Мои теткиВечно занятые тем, что они называли
практической стороной жизни
(теоретическая принадлежит Платону),
увязая по локти в мебели, в постелях,
в кухонных садах и кладовке,
не забывали они о мешочке с лавандой,
что в луг превращал шкафчик с бельем.
Практическая сторона жизни,
как обратная сторона луны,
не была свободна от тайны;
когда близилось Рождество,
жизнь становилась исключительно praxis
и моментально оживала в коридорах,
прячась в чемоданах, в несессерах.
Когда кто-нибудь умирал — что, увы,
случалось даже в нашей семье, —
мои тетки деятельно занимались
практической стороной смерти
и забывали тогда о лаванде,
пахнувшей бескорыстно, безумно
под тяжелым снегом простыней.
Адам Загаевский