Музыка:

Kari Rueslatten “Trollferd”

Beware! Trolls.
“Ётуны (др.-исл. ед. ч. iotunn, др.-англ. eoton), турсы (др.-исл. purs, др.-англ. pyrs), в позднейшей скандинавской традиции - тролли (ед. ч. troll), в скандинавской мифологии великаны. Они представлены двойственно. С одной стороны, это древние исполины – “первонасельники мира”, предшествующие по времени богам и людям. Это Имир и его прямые потомки (т. н. Инеистые великаны – хримтурсы), в т. ч. Бергельмир, который, согласно «Младшей Эдде», спасся в ковчеге (вероятно, библейское влияние), когда боги убили Имира, а в его крови утопили всех инеистых великанов. Представление об инеистых великанах включает их великую мудрость. Таков Бёльторн – отец матери Одина, дающий Одину магические руны. Таков и Вафтруднир - с ним Один соревнуется в мудрости («Речи Вафтруднира» в «Старшей Эдде»). По-видимому, великаном является и мудрый Мимир, хозяин медового источника, откуда черпает мудрость Один, с головой которого Один советуется. К этой же категории в какой-то мере относится и великан-строитель небесного селения богов – Асгарда”.
“Мифы народов мира”

"Жили-были трое троллей на вершинах дальних гор.
Жили тролли, не скучали, хоть молчали с давних пор.
Как-то раз, никто не знает, от каких таких причин,
В той стране раздался грохот. - Что за шум? - спросил один.
Но затих ужасный грохот, и опять настал покой.
Триста лет прошло в молчанье. - Это мышь! - сказал другой.
А когда тысячелетье протекло над краем снов,
Третий тролль сказал: - Прощайте! Ненавижу болтунов!"
© перевод с норвежского

Тролли - в германо-скандинавской мифологии великаны. Обитают внутри гор или поблизости, где они хранят свои сокровища. Они уродливые, обладают огромной силой, но глупы. Как правило, вредят людям, похищают их скот, оказываются людоедами. На солнечном свете они умирают, превратившись в камень. По другим легендам тролли были маленькими, чуть больше гномов с противными морщинистыми телами и жили они в норах в лесу или пещерах в горах.

“Доврский старец
Под солнцем все люди объяты одним,
Твердят: "Человек, будь собой самим!"
У нас же в горах говорит любой:
"Тролль, упивайся самим собой!"
..
Пер Гюнт
Я вижу, ты полон нелепых идей,
Но можно, пожалуй, с тобой столковаться.

Доврский старец
Мы, тролли, получше своих репутаций
И тем отличаемся от людей”.
Генрик Ибсен “Пер Гюнт”

“- О да. Мы жертвы философии. В конце это приходит к каждому из нас. Говорят, в один прекрасный вечер ты начинаешь просыпаться, но вдруг думаешь: «А чего беспокоиться?» - и продолжаешь спать дальше. Видишь вон те каменные глыбы?
Ринсвинд увидел в траве несколько громадных силуэтов.
- Тот, что с краю, - это моя тетка. Не знаю, о чем она думает, но она не шевелится уже двести лет.
- О боги, как это печально.
- Да не, это-то не проблема, потому что мы рядом и можем присмотреть за ними, - сказал Кварц. - Видишь ли, здесь, в округе, не так много людей. Я знаю, это не ваша вина, но вы, похоже, не в состоянии отличить мыслящего тролля от обыкновенного камня. Моего двоюродного дедушку, к твоему сведению, в прямом смысле слова взорвали в каменоломне.
- Это ужасно!
- Да, только что он был троллем - и вдруг превратился в декоративный камин”.
Терри Пратчетт “Безумная звезда”

Днем ночные тролли скрывались в пещерах. Но стоило лишь угаснуть последнему лучику света, как они вылезали наружу, чтобы рыскать в темных сосновых лесах и во фьордах в поисках человеческих жертв. Длиннорукие и сильные, они были запорошены землей и покрыты мхом.
Глаза навыкате, широкие рты разинуты, распухшие носы постоянно двигаются, принюхиваясь в поисках человеческого запаха. Тролли — существа холодные, и лишь тепло человеческой крови могло согреть их.

