Мы заставим вас пресмыкаться перед нами
Популярно о сущности демократического правления

Истинная сущность демократического правления состоит в том, что власть публично пресмыкается перед народом. При этом элиты, разумеется, могут обманывать, обкрадывать, манипулировать массами, но символическое пресмыкание остается обязательным правилом, и уклонения от него народ не прощает. Это пресмыкание – отнюдь не пустая мишура, и народ держится за него не напрасно. Пресмыкание элит является для народа ценностью само по себе, ибо обеспечивает психологически выгодную позицию для отстаивания своих прав. Если элита не утруждает себя даже символическим пресмыканием, то ничего хорошего народу от нее ожидать не приходится. Это как с мужчиной и женщиной: если мужчина, вместо джентльменского поведения, орет и дерется, то планы на счастливую совместную жизнь женщине лучше не строить. Без пресмыкания элит – нет настоящей демократии, ибо граждане (в массе) оказываются слишком подавлены психологически, чтобы воспользоваться даже законодательно закрепленными правами.

Именно нежелание элит символически пресмыкаться перед народом – фундаментальная причина отсутствия демократии и цивилизованного правопорядка в современной России. Наша комсомольско-гэбэшно-кавказская Ылита «слишком горда», и эта «гордыня» пронизывает госаппарат сверху до низу, до самого мельчайшего начальничка, который воспроизводит эту модель поведения и тоже норовит относиться к гражданам как к «быдлу». Строительство демократии в России упирается не только в несовершенство институтов и слабые политические навыки граждан, но и в принципиальное нежелание чиновников и элит пресмыкаться перед гражданами. Соответственно, исправить это можно только двумя способами: либо «сломать» и заставить пресмыкаться нынешние элиты, либо вообще их убрать и заменить такими, которые готовы пресмыкаться с самого начала, для которых это пресмыкание не составляет психологической проблемы.

Такое понимание демократии позволяет легко разрешить известную дилемму, которой нередко озадачивают национал-демократов. – «Если вы все равно за демократию, за равенство граждан, то какая разница между русской демократией и просто демократией?» - Разница в предмете публичного пресмыкательства. «Русская демократия» - это правление, где власть символически пресмыкается прежде всего перед русским народом. И здесь нам сразу становится понятно, почему нынешняя «синкретическая» элита от «русской демократии» еще дальше, чем от «просто демократии». Ибо пресмыкаться перед «русским быдлом» для нее уж совсем невыносимо. Неприемлема эта мысль и для представителей различных «гордых» народов, которые, судя по их поведению, причисляют себя к «элите» в полном составе. Ибо тогда им придется тоже пресмыкаться перед русскими – в полном составе. - «Назвался элитой? Начинай пресмыкаться!»

Становится понятно также, почему большинство политиков «демократического лагеря» в России никакого отношения к демократии не имеет, демократию боятся и постоянно проговариваются на этот счет. Публичное выражение презрения к народу, к «быдлу» – четко выделяет авторитарного политика. Переломить это и начать пресмыкаться перед русским большинством для российских «либералов» - немыслимое поведение. Но такие же авторитарные комплексы можно встретить и у многих национал-демократов. В последнем случае речь даже не о «гордыне», а об элементарной глупости. Люди не понимают, насколько смешно выглядит, когда, называя себя «национал-демократами», желающими прийти к власти поддержкой русского большинства, они тут же выражают максимум презрения к этому большинству и желание его радикально переделать (если не отправить в утиль).

Ситуация с «гордыней» отягощается тяжким наследием уголовного прошлого, когда люди социальную вертикаль уподобляют порядкам в тюремной камере, не видят никакой разницы между браком по любви и изнасилованием. «Теория элит» постсоветским сознанием, как правило, воспринимается либо через призму тюремной камеры, либо через призму фильма «Три толстяка». Идея о том, что в правовом и демократическом обществе тоже имеется собственная элита, то есть совокупность людей, обладающих большим влиянием, накладывается россиянином на образ пьяной ватаги «воров в законе», для которых суть «элитарности» – в возможности безнаказанно глумиться над обывателем, нарушать законы, облагать поборами бизнес и т.п. Для всевозможных «Лопатниковых», нередко критикующих демократию из благополучной американской эмиграции, «элиты цинично манипулируют быдлом, выборы – фарс, демократия – спектакль для дураков и т.п.» Типовой полковник ФСБ само наличие элиты воспринимает как «опровержение демократии»: «Ведь если элита существует, то разве она, подобно мне, не захочет глумиться над народом в свое удовольствие, под прикрытием демократического спектакля?» - «А раз так, то вы, россияне, должны любить нас, которые честно, без всякого спектакля, хлещут вас плеткой и плюют в лицо».

Человеку не приходит в голову, что демократию отличает не отсутствие элиты, а ее большая моральная зрелость, с одной стороны, и большая зависимость от благорасположения народа, с другой стороны. Тамошняя элита настолько крута, настолько уверена в себе, что не считает зазорным проводить себя через «инициацию» символического пресмыкания. Она настолько умна, что оставляет народу достаточно прав, возможностей самоуправления, рычагов влияния на ситуацию, чтобы снизить управленческие издержки, саму себя - держать в «форме», а нацию превратить в единую команду, где низы доверяют верхам. «По странному совпадению», страны с развитым демократическим «спектаклем» даже с точки зрения «быдла» в среднем гораздо более привлекательны для жизни, чем всевозможные «честные и прямые туркменистаны». И вот незадача для селигеровских пропагандистов и приверженцев политического «мачизма»: эти страны еще и сильнее, прочнее, влиятельнее, лучше вооружены, чем «туркменистаны». Самая мощная, самая глобальная, самая богатая, самая вооруженная империя всех времен и народов - в то же время является образцовой демократией с развитым региональным самоуправлением.