Вечерняя Марина

Важно то, что вечером, после 22.00, автобусы ходят реже (дневное расписание исчерпано, наступает пора ночного), а воздух еще не остыл.

Мы возвращались от Маши с блинов, а это практически олимпийская деревня: Марина с видом на братьев-неблизнецов. Почти пляж, рядом море. Остановка не пуста: две девицы с айфонами. Афиша нового фильма Альмадовара сбоку. На ней шесть иллюминаторов-дыр, сквозь которые просачиваются глумливые физиономии, снятые весьма натуралистично. Прокат с 8 марта.

Афиша запаяна в лайтбокс, подсвеченный изнутри; темнота работает контрастом. Машины ездят редко. Велосипедисты пропали как класс. Кварталы со стороны Побленоу безмолвствуют. В перспективе видна Саграда Фамилиа (но не так отчетливо как неблизнецы). Ее не подсвечивают, поэтому и выглядит она рощей сухих, неподстриженных стволов.

Самое главное в городе - воздух. Конечно, есть важные люди и важные камни, но воздух важнее. Ты в нем плывешь, потому что на новом месте он всегда заметней. Нынешние аэропорты, запихивающие пассажиров сразу же в рукава коридоров, лишают нас одного из самых больших удовольствий: первого вздоха. Который, на самом деле, определяет если уж не "все" (что это такое?), то многое.

Из рукава и в карман багажного отделения; из аэропорта - и сразу в автобус. Первый глоток вышел отложенным, пришелся на площадь Испании: там тоже ждали ночного автобуса в сторону Зоны Франко. Все мои первые встреченные барселонцы на этот раз вышли сплошь приезжими. Первыми запахами - жаренная рыба и мягкий бензин. Автобус и рестораны "Арены".
Это все, впрочем, наносное, вплетаемое разноцветными лентами в бесцветные космы. Но каков же твой натуральный запах?

Все эти дни активно шевелил ноздрями. Ждал снисхождения, хотя часто отвлекался. Утро в мартовской Барселоне пасмурное и сырое. Точно наштукатуренная для будущей фрески влажная стена: что на ней нарисуют пока непонятно. Да что угодно.

День разгоняет солнце к обеду. Крутит вручную динамо-машину, начинает потеть, слепить глаза, выбеливать тротуары. Воздух теплеет, но прогревается лишь к закату, накрывающему окоем тазом. Нет, не медным. Город не успевает напитаться теплом так, чтобы включить обратку. Чтобы выдать свой естественный запах, до поры до времени подмороженный.
Кажется, вчера вечером на Марине я стал его вспоминать: точно навстречу мне развернулось прошлое или прорвалось будущее (май, лето, жар, жир, прель). В тяжелых бархатных складках (старых, пыльных, практически одушевленных) здесь таится [потенциальное] тепло - точно так же, как в любом русском воздухе почти обязательно таится рассосавшаяся на время стужа. Пары бензина смешиваются с томным декадансом незримых портьер становящихся все плотнее чем ближе море. Влага не дышит (соль, йод), но уже настраивает контур, подобно тому как настройщик возвращает целостность роялю.

Что-то будет, скоро распустится, терпеливо терпкое, продолжаясь в темноте все увеличивавшегося светового дна.

Posted via LiveJournal app for iPhone.