зимнее воскресенье
Солнце пятнает ёлочные шары и даже медную трубу.

Синие, зелёные пятна, на шар-мыльный пузырь хочется подуть, чтоб вылетел он за окно и полетел немного ниже крыш, не задевая тополиных веток.

Мы с Машкой только что говорили, что авиакомпании наверняка не дают развиваться исследованиям по созданию долгожданных диванов-трансляторов.

В Техасе в Остине обещают гололёд, университет, наверно закроют. Друг наш, которому послезавтра лекцию читать, звонил в авиакомпанию, тихо надеясь, что рейс перенесётся, но нет - пока всё в порядке.

В пятницу там было 23 градуса (тепла).

В северной Флориде зимой вечно так - кондиционер несколько раз в сутки приходилось переключать с охлаждения на обогрев и наоборот.

Почему-то мне хочется увидеть за окном большую белую птицу, вроде аиста, с мощными крыльями, чтоб летела над улицей.

Но, увы, собаки не летают, как птицы, так что надо пойти в лес ногами.

Мы отдыхаем от Дилана Томаса и утешаемся Фростом. Мне местами он кажется на удивление пастерначьим - сплошной ощущательной зримостью, в которой спрятана дверь в затекст.

Хочется разобрать хотя бы часть бретонских фотографий и ещё давно хочу что-нибудь побормотать про Италию - позавидовала kattly@lj.

Вот Катя пришла - морщит нос, зевает и сообщает, что хватит глупости говорить, лес ждёт, а Гриша смотрит на меня с наглым видом почти с потолка.