За неделю, пока меня не было, раннее лето вылупилось из весны - опять мои вечные проблемы с непрерывностью - как, когда? - черешня почти совсем красная вкусная висит на ветках - и дрозды жёлтыми клювами, самодовольные, неторопливо её едят - посматривая на меня снисходительно - ты, дескать, иди-иди, завидуй, нет у тебя личного собственного дерева - а мы не то чтоб вечные странники, чего особо странствовать, когда черешня уродилась.

И розы пышно лежат на железных изгородях, лезут по стенам вверх.

И загадочным образом каждый новый поворот в очередной раз кажется самым-самым.

Белая пена, цветущая черешня, глициния, сирень, а потом вот розы, поспевающая черешня, пышущие пионы - все эти сменяющиеся довольные жизнью декорации, - мы ли действующие лица - или действуют именно они, декорации эти, подтверждающие нас и ждущие, чтоб мы их назвали - слова какие прекрасные - че-реш-ня, ли-па - чуть пыльное слово, чуть шепчущее...

И я опять выбираю - память - не самую на свете сильную волшебную палку, и не плащ, чтоб становиться невидимкой - а только этот тазик с серебристой поверхностью - penseive...

Липа, черешня, розы, розы, черешня липа - и всё засыпано акациевыми лепестками