В присутствие/В присутствии

Как, порой, против всяких правил, всё-таки, хочется заглянуть в будущее! Причём, чаще всего, чувство это одолевает из-за каких-то, право-слово, пустяков.
Как, порой, сильно отличаются дни, прожитые для себя, когда не выходишь в социальное пространство, от дней, когда целостность внутреннего существования оказывается нарушенной.
Почему-то кажется, что именно в такие, внутренние дни, когда ты не смотришься на себя в социальные заркала, и не общаешься с другими людьми, оказываются заступом в умозрительное будущее; возможно, это оттого, что ты, общаясь только с собой, сам на сам, можешь его, будущее, сконструировать и никто тебе не помешает этим конструктом увлечься.


Мне важно зафиксировать разницу отношения к себе, которая меняется в зависимости от помещения себя в помещение или на открытый воздух, когда ты перестаёшь замечать внешние воздействия (особенно хорошо это понятно и видно на примере зимних перемещений).
Однако, разница температур может быть ощутима и из перехода из комнаты в комнату (особенно если в рабочем кабинете кондиционер включен на обогрев, а на кухне открыто окно).
Тогда-то и оказывается, что близость к кровати веет внутриматочным теплом, комната оказывается коконом для тебя, а ты сам - зародышем, спелёнутым тёплыми прозрачными водами, особенно чувствительным, реагирующим на любое прикосновение, звук или запах), тогда как кухня, коридор и санузел - внешнее пространство внутреннего, более функциональное, позволяющее тебе осуществлять осознанные действия, применительные к себе как бы со стороны, и, оттого, являющиеся филиалом сначала подъезда, а, затем, улицы, города, мира.

Жизнь строится по шлюзовому принципу, когда температура постепенно опускается, а чувствительность понижается - вот, собственно, что я хочу сказать.
И мне каждый раз бывает странно, когда ловишь себя на этом ощущении, что на улице, в метро и прочих общественных помещениях ты оказываешься внутренне немым телом; мем одежды прикрывает не только кожный покров, но, и, будто бы, надевает заглушку на выплеск ощущений и чувств. Знакомо?
Кажется, что даже если что-то болит, то улица приглушает, скрадывает боль или недомогание. Отвлекает.
На Ленинградке особенно шумно, хотя и во дворах Сокола чирикают птицы и дети играют в хоккейных коробках, увеличивающих силу звука. Небо, опять же, нависает действенной, действующей стороной; выпуклой, рельефной.
Ощущение себя отступает под воздействием, ну, да, звуков и запахов, температурного режима (перемещение воздушных масс, тень или, напротив, прямые солнечные лучи) меняющих привычный строй мысли на какой-то иной, едва ли не сторонний, когда ты больше смотришь на себя со стороны, нежели изнутри. Возможно, возможное недомогание отступает ещё и поэтому?

Но ещё и оттого, что ты производишь слишком много действий - ты вертикален, ты идёшь, смотришь, перемешаешь по плоскости карманы, набитые мелочью и воздухом, твои ступни вдавливают подошвы в асфальт или городской суглинок. Внимание рассеивается, расфокусируется, отбрасывая тебя в прошлое - в автоматизм привычных действий.
Ты собран и подтянут, ты более не солярис, подпираемый и оформляемый родными стенами, впитавшими в свои поры твоё ежедневное дыхание, голос, запах.









Вестибюларный аппарат и теплообмен, зависимый от границ и окружения, влияет не только на ощущение, но и на строй мысли, дисциплинируя его. Вне дома проще действовать в режиме потока сознания, тогда как стены растворяют многое по умолчанию. Летом, кстати, всё тоже самое, несмотря на минимум одежды.
Мы плывём по городу, точно внутри гигантского аквариума, сами внутри тёмные и плотные, тёплые - зоны стабильности и непокоя; электричка, подбегающая к перрону, обжигает не только волной тепла, но и своей иерихонской громкостью.