"За все слова придется отвечать" - думал Л., нетвердой походкой возвращаясь с дня рождения сотрудницы - "А наговорил я сегодня достаточно!"

У Л. был странный психоз. Ему казалось, что все его оговорки, все слова, которые он был вынужден произнести, не имея возможности хорошенько обдумать, - все это будет использовано против него. В то же время, он абсолютно не переживал, если приходилось солгать или утаить правду - но только в том случае, если ложь была хорошо подготовлена.

"А медленный танец с той уродиной - как там ее зовут... Я же буду его себе припоминать всю оставшуюся жизнь! Это же символ... нет, это архетип моей эмоциональной импотенции. Без этого я бы мог продолжать делать вид что мне абсолютно не хочется быть как все"

Л. остановился около входной двери, решая, позвонить или нет.

"Но ведь я был пьян! Когда я пьян - это даже совсем не я. С чего это мне оправдываться за то что я сделал после второй рюмки водки?"

Это объяснение его не успокоило. Он знал, что позвонив в дверь, после пятнадцати минут вопросов, предложений попить чаю и чистки зубов он будет лежать в кровати и в тысячный раз, сгорая от стыда, повторять как он ответил на вопрос "Л., а что вы делаете в свободное от работы время?" или "Как, вы не ходите в походы? Почему?".

"Вот, если бы я мог все заранее продумать! Я был бы готов к любому вопросу. Каждое движение которое я бы делал, каждое слово, которое я бы произносил шло бы из глубин моего настоящего Я..."

Л., наконец, нажал на кнопку звонка.

<дальнейшее неразборчиво>