аут бене, аут нихиль
Г-н d_b@lj праведно возмущается:

Кем бы ни был покойный, каких бы взглядов ни придерживался, и как бы ни относились к нему при его жизни--его больше нет. Невольно прощаешь ему все то, что ранее раздражало, упрекаешь себя в том, в чем бьл к нему несправедлив, признаешь за умершим его действительные достоинства.
А тут какое-то единодушное радостное злорадство, свинячий восторг.
Если "каждая историческая задача мобилизует адекватные ей кадры", то надо признать, что русский патриотизм мобилизовал какой--то поганый тип натуры... [дальше, разумеется, брань]

И задушевнейшее, "из сердца идущее":

Если таковы русские патриоты, то на х... таких патриотов.

Одним из самых противных полемических приёмов является избирательное требование "уважения". Например, известное "о мёртвых либо хорошо, либо ничего" применяется всегда только к "своим".

Вот сейчас, кстати, мы наблюдаем прекрасную тому иллюстрацию. Американцы уже несколько раз объявляли о том, что они убили Саддама Хуссейна. Допустим, что они его и в самом деле убили, и даже показали труп. Вопрос на засыпку: какое количество наших совестливцев скажет о несимпатичном покойнике:
Кем бы ни был покойный, каких бы взглядов ни придерживался, и как бы ни относились к нему при его жизни--его больше нет. Невольно прощаешь ему все то, что ранее раздражало, упрекаешь себя в том, в чем бьл к нему несправедлив, признаешь за умершим его действительные достоинства.
А ведь не скажут ничего подобного, не-е-е, не скажут. Напротив того, поздравят друг друга, да ещё добавят, что собаке собачья смерть, Буш молодец, а американская армия лучше всех, потому что освободила иракский народ от кровавого диктатора.

А вот Юшенкова "извольте уважать".

Потому что Юшенков у них "нашенький", кровиночка ихняя, а Саддам - чужая бяка.

Я, кстати, не возражаю: это естественно - радоваться смерти врага (хотя, в отличие от Юшенкова, сделавшего русским много плохого, Саддам и его люди ничего плохого российским либералам не делали - ну да ладно, чего уж там). К тому же, это всё гипотезы: вдруг всё же всплакнут о Саддаме? Но ведь я ещё помню остроумные стишки про то, как

забил заряд я в тушку Пуго

- и прочий комсомольский задор. По отношению к мёртвому врагу, который "уже вполне безопасен" (в отличие от Юшенкова, из летейской тени которого уже понаделали знамён и транспарантов), старого, смешного, жалкого. О, как плясали. Как плясали. Вот где было свинячество.

Или - когда Верховный Совет расстреливали. О, сколько было восторгов. Помню, помню.

Зато когда "кровиночку нашенькую" тронут, они "все львы, все огонь, все гнев". Какого-нибудь "Владушку Листьева". Каждый год отмечают, всей прессой - ууу, убили, убили наше золотое дитятко, нащадка нашего загубили, ироды, суки, не забудем, не простим. Кровиночка, кровиночка. Нашенького, нашенького, "не простим, не простим". Это других можно убивать, а нашеньких - нет, низя, низя, мы из другого теста, это у вас яички простые, а у нас золотые...

Нет, господа. Все мы сделаны из мяса, и вы тоже.

)(