“Приглядевшись к руке приятеля, Шардаш удивленно поднял брови. Кисть Финиеса была громадной, корявой и почти черной, пальцы – толстые и узловатые, ногти обломаны. Шардаш перевел взгляд на лицо Финиеса.
В полумраке лицо у того казалось необычайно грубым и отталкивающим: нижняя челюсть выпирала вперед, кожа напоминала желтый выгоревший пергамент, глаза за стеклами очков – точь-в-точь два холодных безжизненных камня, уши – мясистые, оттопыренные, волосы походили на мочалку.
Странно, что прежде Шардаш этого всего не замечал. А, вот оно в чем дело! Он же впервые видит Финиеса при лунном свете...”
Филип Дик “Король эльфов”

“Орки завязли в слякотной ложбине перед холмами, остановились и выпустили тучу стрел. А сквозь их толпу, давя упавших, шагали, рыча как звери, горные тролли из Горгорота: высокие, выше людей, и кряжистые, в плотной чешучайтой броне – или, может, это шкура у них такая? – с круглыми черными щитами, с громадными молотами в узловатых лапищах. Лужи и слякоть были им нипочем, с ревом ворвались они в ряды гондорцев, круша шлемы и черепа, дробя щиты, обламывая руки – тяжко и мерно, точно ковали податливое железо. Страшный удар свалил с ног Берегонда, и огромный тролль-вожак нагнулся к нему, протянув когтистую лапу: эти свирепые твари выгрызали горло у повергнутых наземь”.
Дж. Р. Р. Толкиен “Властелин колец”

Но на троллей была управа. Эту управу особенно хорошо знают маленькие дети: если задать троллю загадку то он будет обязан разгадать ее, он не сможет противиться загадке. Если тролль не сможет разгадать загадку, то он умрет, но если он разгадает, то в ответ он задаст свою, и если на этот раз вы сами не сможете разгадать загадку, то тролль порвет вас на части. Если же вы сумели разгадать загадку, то надо постараться этими вопросами занять тролля до рассвета, ведь с первыми лучами солнца тролль тут же превратиться в камень и это будет спасением человеку.

“Шальная мысль мелькнула у Хольгера.
- Он боится солнечных лучей? - спросил он Алианору писклявым голосом евнуха.
- Еще как! Рассвет превратит его в камень.
- Ага, - пропищал Гуги. - Парень, если ты ему мозги надолго задуришь, рассвет его окаменеть заставит, а мы все золото у него загребем.
- Как знать, - сказала Алианора. - я слышала, что добытое таким образом золото проклято. Кто его заберет, вскоре умирает. Хольгер, совсем скоро ему придется спасаться от солнечных лучей.
..
Наконец великан решительно перебил его:
- Последнюю загадку! И поспеши, иначе растопчу!
- Ишь ты... Как хочешь. Ответь, что это: зеленое, имеет колеса и растет около дома?
- Как? - огромная челюсть отвисла.
..
Хольгер изготовил меч.
- Ну хорошо, - сказал он. - Ответ - трава.
- Но у травы нет колес!
- Вот насчет колес я немножко приврал, - сказал Хольгер.
Гнев рванулся из Беламорга оглушительным рыком. Великан бросился на рыцаря. Хольгер отскочил подальше от Алианоры. Если удастся удержать гиганта в помрачении от гнева еще минут пять, а самому уцелеть, то...
- Цып-цып-цып, а вот и не поймаешь!
Беламорг пытался сграбастать его ручищами. Хольгер что есть силы взмахнул мечом и отрубил ему кончик пальца. Потом он прыгал, уворачивался, приседал, колол мечом, ругался, разжигая ярость великана, жадно хватал полной грудью воздух в редкие мгновенья передышки.
Когда первые солнечные лучи коснулись великана, Беламорг взвыл. Такого вопля муки и ужаса Хольгер в жизни не слышал. И побежал прочь от корчившейся туши, устрашенный страданиями, в которых сам же был повинен. Великан так грянул оземь, что подпрыгнули ближайшие валуны, завыл, с ним происходили чудовищные превращения. Потом все стихло. Лучи восходящего солнца озарили длинную глыбу гранита, сохранившую отдаленное сходство с человеческой фигурой, покрытую кое-как сметанными шкурами.
Хольгер рухнул на колени. В ушах у него еще стоял этот вопль”.
Пол Андерсон “Три сердца и три льва”

