Предновогоднее



Я покупала гирлянду из колокольчиков, а мы повесили её на ёлку, и оказалось, что это фонарики, с которыми гномы спускаются под землю. Медленно разгораются - зелёные, розовые. Рядом тлеют угли другой гирлянды. И на третьей мигают лампочки-цветочки.

В эту пару недель, - Рождество, Новый год - когда утром бежишь к ёлке - зажечь, когда толкаются déjà vu и просто память, в короткие серые дни, иногда прошитые слепящим низким солнцем, и отлыниваешь от работы, как я вот сейчас - вместо того, чтоб статью писать, перечитываю Сильвию Плат и жалею, что эту работу мы уже давным-давно закончили, и ищу что-нибудь - соответствующее, правильное, и выхватываю



Black Rook in Rainy Weather

On the stiff twig up there
Hunches a wet black rook
Arranging and rearranging its feathers in the rain-
I do not expect a miracle
Or an accident

To set the sight on fire
In my eye, nor seek
Any more in the desultory weather some design,
But let spotted leaves fall as they fall
Without ceremony, or portent.

Although, I admit, I desire,
Occasionally, some backtalk
From the mute sky, I can't honestly complain:
A certain minor light may still
Lean incandescent

Out of kitchen table or chair
As if a celestial burning took
Possession of the most obtuse objects now and then -
Thus hallowing an interval
Otherwise inconsequent

By bestowing largesse, honor
One might say love. At any rate, I now walk
Wary (for it could happen
Even in this dull, ruinous landscape); sceptical
Yet politic, ignorant

Of whatever angel any choose to flare
Suddenly at my elbow. I only know that a rook
Ordering its black feathers can so shine
As to seize my senses, haul
My eyelids up, and grant

A brief respite from fear
Of total neutrality. With luck,
Trekking stubborn through this season
Of fatigue, I shall
Patch together a content

Of sorts. Miracles occur.
If you care to call those spasmodic
Tricks of radiance
Miracles. The wait's begun again,
The long wait for the angel,

For that rare, random descent.





ГРАЧ ПОД ДОЖДЕМ

Мокрый грач под дождём
Сжался на жёстком суку.
Пёрышки чистит и чистит,
Чёрный и молчаливый.
Я иду, но ни чуда ждать не могу,
Ни даже случайности счастливой,

Такой, что вдруг эта пустая картина
Чем-то стала бы в моих глазах,
Но я воистину
Не ищу в невнятной погоде скрытого смысла:
Пусть себе падают и падают пятнистые листья.

И всё же хочется
От бессловесного неба дождаться ответа:
Зачем
Всё это?

Вроде и не на что жаловаться...
Ведь иногда случается,
Что даже кухонный табурет
Излучает свет.

Потому что небесный огонь
В самые тупые вещи
Вселяясь порою,
Осмысляет время, самое пустое,
Распространяя свою щедрость на нас,
Одаряя даже любовью в какой-то час -

Вот потому я и бреду настороженно:
Ведь радостный всплеск может случиться даже
В этом скучном, бессодержательном пейзаже...

Я бреду,
В недоверчивом ожидании света:
Ну кто скажет, не сверкнёт ли вдруг
Неожиданный ангел
У самого локтя где-то?

Ну да, я знаю, что грач,
Перебирающий свои чёрные перья,
Может так засиять,
Что все мои чувства он распахнёт,
Будто окно распахнёт,

Подарив мне короткую
Передышку от страха
Перед равнодушием взгляда, перед небытиём...
Если повезёт –
То упрямо идя по этой усталой осени,
Я сумею время в пучок собрать,
И смысл обнаружить в нём!

Ведь чудеса случаются –
(Если, конечно, эти судорожные игры света
Называть чудесами!)...
И вот ожиданье опять начинается,
Долгое ожидание ангела...

Пусть нечасто,
Но ангелы всё-таки являются перед нами.