|
|
Пишет Paslen/Proust (![[info]](http://lj.rossia.org/img/userinfo.gif){kind=small} paslen)@ 2003-03-21 14:34:00 |
 |
|
 |
|
|
|
|
|
|
 |
|
 |
Эфраксис № 5
Matta "Jahre der Angst", 1941, Solomon R. Guggenheim Museum, NY
Глаз заскорузло цепляется за любую возможность провести параллели, увидеть подобия. Точнее, не глаз, но мозг: сам-то глаз не думает (?). Искусство всё время пытается изменить правила игры, но, тем не менее, ничего не получается - всем правят подпись и похожесть.
Сюрреализм предшествует абстракции: последняя остановка в пути. Сюрреалистом можно назвать того, кто делает следующий, от фигуративности (литературности) шаг в сторону полной свободы интерпретации. Дали не сюрреалист, он слишком попсов и литературен, Дали вышел из Фройда но не дошёл до Лакана.
Истинные сюрреалисты (сюрреалисты могут быть истинными?) это Клее и Миро, это те, кто не вписываются, кто расположен на особицу - вот тот же Матта. В его картинах что-то мешает нам видеть их как сугубо абстрактные. Возможно, из-за перемешанности нескольких слоёв - как в слоёном пироге.
Густой, мерцающий, бликующий фон (тёмно-синий с вкраплениями жёлтого и белого), напоминающий о космическом, безвоздушном пространстве, который пронзают относительно правильные геометрические конструкции-построения - кресты, ступени к этим крестами, какие-то "самолётные крылья", яйца в разрезе (нижний левый угол) на фоне которых развивается третий уровнь изображённого - всяческие округлости и выпадания из структур. Потому что есть ведь ещё и относительно спокойные, многоцветовые плоскости (жёлтые параллелепипеды, зеленые треугольники, синие ромбы), трущиеся боками о тёмно-синий косм с редкими ярко-бордовыми всполохами.
Вся эта многослойная композиция ассиметрична, подвешенна-подвижна: она словно бы трепещет на космическом ветру, пытаясь обрести точку покоя. И не находит её. Потому что все уровни поверхности взаимопроницаемы. Потому что все они обладают форточками, из которых сквозит потустороннее (потусторонее именно что для данной картины). Всё, одновременно, движется и не движется, и вот это зависание, о с т а н о в к а, превращающая материю в минус-материю, движение - в минус-движение и оказывается главным эффектом Матты, из которого он и сделал вполне узнаваемыый бред-бренд.
Matta "Jahre der Angst", 1941, Solomon R. Guggenheim Museum, NY
Глаз заскорузло цепляется за любую возможность провести параллели, увидеть подобия. Точнее, не глаз, но мозг: сам-то глаз не думает (?). Искусство всё время пытается изменить правила игры, но, тем не менее, ничего не получается - всем правят подпись и похожесть.
Сюрреализм предшествует абстракции: последняя остановка в пути. Сюрреалистом можно назвать того, кто делает следующий, от фигуративности (литературности) шаг в сторону полной свободы интерпретации. Дали не сюрреалист, он слишком попсов и литературен, Дали вышел из Фройда но не дошёл до Лакана.
Истинные сюрреалисты (сюрреалисты могут быть истинными?) это Клее и Миро, это те, кто не вписываются, кто расположен на особицу - вот тот же Матта. В его картинах что-то мешает нам видеть их как сугубо абстрактные. Возможно, из-за перемешанности нескольких слоёв - как в слоёном пироге.
Густой, мерцающий, бликующий фон (тёмно-синий с вкраплениями жёлтого и белого), напоминающий о космическом, безвоздушном пространстве, который пронзают относительно правильные геометрические конструкции-построения - кресты, ступени к этим крестами, какие-то "самолётные крылья", яйца в разрезе (нижний левый угол) на фоне которых развивается третий уровнь изображённого - всяческие округлости и выпадания из структур. Потому что есть ведь ещё и относительно спокойные, многоцветовые плоскости (жёлтые параллелепипеды, зеленые треугольники, синие ромбы), трущиеся боками о тёмно-синий косм с редкими ярко-бордовыми всполохами.
Вся эта многослойная композиция ассиметрична, подвешенна-подвижна: она словно бы трепещет на космическом ветру, пытаясь обрести точку покоя. И не находит её. Потому что все уровни поверхности взаимопроницаемы. Потому что все они обладают форточками, из которых сквозит потустороннее (потусторонее именно что для данной картины). Всё, одновременно, движется и не движется, и вот это зависание, о с т а н о в к а, превращающая материю в минус-материю, движение - в минус-движение и оказывается главным эффектом Матты, из которого он и сделал вполне узнаваемыый бред-бренд.
