Каждый год в конце июня у меня случается неделя депрессии. Связано это с событиями, происходившими 22 года назад, но боль от которых до сих пор не утихает, и, думаю, не утихнет никогда. Когда мне было 8.5 лет ушла из дома и не вернулась моя мама. С тех пор о ней ничего не известно.

Начну сначала, отца у меня нет. Нет, теоретически, он где-то есть как биологический носитель спермоматериала. Но поскольку он бросил маму на 8 месяце беременности, то считаем, что его и не было. Моя мама одна меня родила, обеспечивала и воспитывала, как умела. С ее филологическим образованием, да еще и в разгар перестройки это было ой как сложно. Поэтому в какой-то момент благодаря знакомым она устроилась в «крутое место» - инспектором библиотек немецких военных частей. И уехала в Германию, инспектировать и ревизовать. Мне было около 4-х лет, и я осталась с бабушкой. Через пару лет она меня взяла с собой, и мы больше года прожили в Германии, в военной части недалеко от Берлина.Это, пожалуй, самая счастливая пора моего детства. Мама рядом, военная часть в лесу, где скачут белки и косули, толпа детей моего возраста, школа, где в классе 5-7 учеников. Лепота, одним словом. Когда мы вернулись в Москву, стало намного сложнее – большой город, все по-новому. Маме пришлось устроиться учителем в ту же школу, куда взяли меня, потому что в тот момент в России филологи стали никому не нужны. Денег катастрофически не хватало, но как-то справлялись: мама неплохо вязала и делала крутые штучки «на заказ». Помню, как мне нравилось это волшебство вязания – из-под ее рук выходили такие шедевры, что до сих пор я не видела ничего красивее.После года учебы в Москве наступило лето – и мы уехали в деревенский дом, купленный бабушкой за какие-то смешные деньги, чтобы выгуливать там меня в период каникул. Чтобы я провела в деревне максимум времени, бабушка, тетка и мама брали отпуска поочередно и сидели со мной по две недели. И вот в период очередной «смены» караула мама просто не приехала. Автобус пришел, высадил бабушку, которая прибыла на выходные, и уехал. Не знаю уж, то ли и вправду тогда сердце мое ёкнуло, то ли сейчас память «достраивает» события, но мне кажется уже тогда я поняла, что что-то не так. Никто не понял, а я поняла. И разревелась.

На следующий день она тоже не приехала и через день тоже. Попытки дозвониться до московской квартиры заканчивались неудачей, соседи утверждали, что давно ее не видели. И мы выдвинулись в Москву. Дальше началась череда глобальных поисков, милиция, газеты, прочесывание района. Бабушка совершила невероятное – достучалась даже до ТВ, и мою маму показали в рубрике новостей «Пропал человек». В те времена это было очень непросто, слишком много народу бесследно исчезало. После периода официальных мероприятий, как водится, начались полумистические: всевозможные гадалки, цыганки и экстрасенсы. И все они твердили разное: «Умерла, ищите тело там-то». «Жива, вернется через год\три\пять». Моя бабушка с саперной лопаткой прочесала почти все Подмосковье, периодически действительно натыкаясь на кости, но это были всего лишь животные. В итоге поиски ни к чему не привели, и до сих пор судьба моей мамы неизвестна. 22 года прошло, вроде и боль уже утихла, но к концу июня все равно нападает на меня тоска.Завершу пост памяти историей, которая наполняет меня светлой печалью. Когда я была маленькой, мама часто мне пела колыбельную про одинокую рябину, мечтающую перебраться под защиту дуба. Как-то раз я сквозь сон пробормотала, что рябине неплохо было б обзавестись рябинёночком, чтоб ей не было так одиноко.
"Я так и сделала. Спи, малышка" - сказала тогда мама.

В год, когда мама пропала, под огромным дубом на участке (который даже не влез в кадр целиком), проросла малюсенькая рябинка. Вон она, справа, жмется к могучим стволам.

И я верю, что мама обрела надежную гавань, где бы она ни была. А каждый раз, приезжая в деревню к бабушке, обязательно заряжаюсь энергией у этого древесного тандема.