| Дневник читателя. "Камертоны Греля", роман (1) |
[06 Jan 2012|09:27am] |
Возможно, это книга – история романа мужчины и женщины, увлечённых сначала друг другом, затем – своими занятиями: она – начинающая писательница, он – исследователь камертонов немецкого музыканта Греля (автор утверждает, что такой композитор хормейстер, теоретик и практик музыкального совершенства, создавший 64 камертона, существовал на самом деле (1800 – 1886) и в романе они, то ли разлюбив друг друга, то ли, не умея разлюбить (при том, что она постоянно изменяет ему – то с маститым прозаиком в Берлине, то с элитным экскурсоводом в Питере) приходят к Грелю на могилу.
Впрочем, совершенно неважно, существовал Грель на самом деле или корпус его текстов, прослаивающих «историю любви» придумала сама Васильева – в своём блоге, например, она и вовсе пишет, что многие сцены «Камертонов» развиваются как экфрасисы.
То есть, «способы существования» и оформление мизансцен она заимствует у классических холстов из Эрмитажа или Берлинской художественной галереи точно так же, как некоторые театральные или киношные режиссёры намеренно (или не очень) отсылают архитектуру эпизодов к пейзажам или жанровым сценкам (вспомним, хотя бы, Тарковского или Гринуэя).
Значит, эта книга ещё и об искусстве (она пишет прозу и ходит по музеям, по театрам; он работает над диссертацией о том, как Грель гармонию искал, не нашёл, да так весь без гармонии и вышел).
Его, искусстве, месте в жизни и влиянии на жизнь; но не как о зеркале, скорее, как о зазеркалье, существующем параллельно, таинственно, внутрь себя никого не пуская.
Или – это книга ещё и о детстве главной героини, постепенно взрослеющей внешне, но внутренне всё ещё пребывающей в «старом жилом фонде» Васильевского острова, рядом с заброшенным немецким кладбищем.
Значит, этот роман ещё и о Питере, его странной, кривоватой, избитой ненужными подробностями (которых много у земли и на уровне глаз, но чем выше к крышам и куполам, тем складок всё меньше и меньше, лицо города разглаживается, становится вечно молодым или по-молодому вечным) метафизике.
Ну, да, девочка выросла, шарик улетел, город пришёл в негодность, хотя в театре по-прежнему дают «Лебединое озеро», а рембрандтовский «Блудный сын» к отцу пришёл, и спросила кроха…
( весна на луне )
|
|
