются прерогативой только женщин. Они характерны для бесед людей обоих полов, ибо сегодня, как уже было сказано, мужчина в его первоначальном варианте в санаторных обществах не существует. Разница между беседами женщин и мужчин заключается только в конкретных предметах, о которых идет беседа. У мужчин это машины и компьютеры, у женщин – одежда и украшения. Замечено это было давно. Еще Юкио Мисима сокрушался по этому поводу, комментируя в послевоенной Японии самурайский трактат “Хагакуре”.
В Санатории надо быть очень, очень богатым, чтобы ходить в простой одежде, ездить(если вообще ездить) на старой машине и не страдать от этого, глядя на окружающих. Это в древнегреческих Фивах Эпаминонд мог иметь всего один плащ, скромный дом, ходить пешком и при этом быть самым уважаемым полководцем и гражданином. В санатории подобное невозможно.
Лимонов в своем описании санатория допускает если не ошибку, то, как минимум, неточность, декларируя pleasure и prosperity как две основные и равноправные цели санаторных больных. Дело в том, что само по себе prosperity жителю и администрации не особенно интересно. Интересно и полезно для жителя санатория лишь то prosperity, которое может доставить pleasure. Причем лишь малую часть этого pleasure житель-больной получает от собственно prosperity. Большую часть удовольствия он получает от демонстрации своего prosperity другим больным. Демонстрация друг другу собственного prosperous look, преуспевающего вида, есть один из основных способов People справиться со скукой и однообразием своего животного существования. People даже изобрел специальный ритуал такой демонстрации, называемый party (тусовка, вечеринка).
Можно еще долго критиковать общество потребления, однако это не прибавит критике осмысленности, ибо в ответ на любое предложение предложить альтернативу, которая могла бы быть реализована в этом обществе и среди этих людей, его населяющих, критик только горестно вздохнет и откупорит бутылку.
Единственным способом полезной научной работы с обществом потребления является изучение его целей, по которым можно было бы спрогнозировать его дальнейшее поведение и результаты этого поведения. Однако такое изучение возможно только в случае, если мы полагаем отсутствие цели не пустым множеством, а особым видом цели по примеру известной формулы “Отсутствие результата – тоже результат”.
У общества потребления, как и у общества производства, нет цели, такой, как скажем, “построение коммунизма” или “построение постиндустриализма”. Производитель, производя товар, самим фактом появления этого товара как новой материальной ценности, обесценивает полученную в ходе его производства прибыль, и вынужден тут же вкладывать ее в новое производство, чтобы снова обесценить, но все же в меньшей степени. Чем больше производитель производит, тем больше он должен будет произвести – глаголет Маркс, выводя из этого борьбу за рынки как суть современных ему политических конфликтов. Совершенно аналогичным образом обстоит дело с потребителем. Потребляя что-либо, он обесценивает потребленное. К примеру, разница между удовольствием, полученным санаторным человеком от присутствия на премьере нового фильма и от просмотра его через две недели или месяц, ярко показывает степень обесценивания данного удовольствия. Таким образом, человек, получив удовольствие, тут же должен нейтрализовать его эффект новой работой (читай – скукой), иначе он в будущем не сможет купить себе следующее удовольствие, которое уже готовится для него в недрах санатория. Никаких других целей, кроме как удержаться на новом витке раскручивающейся спирали потребления, у санаторного человека нет. И, как следствие отсутствия цели, - отсутствие метода ее достижения, опирающегося на какие-либо закономерности. Отсутствие и желания, и возможности повлиять на что-либо, восприятие мира как огромной лотереи – “повезет – не повезет”.

продолжение
http://www.livejournal.com/users/kenigtiger/453451.html