Одно из лучших русских стихотворений ХХ века

Александр ЕСЕНИН-ВОЛЬПИН

ВОРОН

Как-то ночью, в час террора, я читал впервые Мора,

Чтоб «Утопии» незнанье мне не ставили в укор.

В скучном, длинном описанье я искал упоминанья

Об арестах за блужданья в той стране, не знавшей ссор, -

Потому что для блужданья никаких не надо ссор.

Но глубок ли Томас Мор?

...Я вникал в уклад народа, в чьей стране мерзка свобода...

Вдруг как будто постучали... Кто так поздно? Что за вздор?

И в сомненье и в печали я шептал: «То друг едва ли,

Всех друзей давно услали... Хорошо бы просто вор!»

И, в восторге от надежды, я сказал: «Войдите, вор!»

Кто-то каркнул: «Nevermore!»

...Все я понял. Ну, конечно, старый Ворон! И поспешно

Я открыл окно — и вот он, старый Ворон давних пор!

Он кудахнул в нетерпенье, озирая помещенье...

Я сказал тогда в смущенье: «Что ж, присядьте на ковер;

В этом доме нет Паллады, так что сядьте на ковер —

Вот ковер, and nothing more!

И нелепо и понуро он уселся, словно кура...

Но потом нашлась Паллада —да, велик мой книжный сор!

И взлетел и снова сел он — черный, как из смоли сделан,

Он глядел, как сонный демон, тыча клювом в титул «Мор»,

Но внезапно оживился, стукнул клювом в слово «Мор»

И промолвил: «Nevermore!»

...Я подпрыгнул. О, Плутонец! Молчаливый, как тевтонец!

Ты влетел, взглянул — и сразу тонкий, едкий приговор!

Ты — мудрец, не корчи мину, — но открой хоть половину:

Как пройти в твою пучину? Потому что с давних пор

Я боюсь другой пучины в царстве, грязном с давних пор...

Каркнул Ворон: «Nevermore!»

Ворон, Ворон! Вся планета ждет солдата, не поэта —

Вам в Плутонии, пожалуй, непонятен наш раздор!

О, какой грядущий гений об эпохе наших рвений

Сочинит «венец творений», зло используя фольклор —

И, пожалуй, первым делом нами созданный фольклор!

Каркнул Ворон: «Nevermore!»

О пророк, не просто птица! В нетерпенье есть граница,

И тогда берут Вольтера — или бомбу и топор.

Мы бледнели от позора — так пускай не слишком скоро,

Ведь у нас разгар террора, — но придет ли Термидор?

...Пал Дантон, и Робеспьера поразил же Термидор!

Каркнул Ворон: «Nevermore!»

О пророк, не просто птица! Есть ли ныне заграница,

Где свободный об искусстве не опасен разговор?

Если есть, то добегу ли я в тот край, не встретив пули?

В Нидерландах ли, в Перу ли я решил бы старый спор —

Романтизма с реализмом до сих пор не кончен спор!

Каркнул Ворон: «Nevermore!»

«Никогда!» — сказала птица... За морями заграница...

...Тут вломились два солдата, сонный дворник и майор...

Перед ними я не шаркнул, одному в лицо лишь харкнул —

Но зато как просто гаркнул черный ворон: Nevermore!

И вожу, вожу я тачку, повторяя: Nevermore...

Не подняться... Nevermore!