И как бы жили мы в это тёмное время, если б не ёлки, не жёлтые горы мандаринов, прошитые тёмными матовыми листьями, не гирлянды, не Рождество с Новым годом, не странная сонная шоколадно-вишнёвая коньячная висящая между прошлым и будущим между ними неделя.

Замедление, лень, жизнь в ёлочном запахе под бегающий свет гирлянды - впереди.

А нам, климатическим эмигрантам, много не надо - слабые зимние цветочки на вишне, мельком увиденные из трамвайного окна, фонари хурмы в палисаднике напротив кампуса, мелькнувший седой хвостик тамошней старушки, без куртки возящейся в саду, несколько бледных форзиций - и невнятная радость.

По пятницам я сейчас езжу в Дефанс с утра, не очень рано. И если везёт, то из двух возможных автобусов первым приходит скоростной, и он, не останавливаясь, перевозит меня через Севрский мост, и я бегу по этому мосту обратно, к трамваю, через реку - и гляжу на чёрные круглоносые баржи - "Волчья голова", "Барбара", на облетевший лес на холме, на бурую воду, на дорожку по берегу вдоль реки, между трамвайной линией и водой, мимо склада, и можно даже безобразным голосом петь себе под нос - прохожих на мосту немного, и любить Париж...

Originally posted on mbla.vox.com