Дилетантские рассуждения об аглицком наречии
"Этот бесконечный английский" - так тов. Борхес выражал своё восхищение объёмом словарного запаса этого популярного языка. Восхищение, впрочем, умерялось необходимостью запоминать это громадьё, ибо в ту суровую пору тов. Борхес изучал английский, чтобы иметь возможность слушать Шекспира в оригинале. Кажись, выучил.
Где-то кто-то мне говорил, что в английском имеется раз в пять больше слов, чем в любом другом европейском (не говоря уже о русском), причём большая часть этих самых слов приходится на синонимы. Там, где русский имеет два-три варианта для называния вещи своим именем, англичанин "из культурных" способен вспомнить чуть ли не десяток названий.
Откуда сие? Сразу вспоминаются знаменитые юридические формулировки с бесконечным нагромождением синонимов, с таким трудом переводимые на русский (что-то типа "...с целью, покрытия издержек, расходов, плат, и трат какого бы то ни было рода, - для, ради, по поводу и относительно упомянутого, указанного, поименованного, обозначенного и имеемого в виду обстоятельства...")
Что, в свою очередь, можно объяснить по-разному, но, возможно, [далее идут мои собственные домыслы - К.К.] это связано с тем, что текст договора должны были чётко понимать все стороны. А английский язык в ту пору прекрасную ещё не был нормализован и доведён до Единой Литературной Нормы, а представлял из себя совокупность местных диалектов. Соответственно, называя какую-то реалию, лучше уж было перечислить все слова, употребляемые во всех местных вариантах. Что в дальнейшем, закрепившись в практике, и привело к такому наращиванию словарного запаса.

В России литературный язык появился гораздо раньше, нежели частные дела начали разбирать в суде (строго говоря, последнего нет до сих пор). Тем не менее, "русский юридический" сохранил множество очаровательных архаизмов. "Предать суду" - какая эпическая сила в этих словах. Какая ясность чувства.

)(