Видела впервые певчего дрозда.

Сразу его узнала, вспомнив картинку - жёлто-коричневое клетчатое пузо. Чёрных дроздов с жёлтыми носами вокруг сколько угодно. А певчий - впервые. Сидел на дорожке и глядел во все глаза. Наверно, догадался, что нечем было его сфотографировать, - вот и не улетал.

Ветер похлестал немного дождём.

У кленёнка, спрятавшегося под бок к большому каштану, полезли листья, и зацветает терновник.

Чавкает под ногами, рябь на лужах.

Первоцветы, нарциссы.

В такую вот раннюю весну мы опережаем Питер почти на три месяца.

Не сто, все двести лет назад, мёрзлыми руками мы собирали медуницу под мокрым первомайским снегопадом.

И радостей впереди было гораздо больше, чем печалей, не только у нас с Машкой, но и у родителей, которым было тогда меньше лет, чем нам сейчас.

Память о радостях остаётся почти до самого конца. И даже их тени... Но это несправедливое почти...