Тролли обладали силой, которая во много раз превосходила силу простых смертных, хотя те иногда не страшились выйти на бой с троллем. Об одном из таких смельчаков, который не побоялся бросить вызов силам тьмы и одержал победу, и рассказывает скандинавская легенда.
Звали этого героя Греттир, сын Асмунда, прозванный Силачом. Смолоду он славился бесстрашием, удалью и бойцовским упорством. Но однажды Греттир по несчастной случайности убил в поединке своего дальнего родича. Умирая, тот проклял Греттира, и отныне беды преследовали Силача.
Греттира отправили в изгнание и теперь он был вынужден странствовать вдали от родных краев. Многие месяцы бродил Греттир в одиночестве по лесным дебрям, находя ночлег и убежище, где придется. Как-то в канун зимнего солнцестояния – время, когда ночи самые длинные, а дни короткие – Греттира настигла буря. Завывал ветер, тяжелыми хлопьями валил снег, лед коркой покрыл бороду.
Греттир упорно шел вперед сквозь снежную бурю, выбора-то у него не было никакого. Впереди возникла какая-то темная фигура, Греттир приготовился к схватке, но подойдя поближе увидел, что то был столб от ворот хутора.
Дом едва виднелся за снежной пеленой. Греттир добрался до порога и постучал в дверь. Дверь, заскрипев, отворилась, и Греттир проскользнул внутрь. Это был очевидно богатый хутор. Женщина, впустившая его, была одета в дорогое платье. За дверями слышались голоса слуг. Греттир поприветствовал хозяйку, но та не ответила на его приветствие.
-Ты получишь здесь приют и еду, - сказала она, - но лучше бы тебе бежать прочь отсюда. Над этим домом нависла беда.
После ужина женщина рассказала Греттиру свою историю. Когда-то этот хутор был богатым и процветающим. Теперь же люди избегали его и старались не селиться рядом. В эти места повадился приходить тролль. Два года назад, как раз в день зимнего солнцестояния он уволок мужа хозяйки во тьму. Спустя год такая же участь постигла ее сына. Он также исчез, и лишь лужа крови осталась у порога. Теперь женщина ожидала возвращения тролля на следующую ночь и защитить ее было некому. Греттир не боялся троллей и решил отплатить добром за добро.
На следующее утро, когда буря стихла, Греттир отослал женщину и ее двух служанок на соседний хутор. Слугам же он приказал оставаться в дальних комнатах и запереть двери. Когда приблизились сумерки Греттир зажег огонь в очаге, поставил на стол светильник и приготовился ждать. Ждал он несколько часов, на землю спустилась ночь. Наконец Греттир услышал за дверью тяжелые шаги тролля. Воин обнажил свой меч, и дверь с грохотом распахнулась.
В комнату ввалился тролль. Своей тяжелой головой вросшей в сгорбленные плечи он задевал потолок. В руке он держал огромный мясницкий тесак.
Греттир швырнул в тролля светильник, и воспользовавшись замешательством великана, выбил у того тесак из руки. Опомнившись, тролль с ревом кинулся на воина. Натиск чудовища был столь силен, что Греттир вылетел на улицу. Теперь бой предстоял на территории тролля. Сцепившись в яростной схватке, они катались по двору, нанося друг другу удары. Через некоторое время Греттир увидел, что они оказались на краю обрыва, с которого срывался ледяной водопад.
Тролль, рыча от ярости, старался столкнуть Греттира вниз, в пропасть. Отчаянным усилием Греттир вонзил меч в плечо тролля и отпрыгнул в сторону. Силы его были на исходе. Оскалив зубы, тролль приготовился к прыжку и это был бы конец боя, но тут из-за восточной гряды холмов выглянуло солнце. Как только первые солнечные лучи коснулись тролля, чудовище зашлось в жутком вое.
И на глазах у Греттира тролль обратился в каменное изваяние, из плеча которого торчал меч.
Греттир, вечный странник, ушел навстречу новым приключениям. Но люди снова и снова пересказывали историю его смелой схватки. Из самых дальних селений, лежащих вниз и вверх по реке, шли и шли люди взглянуть на камень под водопадом, в который обратился тролль, вынужденный теперь взирать окаменевшими глазами на зарождение нового дня каждый раз, как из-за восточной гряды выскальзывал краешек солнца.

Hun lofter sitt blikk mot manen rund
Trollferd gjennom skogen
Alle de venter i innerste lund
Trollferd gjennom skogen
Kom, ta i ring - og dansen vil ga hele natten..